Повелитель гоблинов. Том 9 - Андрей Мельник

города или избранного. Та армия, которую можно отправить без вреда для собственной безопасности. Прав я или нет — узнаю, когда сумею одолеть врага, захватить пленных и допросить. А если не получится выудить информацию… То и ладно. В любом случае гадать бесполезно.

Направление их марша вопросов не оставляло. Врагу был нужен Изюм — один из крупнейших городов Изумрудной провинции, славящийся своими виноградниками и винами. Он стоит на пересечении дорог, названных имперским трактом и Изюмским шляхом.

Стратегическое место было укреплено каменной античной крепостью, не успевшей пройти полную трансформацию в средневековый замок. Из плюсов: имелся глубокий ров и забитые под завязку склады. Из соседних городов после диверсии в Изюм мгновенно свезли всё самое необходимое и ценное.

Если враг захватит этот город, он получит готовую базу для войны на моей земле… Там и крыша над головой, и провизии на месяцы вперёд. Вряд ли они знают об огромных стратегических запасах на складах Изюма, скорее уж просто хотят захватить ближайший крупный город и начать с него своё победное шествие покорителей империи. Но мы постараемся сделать всё, чтобы подобного не случилось.

По времени у нас всё плохо: врагу до города идти полтора дня. Нам — чуть больше трёх. Изюм практически на полпути к захваченному поселению и порталу находится, так что очень скоро мы с нашим врагом встретимся. Главное, чтобы Изюм не пал раньше времени.

Сутки враг потерял на поиск Изюма и сборы. Но всё равно враг доберётся до крепости на день раньше. К началу штурма мы не успеваем… А ускориться без потери боеспособности невозможно. Так что командиру крепости придётся сутки выживать самостоятельно…

Я отправил ястреба с приказом коменданту: город держать любой ценой, ни шагу назад, помощь идёт. Гарнизон там весьма приличный, особенно после того, как из малых поселений тысячи беженцев влились в число защитников города. По моим прикидкам, около десяти тысяч регулярных бойцов готовы защищать крепость и стены, и ещё пятнадцать тысяч ополченцев соберётся. Возьмут в руки оружие, камни, выкатят бочки с маслом и вытащат кувшины со жгучей смесью.

Выходит двадцать пять тысяч против ста двадцати… Расклад поганый, но не безнадёжный. Отразят первый натиск, и враг вынужден будет потратить время на перегруппировку. Лезть на стены с ходу можно с таким преимуществом, но потери будут большие. Хотя они могут не иметь представления о защитниках и решить, что там всего пара тысяч бойцов, что разбегутся, как только увидят эту огромную армию. Посмотрим…

— Кто там комендантом крепости является? — уточнил я у Орочи на вечернем совете.

— Джуба, повелитель. Я его сам туда ставил. Орк упрямый, дисциплинированный, любящий смелых и презирающий трусов. Он скорее ляжет под стеной, чем отдаст её.

Очередная разведка показала, как последние беженцы из окрестных деревень несутся на телегах в город. А вместе с ними ещё больше зерна, скотины и боеприпасов от гарнизонов, что покинули свои скромные с военной точки зрения поселения. Делалось это по одному из пунктов военного кодекса, что предписывал местным защитникам руководствоваться наиболее здравым суждением.

В итоге врагу в основном оставалась пустая земля: ни зерна на корню, ни провизии, ни проводников из числа местных. Правда, не всегда успевали всё эвакуировать. В таком случае портили продовольствие, поливали всё ядом. А сто двадцать тысяч глоток жрать хотят каждый день, и чем дольше они простоят под Изюмом, тем меньше запасов еды у них останется. А я не видел у них огромного обоза. Видимо, рассчитывали откормиться на захваченных харчах. Шиш вам! В лучшем случае берите косы и собирайте урожай с полей, где появится… Тут мы ничего поделать не можем: всё растёт бешеными темпами.

На очередном совете решили обсудить тактику грядущей битвы. Благо моя разведка показала настроение и планы врага, и теперь нам не приходится гадать, где и как мы с ним встретимся.

— Мамонтов ставим в первую линию удара, — предложил Орочи, прикидывая построение. — Башни на спинах загрузим стрелками и метателями гранат под завязку.

— И магов туда посадим. Хотя бы по одному на зверя. С защитным заклинанием, чтобы их в первую же очередь чем-нибудь убойным не сложили, — добавил я.

Определили места центурий при переходе из походного марша в боевое построение, разделили кавалерию на корпуса и определили, кто на каком фланге будет действовать. Провели несколько собраний с офицерами, велели им донести цели грядущей битвы каждому из солдат, объяснить его место на поле боя.

Инструктажи шли два дня, под грохот форсированного марша, ведущего нас к первому серьёзному вызову, брошенному другими богами.

Количество привалов уменьшили до минимума, сон урезали до четырёх часов, кухни кормили прямо на обочинах. Все внутри кипели от жажды битвы и хотели как можно быстрее добраться до врага, чтобы показать ему его место.

Золотой век сказывался даже здесь: легионеры шагали довольно бодро и почти не выпадали из строя по здоровью. Мы не могли себе позволить проиграть каким-то жалким демонам и божественным неудачникам, что даже до предела античности не добрались и полмиллиона жителей в своих государствах не имеют.

Если стая шакалов думает, что сможет одолеть дракона, — это очень глупая стая шакалов. К тому же за два дня я не заметил новых переходов из портала. А значит, вся эта армия — их предел мечтаний. И этим они хотят нас захватить… Для нас же это число воинов — лишь армия одной из шести провинций империи.

На исходе третьих суток, когда до Изюма оставался последний ночной переход, горизонт на северо-востоке подсветился рыжим светом. Город уже сражается, а мы всё ещё месим дорогу сапогами…

Мы со старшими офицерами взглянули на карту, прикинули темп и синхронно согласились с тем, что пора врезать наглым шакалам.

— Кавалерии отделиться и ускориться! — полетел по колоннам приказ Орочи. — К рассвету вы должны вступить в бой!

Я запрыгнул на Луну и поднялся в тёмное небо. Кто-то должен долететь до Изюма первым и напомнить гарнизону, что мы идём и мы уже очень и очень близко…

* * *

Джуба понял, что ночь будет долгой, ещё на закате, когда головные отряды врага вывалились из-за дальних холмов и не стали разбивать лагерь. Обычно армия с марша отдыхает, готовит еду и осматривается. Но эти сразу потащили к стенам лестницы и начали собирать осадные машины при свете костров. Комендант сплюнул с надвратной башни и повернулся к посыльным.

— Жгучий сок начинайте греть, смолу кипятите. Разбираем со