Московский сыщик. 1903 - Максим Шаравин

— Идите, Аристарх Платонович. А лучше домой поезжайте, — предложил Иван Макарович.

— Времени нет совсем, Иван, по домам разъезжать. Пойду, а то совсем с ног валюсь. Василий тебе всё расскажет. А через пару часов я подойду, — судебный следователь вышел из кабинета.

— Совсем себя Аристарх не бережёт, — покачал головой Воронов. — Располагайся, Василий. Пойду Румянцева позову, он тоже уже приехал.

Воронов вышел из кабинета. Белозёров сел на стул и открыл папку с протоколами, которую Рябинин положил на стол.

Василий листал протоколы допросов, бегло просматривая их. Никто ничего не видел. Наконец он дошёл до протокола, который был исписан больше других, и углубился в чтение.

«Ну вот, хоть кто‑то что‑то видел», — подумал Василий. «Вечером в день ограбления из банка выходили двое, несли две сумки. По виду — полные», — прочитал он. «Внешность не запомнил, особых примет не видел», — Белозёров убрал протокол.

Дверь кабинета открылась. Вошли Румянцев и Воронов.

— Ну как, Василий, помогли тебе наши допросы? — сразу спросил Фёдор Емельянович, увидев папку с документами возле Белозёрова.

— Помогли, и лишь подтверждают мои выводы, — ответил Василий.

— Ну давай, рассказывай, — Воронов и Румянцев сели напротив.

Белозёров встал, прошёлся по кабинету, собираясь с мыслями, и, снова сев на стул, начал излагать:

— Банк Конюхова уже давно имел очень большие проблемы. Могу предположить, что неудачные вложения или какие‑то другие операции принесли банку значительный убыток. Конюхов понимал, что стоит на грани разорения, и решил инсценировать ограбление, чтобы списать все убытки. Но сначала необходимо было выправить отчётность. Для этого он нанял Луку Петровича Шадрина по кличке «Бухгалтер».

Белозёров достал из папки заключение Пантелеймона Марковича Вяхирева и протянул Воронову и Румянцеву:

— Вяхирев нашёл недостачу и указал, что отчётность была исправлена. Также он подтвердил, что «почерк» исправлений очень похож на работу «Бухгалтера». Эту версию подтверждает и копия расписки, которую мы нашли в тайнике Конюхова вместе с одним миллионом рублей.

Василий достал протокол повторного обыска и положил перед своим начальством.

— Также версию инсценировки ограбления подтверждает допрос служащего, — Василий посмотрел на протокол допроса. — Некоего Петрова. Где он говорит, что вечером в день ограбления из банка выходили двое, несли две сумки. По виду — полные. Но мы с вами прекрасно понимаем, что, чтобы вынести из банка сумму больше, чем пять миллионов рублей, требуется несколько человек. И это точно не двое. Значит, из банка ничего не выносили. А сумки, скорее всего, были пустые либо набитые бумагой. Управляющий Семакин знал о проблемах банка, но вот какое участие он принимал, я пока не знаю. Аристарх Платонович его ещё не допрашивал, хоть и отправил в камеру полицейского участка, — Василий прервался и снова встал.

Пройдясь по кабинету, он посмотрел на Румянцева и Воронова:

— Надо сделать запрос в Министерство финансов. Скорее всего, Конюхов обратился туда с просьбой выделить ему сумму для покрытия убытков в связи с ограблением.

— Это может сделать только Рябинин, — сказал Фёдор Емельянович.

— Хорошо, я попрошу его. Теперь идём дальше… — Василий опять прошёлся по кабинету. — В день убийства Конюхова в кабинете было двое. Один из них точно Лука, но вот кто второй, который и ударил ножом владельца банка, неизвестно. Также неизвестно, были они там вместе или Лука обыскивал кабинет уже после убийства, когда пришёл к Конюхову за расчётом.

— Значит, нам нужно схватить «Бухгалтера» и допросить. Собственно, Рябинин ждёт, когда Горюнов его найдёт, — сказал Воронов.

— Вы правы, Иван Макарович, — Белозёров посмотрел на него. — Вы смотрели список тех, кто в день убийства Конюхова посещал банк?

— Мы с Фёдором Емельяновичем его составляли, когда допрос вели, — ответил начальник сыскного отделения.

— Прошу вас, посмотрите его ещё раз и скажите, вам ничего не кажется подозрительным, — Белозёров подошёл к столу и, достав из папки список, отдал его Румянцеву.

Фёдор Емельянович вместе с Иваном Макаровичем стали просматривать список, а Василий опять сел на стул.

Наконец Воронов и Румянцев переглянулись:

— Граф Александр Михайлович Загорский.

— Вот именно. Граф. Таких клиентов владельцы банка принимают лично, в крайнем случае — управляющий, если владелец банка вдруг отсутствует, — сказал Василий. — А в нашем случае графа принимал обычный служащий. Вам не кажется это странным?

— Уж не думаешь ли ты, Василий, что граф убил Конюхова? — спросил Воронов.

— Нет, конечно, — отрицательно покачал головой Белозёров. — Но вот почему его не принял Конюхов — большой вопрос. Судя по времени смерти Конюхова, — Белозёров достал из папки Рябинина заключение судебного врача, которое ему привёз Горюнов, — и времени посещения банка графом, Конюхов ещё был жив либо только‑только был убит. И ещё: никто не видел Луку. Может, конечно, его и не было в банке, и вторым в кабинете был не Лука, а кто‑то другой. Но я уверен, что там был Лука. И искал он копию расписки и деньги. Чтобы замести следы своего участия в махинации.

— Да, очень странно, что граф не был принят Конюховым, — задумавшись, сказал Румянцев.

В дверь постучали.

— Войдите! — крикнул Воронов, и дверь сразу открылась. Вошёл Горюнов.

— А где Аристарх Платонович? — спросил Аркадий Ильич.

— Отдыхает в лаборатории Лужина. Что случилось, Аркадий Ильич? — поинтересовался Воронов.

— Взяли «Бухгалтера», — ответил начальник полицейского участка. — Рябинин сказал сразу сюда его везти.

— Прекрасно, Аркадий Ильич. Просто великолепно. Давайте его к Лужину, пусть снимет отпечатки. Придётся Аристарха будить, — сказал Иван Макарович и встал. — Идём туда.

Василий и Румянцев тоже поднялись.

В лабораторию Лужина входили, стараясь не шуметь.

— Где Аристарх Платонович? — тихо спросил Иван Макарович у фотографа.

— В проявочной спит. Хорошо, я закончил снимки проявлять, и там уже не воняет химией. А что случилось? — Пётр Степанович обвёл всех взглядом.

— Горюнов Луку взял. Сейчас придёт вместе с городовыми и задержанным, — ответил Воронов.

— Это хорошая новость, господа. Значит, пойду всё подготовлю. Снимем отпечатки и сразу сверим с теми, что в кабинете Конюхова нашли. А потом можно будет и Аристарха Платоновича поднять, — Лужин встал и вышел из своего маленького