Предел. Выживание - Евгений Сладков

— Нет.

Голос звучал даже хуже, чем паршиво.

Кое-как перевернулся на бок. Мир завертелся и попытался куда-то сбежать. Пришлось замереть, прижав щёку к каменной крошке. Правая рука лежала поперёк груди. Кажется, обе кости предплечья были сломаны. Плечо опять выскочило. Запястье в который раз разрезано браслетом. Но пальцы всё ещё почему-то держали рукоять Узора Мороза. Исключительно полезный спазм, по-другому и не скажешь.

Левая рука оставалась на цепи, уходившей не в потолок, как раньше, а в стену. Правый браслет тянул за собой длинный обрывок. Все четыре руны исправно светились.

М-да… Отступник умер, а Оковам оказалось всё равно.

Чисто для проформы попробовал воплотить часть Отчаяния. Но Сила, как и раньше, не вышла из Средоточия — кольца вспыхнули, Главный филамент скрутило, а внутри груди появилось ощущение, будто кто-то взялся за пилу хирургическую и решил поработать внеурочно, но со всем старанием-прилежанием.

Я прекратил сразу же, но внутренности пилить ещё сколько-то продолжили… Ну точно изверги!

Пытаясь отрешиться одновременно и от терзаний внутри, и от манящего зова Ядра, перевёл взгляд на второй предмет в горке щебня. Узор Мороза торчал из неё, покрытый серой то ли кровью, то ли пылью. А может, и тем, и тем одновременно.

История и впрямь циклична. Когда-то ровно так же я победил Дикаста-Пожирателя на вершине Тёмной Башни, а теперь — так и оставшегося безымянным Отступника.

Разница лишь в том, что тогда я действовал почти вслепую, а сейчас бил точно. Составил план, отравил Ренегата Искажением, стал… сильнее. Честно называть цену этой новой силы не хотелось. Не сейчас, ещё не время. Сначала следовало выбраться отсюда. А для этого требовалось хотя бы встать.

Я подтянул правую ногу. Металл заскрёб по полу. Повезло — каменное крепление осыпалось и сделало браслет с цепью свободными. Со второй ногой — тоже самое. Эти опоры Ренегат создавал своим Атрибутом, и с его смертью они превратились в обычный рыхлый камень.

Только левая рука всё ещё была закреплена. Я извернулся, дотянулся до Узора. Артефакт вышел из щебня с тихим хрустом. Лезвие было холодным и уже нисколько не морозило. Кажется, весь запас силы ушёл на Отступника, и полезный артефакт снова стал просто железкой. Во всяком случае, до тех пор, пока не получится подпитать его новыми Ядрами.

Левой рукой держать Узор было неудобно, непривычно. А уж бить в камень вокруг крепления и подавно. Первые три удара ничего не дали. Четвёртый и вовсе отозвался в сломанном предплечье так, что я потерял сознание.

Ненадолго.

Когда вернулся, Узор лежал рядом. Цепь продолжала держать. Пришлось начинать заново. Каждый удар проходил через плечо, рёбра и позвоночник, отдаваясь в правой части тела. Но сознание держалось. Или это я в него слишком крепко вцепился?..

Каменная крошка сыпалась на лицо. Дышалось тяжело, а в глазах постепенно темнело. На двенадцатом крепление треснуло. На шестнадцатом вывалилось из стены. Левая рука упала, рывком вывернув плечо из сустава.

Через некоторое время я сумел сесть. Ноги не держали. Кровь из запястий пропитали рукава. Рана под правой ключицей раскрылась. Там, где Отступник вырезал филамент, снова проступила тёмная нить. Она не выходила наружу, но кожа над ней чернела.

Когда смог встать, взялся за проблему с плечами. Левое вправил об особо крупный кусок ложа. С первой попытки не получилось — цепи сильно мешали, но как от них избавиться идей пока не возникало. От каждого браслета тянулось под два метра металла, и только правый обрывок был чуть короче. Со второй попытки сустав тоже не поддался. На третьей — встал на место, но мир опять померк… Вернулся вместе с тошнотой. Правое плечо пришлось пока оставить, а изувеченное предплечье обмотать обрывком рубахи и привязать к короткому каменному осколку. Получилось криво, но лучше, чем ничего.

Потом я подошёл к Ядру.

Оно всё ещё лежало призывно на груде щебня. Небольшое, но вблизи от него заломило зубы. Искажение внутри меня потянулось сильнее. Малые филаменты под кожей вспыхнули, браслеты ответили.

А голову прошила мысль: «Поглотить! Сейчас же!».

Отступил на шаг — стало легче.

На два — почти хорошо: ясность вернулась, ломота ушла.

Третий совершать не стал. Вместо него снова нырнул в хранилище. Оттуда достал небольшой артефактный футляр. Именно в такие коробочки складывались Ядра Зверей, потому что они позволяли заглушить силу Атрибута и снижали его утечку. Не чета, наверное, шкатулке Отступника, но лучше, чем ничего.

Кстати, о ней!

А где?..

В свете выуженных кристаллов-зеленушек камеру оглядывать стало гораздо сподручнее.

За другим крупным осколком каменного ложа обнаружилось искомое. Четыре кристалла всё ещё лежали внутри: синее, фиолетовое и два бесцветных.

Шкатулка и Узор Мороза отправились в хранилище, а больше ничего беглый осмотр не принёс. Память тоже молчала, не подкидывая новых зацепок.

А потому дальше я откладывать не стал: вздохнул, собрался с силами, и поковылял в сторону косой щели-выходу.

Вперёд, навстречу свободе!

* Счастливый Кролик: https://author.today/reader/433488/4633101

* Мудрый Удав: https://author.today/reader/433488/4633102

Глава 21

Судьба человека

«Любые случайности не случайны.»

Потря Суровый

В проход-выход я вошёл боком, осторожно, но цепи всё равно зацепились за край. Первый же шаг свободы завершился, не начавшись толком, — пришлось вернуться и распутать себя. Да Отступника к Пределу отправить оказалось проще, чем вот это вот всё…

Дальше ход сужался и поднимался. Стены точно были не естественно-природными — их вырезал Камень, потому что в некоторых местах даже остались следы пальцев. К ним же прибавились и мои отметки, которыми я отмечал повороты. Привычка, выработанная ещё в Лабиринте, только здесь стены поддавались клинку Узора, а потому надобность в значках отпала.

Через десяток поворотов проход впервые раздвоился. Слева пахло сыростью и исходом. Справа — маслом, бумагой и едой. Я выбрал второе. Иногда поистине великие решения принимаются желудком.

Коридор закончился дверью. Обычной — настоящей, деревянной, обитой железом.

Толкнул плечом. Заперто.

Подумал.

Толкнул сильнее. Правая сторона тут же напомнила, что она всё ещё не в лучшей своей форме. Тогда я обмотал цепь вокруг ручки, упёрся ногой в стену и потянул. Что-то захрустело…

— Терпи, Власт, Воином будешь! — прохрипел, перекрывая неприятный хруст.

Это сработало. Терпение и труд точно всех победят — замок вырвало вместе с доской.

За дверью обнаружились комната человека. Не чудовища, а именно человека, который жил здесь долго и готовился жить ещё.

Стол, стул, кровать, шкаф. Полки с банками. Лампа, светящаяся приятным жёлтым