ЭнергоМорф II. Защитник. Том I - Максим Балашов

стихло, и дым рассеялся, к купели прибежала пара мужиков с топорами наперевес — явно не для того, чтобы благословить нас или подрубить упавшее дерево. Грозили расправой, причём в красках описывали процесс отделения головы от туловища. Кстати, мне показался крайне подозрительным тот факт, что пришли какие-то егеря с рожами браконьеров, а не монахи в рясах. Видно, здесь народ больше по дробовикам, чем по молитвам.

Тут уже Сергей не смог сдержаться — расхохотался так, что мать вздрогнула и отодвинулась к двери.

— Весёлое приключение, ничего не скажешь! Прямо комедия абсурда с элементами чёрной клоунады. И что? Мужики с топорами кинулись на вас со всей дури и пытались зарубить, как кабанов на заготовку?

— Нет, конечно! Ты меня за полного идиота держишь? — Василий обиженно фыркнул. — Сначала я достал ствол из кобуры — неспешно, со вкусом, давая им полюбоваться на блеск металла. Затем вежливо, но доходчиво попросил положить томагавки русского разлива на землю. После чего показал ксиву и рассказал душещипательную байку про пьяного олигарха, которого угораздило окунуться в купель глубокой ночью, а ещё, что у бедняги возникло непреодолимое желание порулить в нетрезвом виде. Заглянув в раздевалку и узрев тебя голым — бледным, худым, но почему-то живым — они вроде как поверили. А после вложенной пачки зелёных с президентами на новый биотуалет и забор, вовсе все претензии отозвали и пожелали удачи. Кстати, за эти роскошные лохмотья, которые на тебе сейчас натянуты, ты отвалил целый косарь баксов. Хе-хе! Вернее, я отвалил из твоего же кармана. В общем, мы обеспечили мужиков работой на пару недель — вперёд, строить, чинить, а потом долго и богато пропивать заработанное. А та одежда, которая была на тебе надета, растворилась в святой воде, как только я опустил твоё бесчувственное тело в родник. Без следа. Даже пуговиц не осталось. Короче, ещё одно яркое, незабываемое и немного постыдное воспоминание в мою коллекцию психических травм.

Василий помотал головой, словно пёс после купания, пытаясь выбить необъяснимые образы из своей памяти навсегда.

— Быстро залетев на виллу, сменили колымагу. Одежду искать не стали — каждая секунда на вес золота, вернее, на вес нашей шкуры. Помнится, мы собирались в Нижний Новгород, поэтому, поболтав с твоими родителями и успокоив их истерику, приняли решение двигать сюда. Твоей тушке, слава всем языческим богам, уже ничего не угрожало. А дома на тебя, братец, ведётся самая настоящая охота с гончими и, возможно, вертолётами. Дальнейшая дорога прошла без эксцессов, если не считать того, что я трижды хотел пристрелить твоего отца за храп.

— Жрать хочу, как медведь бороться перед спячкой! — внезапно выдал Сергей, схватившись за живот с таким видом, будто органы там устроили бунт. — В машине есть хоть что-то съедобное, кроме кожаных сидений? Организму требуется строительный материал. Я, кажется, очень много потратил на латание дыр в собственном теле — не хватало ещё сожрать самого себя от голода.

— Через пару километров будет круглосуточная стоянка для дальнобоев, — Василий кивнул куда-то в темноту за лобовым стеклом. — Кафешка там есть знатная, где подают сносную еду. Не ресторан, конечно, но и не собачья блевотина. Нам по-хорошему на этой тачке необходимо номера сменить — как только преследователи прочухают, что в родной области тебя нет, начнут скрести когтями по нашим следам. И в первую очередь шерстить ублюдков Карцевых, ибо с ними за последние сутки ты контактировал больше всех в своей жизни. Все тачки из их семейства попадут под подозрение — их внесут в Федеральный розыск, и тогда каждая встреча с Г. И. Б. Д. Д. превратится в эпизод из боевика.

Выслушав вводные, Крас решил поделиться и собственными мыслями, мрачными, как осенняя ночь:

— Они уже всё поняли, будьте уверены. Карцев-младший оказался не простым папенькиным сынком. Я немного знаю про одержимых, но осведомлён, что у каждого такого ходячего кошмара есть кукловод. И руководитель Горыныча, скорее всего понял, что его марионетка отправилась кормить червей. Так что нужно как можно быстрее рвать когти куда-то подальше, к чёртовой матери за кордон. Как минимум родителей надёжно спрятать в норе.

— Серёж, нам что, придётся уехать из собственного дома? — мать посмотрела на сына огромными глазами. — А как же мои помидорки? У меня в этом году будет отличный урожай, я подвязала все кусты и столько сил вложила! Эти твои дурацкие игры ведь ненадолго, правда?

— Да-а-а, и с кем я только живу на свете! — возмутился отец, закатив глаза к потолку. — Ань, ты что, не понимаешь всей серьёзности ситуации? Или у тебя до сих пор шок не прошёл? Нашего единственного сына пытаются убить. Как я теперь понял, у него серьёзные проблемы с криминалом и, возможно, органами госбезопасности, а ты о томатах думаешь! Соберём твои помидорки, законсервируем и увезём с собой в подвал? Ты так думаешь?

После жёстких слов родного отца Крас вдруг осознал всю глубину — тот мужчина действительно его любит и бесконечно беспокоится. В груди загорелся тёплый, уютный огонёк, какой бывает только у костра в детстве. Как же долго он, Сергей Балашов, властелин энергоморфов, был одинок. А тут и мама рядом, запах её духов из девяностых, и папа снова жив и ругается, и Василий уже давно стал роднее многих кровных братьев(если бы они у него были). После смертельных передряг, когда вывозишь друг друга из-под ножа смерти, сближаешься быстрее, чем за десять лет пьянок и застолий. Ведь эти люди точно по паре раз спасли друг другу жизнь — буквально вытащили с того света за шкирку. Таким не многие могут похвастаться даже в сериалах.

Разогнав сознание привычным усилием, Крас хотел войти во внутренний мир и просканировать себя с ног до головы, но… его моментально выкинуло обратно в реальность, будто пружиной. Повторив попытку несколько раз с нарастающей злостью, он понял бесполезность затеи. Словно кто-то с бодуна установил непробиваемый барьер между ним и подсознанием. Система дала сбой — впервые за всё время, и это пугало больше, чем шайка вооружённых уродов на хвосте. Сергей вспомнил про яд, которым отравили Лао перед поединком с ним же. Может, и ему младший Кравцов чего-то впрыснул в пылу боя? Какое-то химическое говно, блокирующее доступ к резервам?

«Да не-ет, не помню я никаких ампул или шприцев в его руках. Как мне тогда показалось, до момента чёртовой активации слюнявый папенькин выродок и не подозревал, что способен своей тушей