Жандармъ Его Величества - Михаил Ежов

на крепостную стену, этакий бастион, в подножии которого имелись отверстия, сквозь которые лились потоки воды. Очевидно, это шлюзы, которыми регулируют уровень реки. Плотина выглядела внушительно. Сколько нужно динамита, чтобы разнести её полностью? Ясно, что много. Видимо, в ящиках, доставленных Андертону, находилась взрывчатка. Только странно, что англичанин сумел убедить заговорщиков, что ему потребуется столько динамита, чтобы убить царя. Похоже, я всё же чего-то не понимал.

Ну, да скоро всё станет ясно. На месте разберусь.

По моим подсчётам, после потери Яропольского, двоих убитых на сладе, Слепня и Филина в отряде террористов осталось минимум четверо. Если даже и нет, людей явно не хватает, а значит, устанавливать бомбы на плотине будут долго. Стало быть, приехать должны заранее. Вполне вероятно, что революционеры уже на месте. Если так, то интересно, как они справились с охраной.

Через некоторое время дирижабль начал снижаться. Клетчатый был опытным воздухоплавателем и безошибочно определил траекторию. Вскоре гондола оказалась аккурат над плотиной. Дирижабль ещё немного снизился.

— Теперь нужно закреплять, — сказал клетчатый. — А то ветром сдует.

— Не надо, — ответил я, прикидывая расстояние до поверхности «бастиона». Меньше двух метров. Можно рискнуть. — Как спрыгну — улетай!

— Да ведь высоко! — забеспокоился клетчатый. — Ноги переломаете!

Вместо ответа я сделал шаг в пустоту. Пружинисто приземлился на обе ноги, подставил левую ладонь. Даже в коленях не хрустнуло. Вот, что значит молодость.

Распрямившись, я помахал клетчатому и поспешил к торчавшей над уровнем «бастиона» постройке с дверью.

Если террористы уже здесь, то закладывают бомбы внизу, поближе к шлюзам. Подорвать основание — и напор воды сделает остальное. Сметёт всю плотину и хлынет по улицам города. Быстро ли мощный речной поток преодолеет двадцать километров? Скорее всего, да. Затопит пороховой завод, шествие и ещё по пути сколько бед натворит! Страшно представить.

Дверь оказалась не заперта. За ней обнаружилась ведущая вниз винтовая лестница. Сбежав по металлическим ступенькам, я оказался на верхнем ярусе сооружения.

Возле лестничной площадки лежало тело в военной форме. Труп был обуглен, от него пахло горелым. Я такое видел однажды в Боливии, когда в человека ударила молния. Похоже, кто-то из боевиков — одарённый. Неприятный сюрприз. Но делать нечего.

Ясно было, что на первом ярусе террористам после зачистки помещений делать нечего. Они должны быть ниже.

Не теряя времени, я устремился дальше по лестнице.

Добрался до второго уровня и здесь сразу услышал доносившиеся из конца коридора голоса. Видно никого не было, так что я бегом преодолел метров двадцать и осторожно выглянул из-за угла.

Знакомый мужик, которого я срисовал в Пассаже, медленно шагал вдоль стены, держа перед собой в руках сияющий голубым светом стеклянный куб с металлическими рёбрами. С того места, где я стоял, предмет напоминал старый аквариум, заполненный чем-то странным.

Шагах в тридцати другой мой знакомый, тоже следивший за мной в Пассаже, сидел на корточках, прилаживая что-то к точно такому же кубу, стоявшему на полу.

Нет, это не динамит. Похоже, отряд анархистов снабдили чем-то другим. Вероятно, более разрушительным.

— Смотри, не ошибись с часами! — крикнул тот, что сидел на корточках. — А то сами на воздух взлетим! Вот хохма выйдет!

— Не учи учёного! — отдуваясь, прокряхтел тащивший куб.

Что ж, я подоспел вовремя. Мужик, которого я по старой памяти окрестил про себя коричневым, наконец, остановился, поставил ношу на пол, вытер лоб рукавом и сунул руку в карман. Вытащил маленький часовой механизм и принялся устанавливать стрелки. Процесс полностью завладел его вниманием, так что он не услышал, как я подошёл сзади, на ходу вытягивая из трости лезвие. Его напарник возился со своим кубом и тоже меня не видел.

Один точный удар в основание черепа оборвал жизнь коричневого. Он не издал ни звука. Я подхватил падающее тело, положил на пол и помчался ко второму террористу.

Нас разделяло всего десять шагов, когда он вдруг повернул голову и встретился со мной взглядом.

Ещё несколько секунд, и я вгоню шпагу ему в горло!

Мужик ловко вскочил и бросился наутёк, на ходу выдёргивая из-за пояса револьвер.

— Аврал! — завопил он.

Обернувшись, вскинул руку и нажал на спусковой крючок.

Я метнулся к стене, пуля прошла мимо. Террорист пальнул ещё раз, уже не целясь. Едко запахло пороховым дымом.

Бегал боевик быстро. Я понял, что погоня получится слишком долгой. Да и впереди ещё минимум двое террористов.

Отшвырнув шпагу и трость, я выхватил револьвер Волчанского и трижды выстрелил по несущейся впереди мишени.

Анархист споткнулся, сделал по инерции ещё два шага и растянулся на полу.

Однако тут же перевернулся на спину, наведя на меня револьвер.

Я упал почти одновременно с грянувшим выстрелом. Пальнул в ответ. Боевик дёрнулся, откинувшись назад, но почти сразу извернулся и снова прицелился. Я нажал на спусковой крючок. На этот раз пуля угодила террористу точно в лоб!

Вскочив, я бросил опустевший револьвер Волчанского и выхватил из кобуры свой.

Затем подбежал к голубому кубу, над которым колдовал анархист. Часовой механизм исправно тикал, хотя едва ли его успели завести до предела. Быстро осмотрев конструкцию, я понял, что достаточно просто вытащить таймер из пазов. Проделав это, положил его на пол и направился к видневшейся впереди переборке с массивной дверью.

Не успел преодолеть и десяти метров, как она приоткрылась, и навстречу мне выскочил один из тех, кто изображал грабителя на Гороховой. Мужик остановился, вылупившись на меня.

Я выстрелил ему в грудь.

Террорист успел пригнуться и тут же нырнул обратно в дверь.

Через несколько секунд я уже был возле неё. Опустившись на корточки, выглянул на миг.

Засады не было: боевик улепётывал по коридору. Возле стены стояли на расстоянии друг от друга два голубых куба. Без часовых механизмов.

Я бросился в погоню. Скрываться уже не имело смысла, так что я выстрелил в боевика, целясь между лопатками. Революционер пригнулся, обернулся и вскинул руку с револьвером. Я отскочил вправо. Террорист дважды пальнул и притормозил перед ещё одной дверью. Рванул её на себя. Я выстрелил в него. Пуля угодила анархисту в правый бок. Охнув, он протиснулся в дверь.

Через несколько секунд я был возле неё. Заглянул в соседнее помещение. Боевик стоял, прислонившись к стене и держа в вытянутой руке револьвер. При виде меня он тут же выстрелил. Пуля ударила в дверь, выбила несколько щепок, одна из которых вонзилась мне в щёку.

Я пальнул в ответ. Анархист вскрикнул и завалился на бок. Но оружие не выпустил. Попытался прицелиться, лёжа на полу. Я выстрелил снова. На этот раз попал в