Возвращение демонического мастера. Книга 12 - Антон Романович Агафонов

о том, что так нельзя, но сто лет в Радархарте выжгли из неё всё лишнее. Сострадание, жалость, сомнения — всё это осталось там, на окровавленном песке арены вместе с первой сотней смертей.

Они с Гавером в окружении своих людей без каких-либо проблем прошли ко дворцу наместника, который так же пустовал, как и всё остальное тут. Внутри уже разбивали временный штаб. Фан стоял в центре главного зала, отдавая распоряжения, и выглядел так же невозмутимо, как всегда, словно захват целого города был для него чем-то вроде утренней прогулки. Впрочем, для него это наверняка так и было.

— Великий Фан, — Нила подошла и приветственно склонила голову. Гавер, поравнявшийся рядом с ней, сделал то же самое. — Город полностью взят, но…

— … но нам кажется странным, что наместник взял и просто отступил, — закончил вместо неё Гавер. Нила бросила на него хмурый взгляд. Она не была согласна с тем, что это странно, но промолчала. — Одно дело — уходить, бросая мелкие города, а совсем другое — просто увести людей из столицы.

— Возможно, это Натаниэль, — предположила Нила. — Говорят, что люди уходили на юг, в земли Гаруда. Вы сами дали ему возможность эвакуировать туда близких, но…

— Это чересчур? — закончил за ней Фан.

— Немного… — нехотя признала она.

Она вовсе не хотела становиться врагом Нейта, но его отказ ранил девушку сильнее, чем она могла подумать. Сейчас, спустя недели войны, она это понимала, и какая-то часть её хотела заставить его пожалеть о том, что он не присоединился к старым товарищам.

— Натаниэль выступил против нас, — подытожил Фан. — Несколько дней назад он участвовал в нападении и лично убил Ругама.

— То есть мы собираемся двинуться на юг? В Гаруд? — напрягся Гавер, да и Нила невольно сжала кулаки.

Фан молчал, смотря на них своим привычно безразличным, бездушным взглядом, от которого Нила поежилась, и никто из присутствующих понятия не имел, о чем именно тот сейчас думал.

— Пока нет, но не исключаю эту вероятность, — подытожил Фан. — Крейн нарушил нашу договоренность, он не должен был вмешиваться, а в обмен мы не трогаем Гаруд. Теперь же у нас нет причин игнорировать южную часть провинции.

— Тогда почему мы не выступаем прямо сейчас?

— Потому что на стороне Костяного палача стала действовать новая фигура, которую я давно сбросил с доски.

Нила и Гавер переглянулись.

— Я пока не до конца уверен, но полагаю, что именно эта фигура руководит войском наместника.

— Но разве для вас это проблема? — осторожно уточнил Гавер. — Вы ведь видите будущее.

— Лишь малую его часть и не всегда. Когда Духу Спирали выгодно, она делает меня слепым, но видеть будущее можно и иным способом — просто просчитыванием вероятностей. Этим и занимается тот, кто руководит армией этой провинции.

— И чего нам ждать от их генерала? — спросила Нила.

— Об этом мне и нужно поразмыслить. Пока разбейте лагерь в Дан-Хо и разошлите разведчиков.

Глава 29

Следующие несколько дней были удивительно умиротворенными, и для Нилы это было необычно. Она привыкла спать на земле, есть отбросы и землю, и последние годы слабо выбили из неё эту привычку. Впрочем, кочевые лагеря и не располагали к большому комфорту, всё равно частенько приходилось спать, где придется, и есть, что окажется в скудных запасах армии. В Дан-Хо же всё было немного иначе. Она и другие генералы оказались во дворце наместника, заняли лучшие гостевые апартаменты и могли насладиться роскошью, которой прежде были лишены.

В первый же день Нила отправилась в местные купальни, и туда даже смогли притащить несколько слуг, которых чудесным образом удалось обнаружить на территории дворца. То ли их забыли, то ли они надеялись, что смогут найти других господ, в любом случае Нила пока решила пощадить их и воспользоваться их услугами. Она всегда мечтала почувствовать себя госпожой, окруженной слугами, и теперь могла это осуществить.

Служанки натирали её тело маслами и благовониями, пока в купальню не пришел Гавер. Он сально ухмыльнулся, видя обнаженное женское тело, и тоже стал сбрасывать с себя одежду. Неторопливо, чтобы та могла рассмотреть его мускулистое, покрытое шрамами тело. Нила сама его позвала, зная, что он к ней неравнодушен. Теперь, когда Нейт её столь демонстративно кинул, променяв на демоницу, та не видела причин отказывать Гаверу. Тот овладел ей прямо там, в купальнях, под взорами слуг, что заставляло Нилу трепетать ещё сильнее. Она цеплялась за край бассейна, запрокинув голову, и думала о том, что вот она, власть. Настоящая власть, когда можешь делать что хочешь, когда хочешь, с кем хочешь. А продолжили они уже в одной из роскошных спален, заливаясь вином.

И следующие дни они провели в одном бесконечном марафоне выпивки и похоти, но закончилось всё внезапно. Нила потеряла счет времени. День, ночь, снова день. Да и вообще, какая разница? Они просыпались, когда хотели, ели, когда хотели, а покорные служанки исправно таскали им еду с кухни. Они пили, пока не заканчивалось вино, а когда заканчивалось, то требовали ещё. Им было хорошо. Впервые за очень, очень долгое время им было просто хорошо.

Девушка выбралась из постели, чувствуя сильную головную боль. Солнце било в глаза сквозь незашторенные окна, и каждый луч отдавался в висках тупой пульсацией. Во рту было сухо и мерзко. Тело приятно ломило, но всё же ломило. Нила собиралась налить себе ещё вина, после чего растолкать Гавера, чтобы он готовился продолжать их парную культивацию, но внезапно обнаружила, что все кувшины пусты. Третий, четвертый, пятый — все кувшины, что громоздились на столике и на полу вокруг кровати, были выпиты до последней капли. Учитывая сильную головную боль, это разозлило тигрицу.

— Твою мать, — прошипела Нила.

— Чего ты? — Гавер поднял голову и сфокусировал на девушке сонный взгляд.

— Выпивка кончилась.

— Так пусть слуги ещё принесут.

— Они должны были это сделать заранее, — фыркнула она и побрела к выходу, где находился артефактный колокольчик для вызова прислуги. Нила дернула за веревку. Прошла минута, вторая, третья… Никто так и не явился на зов.

Не сдержав раздражения, Нила пнула дверь, распахивая её, и выскочила в коридор, нисколько не заботясь о своем внешнем виде и отсутствии одежды.

— Эй! — рыкнула она, и её голос эхом разнесся по пустым коридорам