Откройте рот, скажите: "Р-Р-Р"! - Фунтик Изюмов

Мы переглянулись. Рассказывать о Веспасиане Доминикусе? Или подождать? А хозяин, тем временем, поднялся на второй этаж. Мы с Яриной, как две собачонки на привязи, поплелись следом. Деваться-то всё равно некуда. И вот, хозяин идёт по коридору… протягивает руку к двери… открывает дверь…

Я зажмурилась. Ой, матушки-травушки!.. Ой, святые рогалики!..

— Превосходно! — сказал хозяин, — Это как раз то, о чём я мечтал! Чудесное сочетание цвета и полутонов!

Вот, за что он мне так? Сказал бы просто, мол увольняю, и катись от меня на все четыре стороны? Нет же, обязательно съехидничать надо!

— Нет, в самом деле, восхитительно! — продолжал хозяин, — Я начинаю подумывать об увеличении вашего жалования!

Я приоткрыла один глаз. Ничего не вижу! У меня из этого глаза выкатилась вот такая слезинка! Смотреть мешает, всё расплывается. Я смахнула слёзы и открыла глаза. И обомлела! Позади раздался звон. Это у Ярины из рук выпал ухват, который она забыла оставить внизу. А в комнате… Это было величественно и безупречно красиво! Обивка мебели переливалась серо-жемчужным сиянием, а лёгкие голубые прожилки создавали ощущение глубокой тени, подчёркивающей объём. Стоило сделать шаг, как жемчужные переливы тоже начинали одновременно двигаться в такт. Ощущение было, словно мебель обита живым туманом, сквозь который едва проступает утренняя синева неба. Выглядит благородно, возвышенно и безумно дорого.

Как же так? — спросите вы. Я и сама не сразу поняла. Пару дней пришлось побегать, кому-то пригрозить кровавой расправой, кого-то подкупить Яриниными печеньками…

В общем, дело было так: хитромудрый господин Януш продал мне, и в самом деле, ужасно дорогую ткань. Которая у него уже несколько лет числилась неликвидом. А что? Увидел дурочку, и продал! Фокус в том, что ткань, и в самом деле, была хороша. Но вот в чём хитрость… её надо было использовать только вместе с особой пропиткой. И тогда создавался превосходный перламутровый блеск. Господин Януш решил, что жемчужного цвета мне за глаза хватит, и безо всяких серо-голубых оттенков. Это, получается, жулик номер один. И вот, он отправляет своего помощника Матисса к Жерару с отрезом ткани и двумя бутылями пропитки. Жерар передаёт отрез ткани и одну бутыль пропитки своей бригаде, срочно вызванной из таверны. Вторую бутыль он бережливо решает припрятать. Это жулик номер два. Дитрих, бригадир мебельщиков, сидит со своей бригадой и растеряно обозревает целую гору мебели, которую им предстоит перетянуть в течении нескольких часов. И понимает: не успеют! «А ежели… — бормочет кто-то один из его бригады, — А ежели мы старую обивку сдирать не будем? Мы же чуть не вдвое время выгадаем?..». И Дитрих… соглашается! То есть, жулик номер три. И что в результате? Бригада успела сделать заказ. По этому поводу… правильно — отметили! Вспомнили, что у Дитриха сынок народился. Ещё добавили. Вспомнили, что за работу им премия положена. Добавили ещё. И вот, когда эти пьяные мужики стали запрягать коня, тут они его и уронили! Не то, конь он перегара шарахнулся, не то кто-то за конские копыта споткнулся, но конь рухнул прямо в лужу. Мужикам что? Подняли коня и запрягли. А я потом за сердце хваталась, видя потёки грязи на конском боку! Потому что мебель, как раз, загрузили аккуратно. Сказался профессионализм.