Елизавета, у нас отмена! - Алексей Сергеевич Фирсов

— Франческо, дворцы подождут. Есть срочный инфраструктурный заказ, — Маша постучала ногтем по плану Летнего сада и Царского Села. — Мне нужны в Летнем саду и в Царском Селе новые просторные деревянные бани.

Растрелли сначала оскорбился — ему, великому мастеру, предлагали проектировать какие-то мужицкие избы! Но когда Маша развернула перед ним техзадание и смету на закупку оборудования, итальянец понял, что речь идет об эксклюзивном проекте века.

— Учти, Франческо, интерьер и оснащение: это должны быть не просто бревенчатые избы, а целые комплексы с комнатами отдыха, бассейнами, медными и деревянными ваннами, — наставляла зодчего императрица. — Никаких ведер и коромысел! 21-й… тьфу, 18-й век на дворе! Чтобы вода в них подавалась по свинцовым трубам, а нагревалась в луженых котлах, встроенных в печи-каменки. Всё должно работать автоматически, как в лучших европейских отелях!

Когда через 3 месяца Растрелли сдал объекты в эксплуатацию, петербургский свет ахнул. Архитектор превзошел самого себя: снаружи это были изящные деревянные павильоны с резными наличниками и галереями, а внутри скрывалось настоящее чудо инженерии. Просторые раздевалки с кожаными диванами, бассейны, выложенные голубой голландской плиткой, огромные медные ванны и парные из отборной липовой доски, где жар держался ровно и мягко.

Однако старая аристократия и особенно иностранные послы поначалу отнеслись к нововведению настороженно. Французский маркиз де Шетарди и прусские дипломаты искренне считали, что частое мытье вредит здоровью и смывает защитный слой кожи, предпочитая заглушать запах немытого тела тоннами пудры и тяжелых духов.

На помощь дирекции пришел научный маркетинг.

В штате придворной медицины как раз состоял приглашенный французский медик Антонио Санчес. Маша вызвала доктора к себе, выдала ему премию в пятьсот рублей и поставила задачу: написать научно-популярную статью для европейских и российских вельмож.

Санчес подошел к делу с истинным галльским жаром. Он провел серию экспериментов на гвардейцах и научно обосновал пользу русской бани, доказав, что ее пар восстанавливает силы, что еще больше укрепило моду на парение среди придворной знати. Доктор издал трактат, где черным по белому написал, что банный жар выводит из организма яды, лечит подагру (тут же приковыковылял Остерман с просьбой выписать ему абонемент) и предотвращает простудные заболевания.

Европейское одобрение сделало свое дело. Мода на здоровый образ жизни ударила по Зимнему дворцу как цунами.

Новые придворные бани топились дважды в день: утренние («к заутрене») и вечеровые («к вечернему звону»). Нагрузка на котельные была бешеной: от беспрестанного поддавания воды камни остывали, поэтому прислуга постоянно поддерживала огонь в луженых котлах.

Очень скоро дворяне, иностранные послы и фавориты с удовольствием перенимали эту привычку, превращая поход в баню в элемент светского досуга. Теперь самые важные вопросы — от распределения государственных подрядов до обсуждения сплетен — решались не в душных приемных, а в комнатах отдыха при бассейнах, за пиалой травяного чая и кваса.

Как человек, который в свое время отвечал за выкладку товаров в отделе «Всё для дома и бани», Маша не могла пустить банный процесс на самотек. Пар должен был быть не просто горячим, а правильным, брендированным и целебным.

— Никакого угарного дыма и сырости! — поучала Анна II старшего банщика Царскосельского комплекса. — Мы создаем премиальную атмосферу!

Для создания ароматного пара и мытья тела использовались как традиционные русские растения, так и дорогие импортные эссенции. Маша лично разработала меню для парных, разделив его на категории:

Душистый пар: Для рядового и среднего менеджмента (фрейлин, секретарей, офицеров охраны) для поддавания на каменку готовили специальные травяные отвары (их называли «банные водки»). Каждое утро кухонные мужики заваривали огромные чаны, куда чаще всего использовали мяту, чабрец, душицу, зверобой и ромашку. После такого пара голова у чиновников работала ясно, а нервы после разносов государыни успокаивались мгновенно.

Хвойный аромат: В дни, когда в Петербурге начиналась осенняя слякоть и эпидемии гриппа, включался санитарный протокол. На раскаленные камни часто укладывали свежие лапы можжевельника и ели. Это не только создавало сильный лесной аромат, но и дезинфицировало воздух, что ценилось медиками и лично доктором Санчесом.

Придворная роскошь: Ну а для самой дирекции и высшего совета акционеров существовал VIP-тариф. Для императрицы и высшей знати воду для мытья настаивали на лепестках роз или смешивали с привезенной из Европы розовой и лавандовой водой. Когда Маша или её любимица Юлиана выходили из парной, от них благоухало так, словно они провели день в цветочном саду Граса, а не в бревенчатой избе.

Но самым главным вопросом, к которому государыня подошла с особой жесткостью, были веники при дворе.

В европейских салонах ходили слухи, будто русские варвары хлещут себя в банях розгами до крови. Маша решила этот миф развеять, подняв культуру парения на космическую высоту. Вопреки мифам, дворяне и сама государыня не отказывались от традиционного парения вениками, однако их подготовка была делом деликатным и жестко регламентированным.

В министерстве двора появилась новая штатная единица — Главный Веничный Инспектор.

— Слушай инструкцию по контролю качества товара, — выговаривала Маша завхозу Лёвенвольде. — Если я в парной получу занозу или царапину от сучка — пойдешь рубить лес в Сибирь вместе с корнями! Записывай стандарты:

Береза и дуб: Это традиционная основа. Но закупки делать по ГОСТу! Веники заготавливали строго в начале лета, сушили в тени и отбирали только самые мягкие, «шелковые» ветви без грубых сучков, чтобы не поцарапать нежную кожу государыни и её придворных дам. Каждую веточку банщики обязаны были вручную перебрать и отпарить в кипятке до состояния бархата.

Липа: Этот товар шел по категории «люкс» для женской половины. Липовые веники ценились за невероятный медовый аромат, который усиливался в жаркой парной, и за их способность смягчать кожу. После липового массажа никакие французские кремы за бешеные деньги были не нужны.

Травяные прослойки: Для особых ценителей вроде старого волка Бестужева или воинов-преображенцев применялись комбинированные спецсредства. Внутрь березового или дубового веника банщики часто вплетали пучки полыни или шалфея, чтобы усилить целебный эффект при похлопывании. От полынного духа вся хворь и усталость вылетали из тела после третьего удара.

Глава 48

ГЛАВА 48.БАННАЯ ДИПЛОМАТИЯ И ТАЙНЫЙ СГОВОР В ПАРНОЙ

Новые спа-комплексы быстро стали не просто местом мытья, а главным аналитическим и неформальным центром Российской империи.

Субботним вечером в VIP-парной Царскосельских бань царила благолепная жара. Пахло розовой водой, распаренной липой и душицей.

Маша, завернутая в белоснежную батистовую простыню, возлежала на верхней полке. Рядом, млея от медового аромата липовых веников, сидела Юлиана фон Менгден. Внизу, у бассейна, дежурили две крепкие торопецкие девчата из нового фрейлинского