Хроники Тириса. Книга 4 - Василий Михайлович Маханенко

Хотя, тут я немного утрирую — Эхо уже успел засечь несколько дымящихся останков драксов. Огромные ксорхианцы хотели добраться до лагеря людей и подавить его плазменными зарядами, но летающие в небе истребители и штурмовики отрабатывали свой хлеб. Ни один из драксов так и не сумел приблизиться, а выстрелы навесом куполу были не страшны.

Отдельно стоит упомянуть бурильную установку. Её уже установили, завершая последние пуско-наладочные работы. Вокруг механизма было сформировано своё защитное поле, чтобы не подпустить ксорхианцев к такому ценному ресурсу. Кироны продумали даже такую мелочь!

«Под землёй находится уже двадцать мёртвых проходчиков», — сообщил Эхо, показав мне новую картинку. Гигантские черви ксорхианцев уже подползли к месту высадки людей и, как они и привыкли, собирались прорваться через поверхность, запуская брутов и коронников. Но не тут-то было — защита была активирована не только на поверхности, но и в земле. И, едва черви касались этой защиты, как их разрывало.

Вновь куча вопросов к ксорху, который здесь всем управляет. Он же уже должен догадаться, что напрямую прорваться не получится. Так почему он не делает подкоп под вей базой, чтобы её обрушить? Почему не швыряется камнями? Почему ведёт себя настолько глупо, словно у него совершенно нет опыта ведения боевых действий?

Из того, что показывал Эхо, на базе уже находилось около тысячи человек и они постоянно прибывали. Шаттлы летали без устали, доставляя новых бойцов и вооружение. Здесь появились даже тяжёлые штурмовые роботы. Не самая подвижная штука, но настолько крепкая, что уничтожить её можно было только десятком плазменных гранат. Кироны и пираты основательно подготовились к этому походу, обеспечив своих бойцов всем необходимым.

Какое-то время я думал о том, чтобы пробраться через защитный купол и засесть на крыше случайного модуля, дожидаясь процесса бурения, но логика меня уберегла от такого опрометчивого шага. Непонятно, когда начнётся бурение. Может через минуту, а может и через несколько дней. Что действительно стоило сделать — поймать какого-то командира и основательно его допросить, но это даже звучало как сказка. Все командиры находятся на орбите, прячась в линкорах. Сюда, на планету, прибыли наёмники и жадные до героизма пираты. Так что смысла допрашивать их нет никакого. Им сказано капать от забора и до обеда, а зачем — не их дело. Им за вопросы не платят.

«Идём низом», — предложил Эхо. — «Маршрут построен».

Перед глазами появилась привычная зелёная нить. Эхо смирился с тем, что мы не бежим на «Груваку», а идём исследовать этот мир. Ой, да ему самому было интересно, на самом деле! Он такой же любопытный, как и я.

Дорога повела меня прочь от лагеря пиратов и по пути я едва не схлопотал удар в самое сердце. Не могу сказать, что я жадный, но, когда на моём пути попалась группа коронников в количестве ста семи штук, я искренне задумался о том, чтобы сделать паузу. Потому что это пятьдесят килограмм миона! Рука сама пошла к месту, где должен находиться боевой меч, но я удержался. Хоть и зарычал от злобы. Нельзя! Не сейчас! Каэль, фу! Место!

Пока я сражался со своими мыслями, группа коронников сделала ход и один из истребителей вспыхнул ярким шаром. Пилота подавили и подвели его под снаряд дракса. Ксорхи тут же переключились на другой корабль и вскоре ещё один истребитель отправился в путешествие в вечность. Ксорхи работали слаженно и чётко, поэтому нарушать их строй сейчас было бы сущей глупостью. Это было первое. Имелось и второе — вокруг группы коронников стояла охрана. Не меньше сотни брутов окружили коронников, готовясь сорваться на любого противника, появись он в поле их видимости.

Вновь у меня возникли вопросы к ксорху, который здесь всем управляет. Значит, против пиратов он ничего выдумать не мог и просто заваливал их тушами своих солдат, а против меня, значит, включил мозг и поставил защиту⁈ Где, спрашивается, логика? Или бруты с проходчиками настолько у него не котируются, что их даже за существ не воспринимают? А вот коронники — это другое! Когда я управлял ксорхами, ничего подобного не ощущал. Что одни, что другие — все были важны.

Так что пришлось отступить. Сражаться с сотней смертоносных тварей, способных разорвать мою броню одним движением — не самая лучшая из моих идей. Даже если цена — полсотни килограмм миона. Добуду его где-нибудь в другом месте.

Вскоре показался проём, и я ушёл под землю, оказавшись в «кишках» исполинского ксорхианца. Спуск дался довольно легко. Ксорхи продолжали поступать из глубин планеты, но двигались внизу, позволяя мне спокойно лететь против «течения». Так продолжалось достаточно долго и, как по мне, я давно опустился на уровень врат предтеч. Они находились где-то там, в далёком груваки его знает где, я же продолжал спускаться, постепенно ощущая всё глобальное величие здешнего муравейника. Ксорхи не просто рыли всё подряд. Они действовали так, словно что-то искали. Проходы уходили вправо-влево на всём уровне, чтобы повториться уровнем ниже. Ксорхам что-то было нужно от этой планеты. Ровно также, как это «что-то» было нужно Киронам. И мне, конечно же, только я ещё об этом не знал.

Планета была перерыта так, что ярусы разных уровней наслаивались друг на друга, пересекались и путались. Если бы не зелёная нить Эхо, я бы заблудился здесь минуте на второй. Но Эхо уверенно вёл меня в самые глубины этого безумия, двигаясь по одному ему ведомому маршруту.

«Я не знаю маршрута», — тут же поправил меня Эхо. — «Я просто двигаюсь вниз, ориентируясь по сканированию. И оно, напомню, пробивает эту биоткань только на километр. Так что не нужно приписывать мне излишний героизм».

Скромный он у меня. На самом деле Эхо действительно позволял не заботиться о дороге, полностью забрав навигацию на себя. Так продолжалось долго, пока мы не очутились в какой-то гигантской пещере. В её центре находился живой гигантский красный кристалл. Он хоть и выглядел каким-то плотным образованием, жил своей жизнью, пульсируя в такт всему этому гигантскому муравейнику. С подобным кристаллом мне уже приходилось сталкиваться. Правда, там он был мёртвый, но осознание того, кто передо мной предстал, пришло сразу. Сердце собственной персоной!

«Смотри!», — ошарашенно произнёс Эхо, отвлекая меня от Сердца. Подумаешь, живой камень. Эка невидаль! Зато процесс создания брутов и коронников стал для меня настоящим открытием. Ибо по всей внутренней поверхности пещеры находились наросты, словно какие-то некрасивые опухоли. Те самые непонятные пауки, которых я уже встречал ранее, ловко