Дракон подождет до четверга - Ramule

что Каэр разозлится, может быть даже накричит. Скорей всего вообще запрет ее в кабинете и поставит у двери сразу двух боевых магов. Зато она будет рядом с ним.

Часы в ладони резко обожгли кожу. Красная нить натянулась, словно почувствовала ее сомнения.

Перед глазами появилось лицо Эль. Веселое, живое. Сестра держала в руке мороженое, смеялась и что-то говорила. Потом картинка изменилась. Эль стояла по ту сторону зеркала. Бледная, испуганная, с длинной белой прядью у виска.

— Я не могу иначе, — прошептала Ана и двинулась дальше.

Красная нить привела ее в старую часть Департамента. Здесь почти не было сотрудников. За закрытыми дверями хранились архивы, списанные артефакты и вещи, изъятые у давно пойманных преступников.

Ана свернула за угол. В конце коридора стояло зеркало. Она была уверена, что раньше его здесь не было.

Высокое, почти до потолка, в узкой черной раме. Гладкая поверхность не отражала ни стены, ни светильники, ни саму Ану. Она была совершенно черной, словно за рамой находилось не стекло, а глубокая безлунная ночь.

Красная нить уходила прямо внутрь. Ана остановилась в нескольких шагах.

— Эль?

Зеркало не ответило. В глубине что-то шевельнулось. На мгновение показалась женская фигура в светлом платье. Светлые волосы, тонкие плечи.

— Эль!

Ана бросилась вперед. Черная поверхность дрогнула. Стала мягкой, податливой. Пальцы провалились в холод, похожий на густую воду.

Девушка в какой-то миг поняла, что совершила ошибку. Попыталась отдернуть руку, но зеркало уже держало ее. Холод обвил запястье, пополз вверх. Ана уперлась ногами в каменный пол, но черная поверхность резко выгнулась и потянула ее к себе.

Она лишь успела услышать далекий рык Бублика. Потом мир исчез. Ана упала на колени. Под ладонями оказалась гладкая холодная поверхность. Она попыталась подняться, но пальцы скользнули, и девушка едва не упала снова.

Вокруг было темно. Не просто темно. Эта темнота казалась плотной и живой. Она прижималась к коже, забиралась под одежду, мешала дышать.

Постепенно на стенах начали проступать слабые серебряные линии. Ана осмотрелась.

Комната была круглой или квадратной. Понять было невозможно, потому что стены, пол и потолок были сделаны из одного и того же черного зеркала. Границы терялись, углы исчезали. Девушка видела десятки собственных отражений, но каждое вело себя немного иначе.

Одно повторяло ее движения с опозданием. Другое стояло неподвижно. Третье отражение медленно повернуло голову, хотя сама Ана не двигалась. Она резко вскочила.

— Где я?

Ее голос разошелся по комнате множеством отражений.

«Где я?..»

«Где…»

«Я…»

Ана посмотрела на часы. Красная роза на крышке почернела. Стрелки замерли ровно на полуночи. Красная нить исчезла.

Девушка коснулась двери, через которую, как ей казалось, вошла, но под пальцами было только гладкое зеркало. Никакой щелочки, сплошная ровная черная стена.

Она ударила ладонью по стене. Зеркало даже не дрогнуло.

— Бублик!

Тишина. Ана закрыла глаза и попыталась почувствовать фамильяра. Обычно связь с ним находилась где-то глубоко внутри, но сейчас там была звенящая пустота.

— Бублик! — закричала она громче.

Ответа не последовало. Кольцо на пальце сильно похолодело, а изумруд потемнел, словно его залили чернилами. Ана потерла камень большим пальцем.

— Каэр?

Ничего. Из темноты раздался тихий смех. Ана резко обернулась.

— Кто здесь?

— Маленькая Ана! Был уверен, что ты клюнешь на мою уловку.

Голос был мужским. Спокойным, даже странно приятным и отчего-то смутно знакомым. Ана всматривалась в зеркала, но видела только собственные отражения.

— Покажитесь.

— Как быстро ты перешла к приказам, а мы ведь еще даже не познакомились толком. Лорд Равеннар плохо на тебя влияет.

— Так давайте знакомиться. Может быть выйдете из тени и покажете лицо?

Мужчина громко рассмеялся. В одном из зеркал появилась фигура. Сначала она была размытой, потом приобрела очертания. Высокий человек в длинном сером плаще стоял за спиной Аны.

Девушка резко повернулась, но там никого не оказалось. Она снова посмотрела в зеркало. Человек оставался там, за ее спиной.

Капюшон скрывал лицо. На руках были серые перчатки. Единственной заметной деталью оказалась тонкая серебряная цепочка, исчезающая под плащом.

— Коллекционер, — словно хотела подтвердить самой себе, произнесла Ана.

— Мне нравится это имя.

— А настоящее какое или очень страшно его назвать даже сейчас?

— Имена слишком многое говорят о людях. Мне оно не нужно.

Человек сделал шаг в зеркале. В следующее мгновение он стоял уже в комнате. Ана не увидела, как это произошло. Только что он находился в отражении, а теперь был напротив нее.

— Где Нерина?

— В безопасности. Пока.

— А где моя сестра?

— Даже обидно, что ты не хочешь узнать обо мне побольше, а сразу стараешься перейти к делу, но так оно может и лучше!

— Вы обещали рассказать мне про Эль.

— Обещал.

— Так рассказывайте.

Человек в сером плаще медленно обошел ее. Ана поворачивалась следом, не позволяя ему оказаться за спиной.

— А ты очень похожа, — произнес Коллекционер.

— На кого?

— На Северина Морра. Та же привычка смотреть так, словно уже решили, куда нанести первый удар.

Ана сжала кулаки.

— Вы знали моего отца?

— О да.

В голосе мужчины исчезло веселье.

— Когда-то я служил тем, кто называл себя великими домами. Драконам, эльфам, магам с длинными родословными и пустыми головами. Они пользовались моим даром. Просили остановить яд в крови, сохранить молодость очередной любовницы, продлить жизнь умирающему наследнику. Но никогда не считали меня равным.

Он остановился перед одним из зеркал. На его поверхности отразился огромный зал. Люди в дорогих одеждах сидели за длинным столом. Чуть поодаль стоял молодой мужчина в сером одеянии. Его лицо оставалось размытым.

— Им нравилась хрономантия, пока она им служила, — продолжил Коллекционер. — Но стоило нам понять, что время делает всех равными, как они испугались.

Изображение изменилось. По ночному городу шел высокий мужчина с двумя клинками. Рядом двигался огромный белый зверь. За ними горели дома.

Ана подошла ближе.

— Морр.

— Твой отец называл это Охотой. Мы называли это уничтожением. Он ломал механизмы, сжигал мастерские, убивал тех, кто не соглашался подчиниться Совету.

— Они крали время у людей.

— Они изучали его.

— Но хрономанты же убивали!

Коллекционер повернул к ней скрытое капюшоном лицо.

— Так говорит наследница Охотника, обезглавившая больше преступников, чем некоторые палачи за всю жизнь.

Ана почувствовала, как вспыхнули ладони.

— Я никогда не трогала невиновных.

— Каждый убийца уверен, что его жертвы заслуживали смерти.

— А молодые девушки, которых вы истязали, тоже заслуживали?

Мужчина помолчал, но было видно, что ее слова задели его. Затем ухмыльнулся.

— Они даже не успевали понять, каким сокровищем обладали, кроме как красивым телом.

— Жизнью?

— Будущим.

Он поднял руку. На серой перчатке лежали маленькие