Демонхаус - Софи Баунт

а показываю я – на девочку. На рыжую малышку в белом платьице. Умилительное создание. Огромные синие глаза. Носик кнопкой. Она душераздирающе прекрасна, ходит с корзиной вокруг березы и собирает розовые цветы, а рядом – под изумрудными ветвями – лежит белая лошадь, тихо фырчит и словно разговаривает с малышкой.

На меня снисходит озарение.

Это девочка с картины. Той самой, которая стоит в спальне ведьмы.

Я встаю, хочу приблизиться к юной гостье, но Сара хватает меня за предплечье.

– Ты чего? – брыкаюсь я. – Это ведь ты, да?

– Пошли отсюда, просто… уйдем.

От ее добродушия и следа не остается, да и настороженное выражение на лице мне совсем не нравится.

– Ой, брось! Ты прямо куколка фарфоровая, – восхищаюсь я. – Посмотрите только. Прелесть! Нет, правда. Булочка какая…

Сара поджимает губы.

– Рекс…

– И как такая сладкая вишенка умудрилась стать стервозиной?

– Рекс, идем!

Мрачная Сара тянет меня за собой, а я упрямо наблюдаю за тем, как маленькая девочка что-то рассказывает греющейся на солнце лошади. Рядом с нами возникает дверь. Сара толкает меня, но я не двигаюсь. Появляются еще несколько детей. Малышка крепко сжимает в левой руке светлую гриву лошади, а правой хватает корзину с цветами.

– Чего она боится? Точнее… ты? – спрашиваю я бледную ведьму, но она не шевелится.

Синие глаза пусты, некий самогипноз.

Дети подходят ближе, тыча друг в друга ветками. Малышка кротко поднимается на ноги, обнимает корзину.

– Чокнутая здесь, – фыркает девочка с двумя черными косами. – Пошли лучше к колодцу. Я видела там кусты с земляникой.

– Там жарко, вечером пойдем. Я хочу здесь посидеть.

– С ней?

– А она уходит, – громко заявляет другая низкорослая девочка, которую вздутое оранжевое платье превращает в апельсин.

– Не трогай ее! Мама говорит, что она прокаженная.

– Ты чего ползала вокруг дерева? – возмущенно кричит девочка-апельсин. – Задумала что-то?

Маленькая Сара крутит головой, не поднимая глаз.

– Врет. Мама говорит, что ее семейка порчу на всех навела. А эта, видишь, насобирала тут мухоморов. Посмотри, посмотри! Проклятая!

– Она лошади что-то шептала, когда мы подходили, затоптать нас хотела.

– Не хотела, – вдруг подает голос малышка.

– Оставьте ее, – отмахивается единственный мальчик среди них. – Мои говорят, что к таким нельзя прикасаться.

– Я хочу сидеть здесь! Убирайся!

Девочка с косами бросает ветку в сторону Сары. Другие тоже громко гонят ее, кричат и дразнят. Затравленно озираясь, маленькая Сара прижимает к себе корзину и молчит.

Взрослая Сара настойчиво тянет меня за руку, но разум мой в помутнении, я будто вышел в астрал. Мерзкое чувство беспомощности. Дети кричат где-то далеко. Голоса приглушенные, но ясно, что вопят они почти хором, и эти вопли не что иное, как оскорбления и проклятия в сторону девочки.

– За что тебя унижали? – спрашиваю я, хотя сам уже знаю ответ.

В синих глазах Сары – затаенная боль. И унижение. А вот в их маленькой версии у дерева – страх.

– Рыжая не собирается проваливать!

– Мне нужно ждать здесь, – едва слышно выдавливает маленькая Сара и прижимается к стволу березы. – Мне сказали…

– Кто? Твои чокнутые сестры?

– Может, у них сбор ведьм?

– Не сомневайся. Дьявола вызывать будут. Я знаю! Все знают. Из-за них беды в городе.

Девочка-апельсин что-то шепчет мальчику на ухо: он опускает на траву сумку и достает оттуда веревку.

В течение непозволительно долгого времени я наблюдаю и слушаю. Грязь. Насмешки. Оскорбления. Вокруг Сары обматывают веревку. Ее привязывают к дереву. Девочка с косами черпает из озера ком тины, пачкает рыжие локоны несчастной. Чокнутая. Прокаженная. Они повторяют одно и то же, иногда приправляют гадкими ругательствами.

Я вижу слезы в огромных синих глазах маленькой Сары, и весь мой мир осыпается на осколки, когда девочка с косами вытягивает ножик из кармана друга.

До меня наконец-то доходит. Это был не Волаглион. Демон не оставлял на Саре инициалов, их оставил куда более страшный монстр, самый жестокий из тех, кто проживает на планете Земля…

Человек.

Буква «В» на животе Сары означает «ведьма».

Глава 22

Гости

– Борьба за власть…

Карта императора падает на стол.

– Любовь и боль…

Еще одна. С висельником.

– Прошлое возродится для очищения кармы…

Белые глаза гадальщицы возвращают темный цвет: зрачки постепенно проявляются. Карты на столе раскиданы в три башни, и гостья задумчиво барабанит по ним ногтями со славянскими символами. Она вся в этих знаках. Алатыри, коловраты, сварожичи – на цепочках, кольцах, сережках, брошках.

– Нормальные предсказания будут? – спрашивает Сара, скрещивая руки.

– А чем тебя не устраивают эти, интересно?

Катерина затягивается сигаретой в длинном серебряном мундштуке (и на нем алатырь). Запах смешивается с тибетскими благовониями. Гостья расставила буддийские палочки по гостиной, и комната пропиталась дымом на ближайшие сто лет.

– Они бессмысленны, – ворчит Сара. – Скажи что-нибудь по делу. Ты дальше мужиков не ушла.

– Я не виновата, что вокруг тебя море противоположного пола. Океан! Я раскидываю карты, но этот мужицкий дождь выплескивается из всех щелей. Чувства, желания, привязанности, – ругается подруга ведьмы и смахивает карты обратно в колоду, ее движения сопровождаются эмоциональными взмахами ладоней. – Допивай кофе, авось там что интересного найду. Единственное… вижу опасность, но не знаю, в чем она заключается.

– То есть наемник, который хотел застрелить меня в ванной, на опасность не тянет?

– М-м-м… – Катерина облизывает свои персиковые губы. – Странно, что они вообще заглядывают к тебе так редко.

Сара фыркает.

Я краду с подноса канапе из винограда и сыра с плесенью. Жую. Ведьма три раза прогоняла меня с кухни, чтобы я не подслушивал разговор, даже кинула в меня мусорное ведро – будь проклят ее телекинез! – но, о как же это «удивительно», я еще здесь, на сеансе предсказаний. Оказалось, что у Сары есть лучшая подруга. Да какая! Эзотерик, ясновидящая. Катерина Файзуллина. Я брожу вокруг, потому что хочу быть с ведьмой любую доступную секунду. После озера Сара перестала прятаться от меня. Однако не думайте, что я у цели. Все иначе. Меня и раньше-то трясло при общении с ней, но не так, как сейчас, теперь я чувствую себя школьником, который бегает за старшеклассницей и, естественно, остается во френдзоне. Вчера я заказал Саре два букета роз на последние деньги с карточки, вечером – третий, чтобы другим не было одиноко в ее спальне. Каждый взгляд или прикосновение ведьмы возвращают меня на озеро, воздух наполняется ароматом лилий, влажной травы и… мыслями о нашем рандеву. Она ответила. Поцеловала меня! Затем отвергла. Я совсем не понимаю, что происходит в ее голове. Да и в моей тоже!

Получив очередную