Возвращение демонического мастера. Книга 12 - Антон Романович Агафонов

полностью механизирован и выполняет любые распоряжения, — говоря это, Алуна стала спускаться по длинной лестнице. — Когда их строили, нас осталось не так уж и много, приходилось использовать марионеток, но так даже эффективнее. Но если бы его обслуживали люди, то полагаю, что потребовалась бы команда в сотен пять человек, может, шесть.

Я присвистнул.

— Значит, с его помощью ты и думаешь одолеть Ральорра?

— Нет, — Алуна на мгновение обернулась, и в её лице я смог уловить едва заметную насмешку, — мы здесь вовсе не за Несущим рассвет.

— Нет? — Удивился я.

— Демонстрация этого оружия — это почти объявление войны Небесной столице. Оно без сомнения оставит от армии Фана лишь пепел, но привлечет ненужное внимание как к тебе, так и ко мне. Не забывай, весь мир считает, что я мертва, и я бы предпочла, чтобы так оно и оставалось.

— Тут она права, — поддержал Рю. — Если мы его используем, то Вечная Божественная Гвардия не станет стоять в стороне. Сейчас у них и без нас хватает своих дел, учитывая возвращение Лорда Меча, но если мы воспользуемся крепостью «Каратель», о-хо-хо-хо-хо… Они такое игнорировать не станут.

— Нам нужно что-то менее радикальное.

На самом деле я даже немного расстроился из-за такого ответа. Это гигантское судно столько лет простояло тут, дожидаясь своего часа, но в итоге мы не можем его использовать, несмотря на всю его боевую мощь.

Мы прошли мимо рядов законсервированных машин, мимо стеллажей с артефактами, о назначении которых я мог только догадываться, мимо чего-то, похожего на оружейные стойки. У меня буквально чесались руки похватать всё это и закинуть в пространственную сумку, но Алуна, словно прочитав мои мысли, предостерегла:

— Не стоит тут ничего трогать. Большая часть вещей тут была сконструирована специально для моего народа, а не твоего.

— Она имеет в виду, что их технологии, оказываясь в чужих руках, становятся смертельно опасными, — пояснил Рю. — Они. бывало, специально разбрасывали свое оружие.

— И как же они определяют кто свой, а кто чужой?

— Духовная энергия. Даже у простых людей есть заготовки под будущие меридианы, закладываемые при рождении. У пусторожденных такого нет, у нас нет ни меридиан, ни сосредоточия.

В дальней стене обнаружилась неприметная дверь, такая маленькая на фоне всего остального, что я бы её и не заметил.

Алуна приложила ладонь к панели рядом, и дверь отъехала в сторону с тихим шипением.

За ней открылся коридор, совсем не похожий на предыдущий. Стены здесь были не каменными, а металлическими, покрытыми какими-то трубками и проводами.

— Что это за место?

— Лаборатория биологических исследований, — Алуна шла вперед не оглядываясь. — Здесь мой народ изучал ваш.

Коридор вывел нас в помещение поменьше, но не менее жуткое. Вдоль стен стояли прозрачные цилиндры, заполненные мутной жидкостью. В некоторых плавало что-то… Я предпочел не присматриваться.

— Ты уверена, что это место заброшено? Такое чувство, что работа тут велась совсем недавно.

— Уверена, просто уход за этим место автоматизирован.

Мы прошли ещё немного, и я впервые заметил тут марионетку, стоящую в специальной ячейке в стене. Алуна прошла мимо цилиндров, не удостоив их взглядом. Она явно знала, куда идет.

В дальнем конце помещения располагался массивный механизированный сейф, встроенный прямо в стену, и к нему стекались сразу несколько десятков трубок. Именно он и был нужен женщине. Алуна подошла к панели управления и что-то туда ввела. Внутри механизма что-то загудело, а затем тот стал открываться. Причем дверцы раскрывались не как обычно, а расходились в стороны, и стоило этому произойти, как изнутри пахнуло холодом и белоснежным туманом.

Внутри сейфа, в специальных ячейках, покоились стеклянные колбы, каждая из которых была не больше моего кулака и содержала жидкости разного цвета, но видимо, Алуне была нужна конкретная. Она пробежалась по каждой из них пальцами, пока не остановилась на алой, словно кровь. Ловким движением она вытащила из креплений склянку и покрутила в руках, затем закрыла хранилище.

— Что это? — спросил я, подходя ближе.

— То, зачем мы сюда пришли. Мы называли это патоген-семь-семь-четыре.

Я вопросительно вскинул бровь, не понимая, как нечто подобное может поменять ход войны.

— Это… яд?

— Не совсем. Это биологическое оружие массового поражения, но контролируемое. Его цель — выкосить наибольшее количество солдат противника за короткий промежуток времени. Паточен токсичен в течение трёх суток, лишь те, кто вступят с ним в контакт в течение этого времени, умрут. Если нам повезет, он убьет больше половины войска Фана.

* * *

Дан-Хо пал без боя, хотя на военных советах все считали, что самая тяжелая битва за провинцию будет именно тут. Что наместник соберет все свои основные силы в столице, за каменными стенами, где конница Фана не сможет стать главной ударной силой наступления. Но нет, всё оказалось совершенно иначе. Вялая стычка у ворот, и вот уже войско беспрепятственно проходит за городские стены столицы провинции Весеннего Облака.

Нила въехала в город через северные ворота, створки которых были распахнуты настежь словно издевательское приглашение. Никаких баррикад, отчаянных защитников на стенах или горящих стрел, летящих навстречу. Только тишина и пустые улицы.

Это все ещё могла быть засада, но чем дальше продвигались солдаты, тем яснее становилось, что горожане просто ушли, бросив город. Это была обычная тактика для «весенних», но проделать такое на столице, да в которой проживало несколько сотен тысяч человек? Это было слишком странно и неожиданно.

— Что-то не так, — пробормотал ехавший рядом Гавер, настороженно оглядываясь по сторонам. Он кривился и выглядел обеспокоенным, а вот Нила, наоборот, ухмылялась.

— Всё так, — возразила она. — Они просто не идиоты. Наместник Дан-Хо, кем бы он ни был, сделал единственный разумный выбор — сбежал, поджав хвост, захватив всё самое ценное.

Несмотря на пустынное впечатление, люди тут всё-таки были. Солдаты то и дело вытаскивали из домов немногих оставшихся горожан.

Старики, которым было всё равно, торговцы, понадеявшиеся на милость победителей, и просто упрямцы, решившие, что их дом — это их дом, и никакая армия этого не изменит.

Дураки.

Нила знала, что случится дальше. Знала, что приказы уже отданы, что отряды зачистки уже формируются, и что к вечеру в городе не останется никого, кроме солдат армии Фана.

И её это не волновало.

Когда-то давно, в той, другой жизни, она бы ужаснулась из-за этого, закричала о несправедливости, о невинных жертвах,