Елизавета, у нас отмена! - Алексей Сергеевич Фирсов

Маша решительно хлопнула ладонью по столу, отсекая все рабочие процессы.

— Антоха, снимай парик, едем в баню в Царское село! Будем амуров ловить совместно!

Принц Антон Ульрих от неожиданности поперхнулся воздухом и едва не уронил виноград: — В… в баню?! Ночью?! Анна, радость моя, но баня — это же мужицкое дело! Там жарко, там пар, у меня завивка на парике опадет! Да и как же амуров ловить среди тазиков и веников?! Для амуров нужны шелковые простыни, люшни с купидонами, арфа в углу…

— Арфу тебе Растрелли в следующий раз поставит! А сегодня у нас по плану выездной неформальный тимбилдинг для высшего руководства! — безапелляционно заявила Маша, вскакивая с кресла. — Юлька!

— Яволь, Ваше Величество! — вытянулась фрейлина.

— Карету к подъезду, охрану на коней! В Царское село едем! И распорядись, чтобы в VIP-комплексе затопили малую семейную парную на липовых дровах, накрыли стол у бассейна и приготовили две бутылки нашего лучшего крымского вина из запасов Ласси! А всех министров, послов и курьеров, кто посмеет до завтрашнего обеда сунуться ко мне с докладами — слать в Пелым на уборку снега без суда и следствия! У генерального директора — законный ночной отгул!

Глава 51

ГЛАВА 51.СПА-ТИМБИЛДИНГ И ОЦЕНКА ПОЛЬЗЫ НЕПРОФИЛЬНОГО АКТИВА

Через два часа в роскошном, пахнущем свежим спилом и хвоей павильоне Царскосельских бань царила атмосфера абсолютного уединения. Охрана под командованием капитана Вындомского оцепила парк в радиусе версты, чтобы ни одна живая душа не помешала императорскому супружескому регламенту.

Антон Ульрих, избавленный от своего тяжелого, душного парика с буклями, оказался обладателем вполне симпатичной, чуть вьющейся русой шевелюры. Маша решительно заставила его сбросить весь этот шелковый французский пафос и облачила супруга в простую, но невероятно мягкую простыню из египетского хлопка.

— Ну вот, совсем другой споровый вид! — одобрительно оценила Маша, оглядывая принца, который робко переминался с ноги на ногу на теплом деревянном полу предбанника. — Человек человеком, а не кукла из витрины! А ну, пошли в парную!

— Анна… там же кипяток… — жалобно пискнул бренд-амбассадор, втягивая голову в плечи при виде клубного пара, валившего из-за резной двери.

— Это не кипяток, это оздоровительные процедуры по методу доктора Санчеса! Шагом марш!

В парной было божественно. На раскаленную каменку уже плеснули «банной водки» на мяте и чабреце, воздух был густым, горячим и сладким. Маша уложила упирающегося супруга на широкую липовую полку, взяла из ушата два свежезапаренных, источающих медовый аромат липовых веника и приступила к «массажу».

— Ой! Ай! Анна, легонько! — сначала взвизгивал Антон Ульрих, непривычный к русским банным традициям.

— Терпи, казак, атаманом будешь! Это мы из тебя всю придворную дурь и французскую пудру выбиваем! — смеялась Маша, ловко и мягко оглаживая спину и плечи мужа шелковыми листьями липы, нагнетая целебный жар.

Удивительное дело: уже через десять минут принц перестал скулить, обмяк, расслабился и начал издавать довольное, почти кошачье урчание. Под воздействием липового пара, горячего дерева и умелых Машиных рук с него слетела вся напускная спесь, глупая обидчивость и желание играть в великого политика. Перед Машей лежал просто молодой, здоровый, слегка разморенный мужик, который смотрел на свою грозную жену-императрицу с обожанием и искренним восторгом.

Когда они, распаренные до розового звона в ушах, вывалились из парной и с размаху нырнули в бассейн с прохладной водой, выложенный голландской плиткой, Антон Ульрих от восторга аж запищал и принялся плескаться как маленький мальчишка.

— Господи, Анна! — отфыркиваясь, кричал принц, подплывая к бортикам. — Да это же лучше любого бала в Версале! Почему мы раньше сюда не ездили?!

— Потому что кое-кто вечно был занят драгунскими пуговицами, а кое-кто — спасением бюджета от разворования, — улыбнулась Маша, выбираясь из воды на теплые мраморные ступени.

Они расположились в комнате отдыха на широких кожаных диванах. На столике перед ними стояли запотевшие кувшины с холодным квасом, блюда с нарезанной бужениной, мочеными яблоками и то самое токайское вино от генерала Ласси.

Антон Ульрих, забыв про все политесы, завернулся в сухую простыню, сел рядом с Машей и осторожно, с нежностью обнял её за плечи. В этом простом, деревянном предбаннике, без коронированных особ, без Остермана и штирлицев, без вечного страха переворотов, они впервые за долгие годы почувствовали себя обычной, нормальной семейной парой.

— Ты у меня такая красивая… без всего этого золота и фижм, — тихо сказал Антон, целуя Машу в пахнущую липой и розовой водой шею. — Настоящая. Живая.

Маша закрыла глаза и положила голову ему на плечо.

«А актив-то, оказывается, крайне полезный, — мелькнула в её голове привычная директорская мысль, которая тут же растаяла под воздействием теплого вина и мужских объятий. — Никаких тебе интриг, никакой борьбы за власть. Ему просто нужна забота и внимание. Если регулярно проводить такие тимбилдинги, он за меня кого угодно на дуэли порвет и в Сенате лишних вопросов задавать не будет».

— Антоша, — промурлыкала Маша, поворачиваясь к мужу и глядя на него долгим, многообещающим взглядом. — А вино-то мы допили… Кажется, пора переходить к основной повестке нашего ночного заседания.

— К какой повестке, свет мой? — сглотнул принц, глядя на её сияющие глаза.

— К ловле амуров, Антоша. К ловле амуров и улучшению демографических показателей в царской семье! А ну, иди сюда, бренд-амбассадор…

Следующее утро в Царском селе началось ближе к полудню.

Солнце ярко светило через резные окна банного павильона. Маша проснулась на огромном диване в комнате отдыха, сладко потянулась всем телом и почувствовала забытую, невероятную легкость. Никакой мигрени, никакого нервного напряжения — мозг был чист и свеж, как после перезагрузки операционной системы.

Рядом, разметав руки и счастливо улыбаясь во сне, посапывал принц Антон Ульрих. На его лице застыло выражение глубокого, абсолютного триумфа.

В дверь тихонько, на грани слышимости, поскреблись. Маша накинула шелковый халат и приоткрыла дверь. На пороге стояла безупречная Юлиана фон Менгден с подносом, на котором дымился кофейник.

— Доброе утро, Ваше Императорское Величество, — шепотом, с понимающей улыбкой поприветствовала фрейлина. — Как прошел внеплановый тимбилдинг?

— Оценка «пять с плюсом», Юлька. Цели достигнуты, KPI перевыполнены, — довольным шепотом ответила Маша, забирая чашку кофе. — Что в мире делается? Никто без меня империю не развалил?

— Никак нет! Все боятся даже дышать в сторону Царского села, — доложила Юлиана. — Канцлер Миних уже погрузил Елизавету Петровну в кареты и с песнями выехал в сторону германской границы. Вице-канцлер Бестужев прислал проект нового таможенного тарифа — англичанам подняли пошлину на пеньку