Воздушная кавалерия. Том 9 - Джек из тени

похождениях папеньки, его финансовых махинациях и карточных долгах девушка была прекрасно наслышана от немногочисленных столичных подруг. Но вот к чему конкретно это привело прямо сейчас — об этом думать было физически тошно.

С каждым днем по закрытым каналам связи приходили все более тревожные новости, а сегодня утром гнойник наконец-то лопнул. Отцу официально предъявили обвинение. Но это была лишь половина беды. Юсуповы и Ермоловы — два древних, чудовищно богатых и мстительных рода — тут же подали в имперскую канцелярию прошение о праве на кровную вражду.

Шансы на то, что канцелярия ответит отказом, равнялись даже не нулю, а уверенной отрицательной величине. Императору было невыгодно скормить Ростовых, но требовалось успокоить старую знать, которая жаждала подтверждения дворянских устоев. Это не считая главной подоплеки с технологиями и военными контрактами.

Именно поэтому дед, связавшись с ней по защищенной линии всего час назад, категорически запретил появляться в Петербурге ближайшие три дня. Намек старого интригана был более чем прозрачным: сидеть за широкой спиной Кирилла Строганова, вжаться в плинтус и не отсвечивать. Дед не питал иллюзий. Он прямо сказал, что за ней придут. Вопрос заключался лишь в том, когда именно это произойдет и кто станет исполнителем. Сейчас глава увядающего рода отчаянно раскидывал младших детей по всей огромной Империи, пытаясь спрятать их по дальним убежищам, вплоть до закрытых монастырей, надеясь на чудо.

Но Наталья на чудеса не рассчитывала. Она прекрасно понимала: в живых ее оставят только в одном случае, если впишется Кирилл.

И стоить это будет очень дорого. Даже для графа Строганова. И дело было уже давно не в деньгах. То, что Кирилл неприлично, до одури богат, ни у кого сомнений не вызывало — при желании этот сумасшедший технократ мог насмерть закопать всех своих врагов в банкнотах и золотых слитках. Проблема заключалась в политическом весе Ермоловых и Юсуповых. Бросить им вызов означало начать полноценную корпоративно-аристократическую войну.

Поэтому сейчас Наталья молча лежала в кровати, уставившись в штукатурку на потолке, и пыталась понять, как ей быть. Понемногу она смирялась с парализующей волю мыслью, что следующие три дня могут стать для почти всей ее семьи последними.

Короткий, резкий писк коммуникатора разорвал тишину комнаты. Княжна меланхолично, словно во сне, взяла в руки тяжелый аппарат из темного металла и ткнула на кнопку приема. В ту же секунду свет в комнате погас. Наталья резко села на кровати, инстинктивно подтягивая колени к груди. Сердце ухнуло куда-то в желудок. Неужели убийцы Ермоловых нашли ее так быстро?

Воздух в центре комнаты пошел рябью. Раздался тихий звук, похожий на работу трансформатора. Из ниоткуда, прямо из темноты, начали стягиваться мириады крошечных, светящихся серебром и фиолетовым неоном пылинок. Они кружились в идеальном, математически выверенном танце, уплотняясь, обретая форму и объем.

Спустя пять секунд прямо перед Натальей, удобно устроившись в глубоком кресле, соткалась фигура. Это была девушка. С кошачьими ушками на макушке и длинным, лениво покачивающимся хвостом, который вполне материально постукивал по обивке кресла. Одета гостья была в экстремально короткую юбку и строгую белую блузку, а на ее точеном носике сидела точная копия тех самых очков, которые Строганов подарил княжне перед Уральским балом.

Хвостатая закинула ногу на ногу и внимательно, не моргая, посмотрела на Ростову поверх очков. Ее глаза светились мягким, нечеловеческим светом.

— Ты кто? — напряженно, стараясь не выдать дрожи в голосе, спросила Наталья. Ее рука медленно скользнула под подушку, где лежал заряженный компактный пистолет с пылевыми патронами.

— Алиса, — чуть улыбнувшись, ответила девушка. Голос у нее был приятный, мелодичный, но с едва уловимыми жесткими нотками. — И можешь не дергать свой дамский пугач. Он тебе не поможет, я как бы не совсем живая в общем понимании.

Наталья замерла, сглотнув вставший в горле ком. Вытащила руку из-под подушки.

— Но это неважно, кто я, — продолжила Алиса, изящно поправив очки пальцем. — Важно, чего хочешь ты, княжна.

— А разве это имеет значение? — горько ответила Ростова, откидывая прядь волос со лба. Страх парадоксальным образом сменился фатализмом. Если это убийца — то слишком странная. Если это от Кирилла — то почему тайком? — Вариантов у меня немного. А навязываться Кириллу и виснуть на его шее камнем я не намерена.

— Не хочешь быть в должниках у Кирилла? — хмыкнула хвостатая. Ее ушки дернулись, локализуя какие-то звуки на улице, но взгляд оставался прикованным к лицу Натальи.

— Нет, — шмыгнув носом, Наталья отрицательно покрутила головой. — Он и так по уши завяз из-за моей семейки идиотов. Я не хочу, чтобы из-за фамилии Ростовых под удар попали его заводы, его люди… его близкие.

— Похвально. Глупо, но похвально, — Алиса чуть наклонилась вперед. — Тогда будешь должна мне.

Наталья нервно засмеялась, обхватив плечи руками:

— Тебе? Но что может такого предложить… помощница графа, чего не может сделать сам граф?

— Вот тут я категорически не соглашусь, — прищурилась Алиса. Температура в комнате словно упала на несколько градусов. — После некоторых событий, о которых тебе знать совершенно не обязательно, я теперь могу чуточку больше, чем, скажем, год назад. Мои возможности и зона контроля… расширились.

Она встала с кресла.

— Ты можешь исчезнуть, к примеру. Для всех и навсегда.

Алиса начала медленно прохаживаться по комнате, ее хвост жил своей жизнью, выписывая в воздухе сложные узоры.

— Я дам тебе столько денег, — продолжила хвостатая под ошарашенный взгляд Ростовой, — что ты не сможешь их потратить при всем желании, даже если начнешь скупать дирижабли просто ради того, чтобы их разбивать. А заодно — абсолютно чистую новую личность. Документы, биометрические данные в реестре. Я могу прописать тебя где угодно. Хоть в Аргентине, хоть в Швейцарии, хоть здесь, в родной Российской Империи, под носом у Ермоловых и Юсуповых. Да, выглядеть ты будешь слегка по-другому — придется перестроить кости лица и пигментацию глаз, но это небольшая цена за спасение от кровной мести.

Наталья слушала, затаив дыхание. То, что предлагала эта странная девица, было за гранью фантастики. Но почему-то Ростова ей верила. От Алисы веяло такой мощью, что сомнения отпадали сами собой.

— А что взамен? — тихо, почти шепотом уточнила Наталья. Бесплатного сыра в Империи не бывало со времен Петра Первого.

Алиса остановилась прямо перед кроватью. Нависла над княжной.

— Ты исчезнешь из жизни Кирилла. Тоже навсегда. Ты забудешь его имя, забудешь дорогу к его дому. Попробуешь вернуться