Фантастика 2026-40 - Вячеслав Киселев

Вот только Кристина сама выглядит уставшей и осунувшейся, словно нечто выжимает из неё все силы. Лизе не нравится идея, что её сестра добровольно пойдёт в руки тех, кто, судя по всему, всё это и затеял.

Но может понять, почему – всем им нужны ответы.

Втроём – встревоженный дедушка звонит несколько раз, но не готов сейчас ехать в город – они прибирают всё, что могут. Кристина несколько раз шатается и хватается руками за стены, но только сильнее одёргивает рукава под встревоженным взглядом сестры.

– Отцу не говори, – коротко шепчет она. – Не надо, пожалуйста.

– Уверена? А если…

– Лиза-а, слишком много «если». Не сдавай меня в этот раз – в конце концов, сейчас я не смогу так легко и быстро вернуться.

Лиза едва не закатывает глаза. Кажется, историю о том, как она случайно сболтнула родителям, что младшая сестра ускользнула на свидание в девятом классе вместо подготовки к сдаче переходного экзамена, Кристина будет припоминать ей до конца жизни. Конечно, экзамен она потом сдала.

– Думаю, на сегодня всё, – отец, пригнувшись, выходит из маленькой задней комнатки и оглядывает ещё оставшиеся следы погрома.

– Пожалуй, – Кристина кивает, – я завтра… продолжу. И сверюсь с тем, что нам сейчас не хватает из запасов и для ближайших заказов.

– Тогда поехали домой? Я вчера утку запёк. Расскажете новости.

Кристина делает вид, что её очень заинтересовало какое-то пятнышко на стеллаже. Ей проще промолчать.

– Давай не сегодня. У меня ещё дела в городе, – бодро отвечает Лиза.

– Это какие? – чуть ехидно уточняет отец, протирая руки тряпкой, от которой пахнет спиртом. – Что, у обеих?

– Мы тебе потом всё расскажем!

Лиза отлично понимает, что сейчас – тот самый шанс ускользнуть, иначе начнутся лишние вопросы и допрос с пристрастием, к которому она не готова, да и застрянут они тут надолго.

– Только не забывайте хоть что-нибудь поесть!

Глава 5

Около восьми лет назад

– Ты подводишь семью, Кирилл.

Голос отца звучал раздражённо и неодобрительно. Он явно дожидался его в гостиной, видимо, желая поговорить наедине.

К чёрту. В следующий приезд он лучше снимет дешёвый хостел, чем остановится у родителей. Мама, конечно, расстроится, но общение с отцом, как всегда, невыносимо: тот считал, что знает всё лучше всех и лез с непрошеными советами.

Кинув влажную от английских дождей куртку на кресло, Кирилл уселся на мягкий подлокотник и закурил:

– Каким образом?

Отец разлил херес по двум роксам и подтолкнул один вперёд по вычурному журнальному столику. Опустился в кресло и едва ли не величественно продолжил:

– Я считаю, не дело потомственному сухри тратить себя на работу стража.

– А ты никогда не думал, что мне правда нравится то, что я делаю?

Кирилл не лукавил. Пусть сложно, пусть Шорохов порой изводил, пусть заклинания не сразу давались, но он чувствовал себя на своём месте и искренне верил, что станет хорошим стражем.

Отец некоторое время молчал, прежде чем продолжить:

– Иногда надо делать не то, что тебе хочется, а то, что ты должен. Послушай, я ещё могу договориться о том, чтобы тебя приняли в Академию. В Лондоне или Москве, как захочешь.

– Я их скорее сожгу, – честно признался Кирилл. – В мире теней мой огонь хоть полезен.

– Тебя этому учат в этой твоей Школе? И что за упрямство! Страж, ха! Это же маги второго сорта. С нищенскими зарплатами…

С него хватит. Кирилл хотел бы, чтобы всё было по-другому. Он помнил, как когда-то отец брал его с собой на рыбалку, в путешествия на машине, даже как впервые угостил пивом. Проблемы начались, когда магия огня всё больше вырывалась из-под контроля, а Кирилл просто не знал, как с ней справиться.

Он хотел бы, чтобы отец им гордился.

Вот только для того стать лучшим среди изгоев – скорее провал, нежели достижение.

Так что, схватив куртку, Кирилл вышел из гостиной, чтобы собрать вещи. Лучше хостел, чем родительский дом.

* * *

В мире теней сейчас пахнет мокрой осенней листвой и подгнившими яблоками в корнях деревьев. Кирилл вертит в руках одно из них, серое и твёрдое, принюхивается к горьковатой кожуре в мелких пятнышках и откидывает в сторону.

Среди стражей бытует легенда, что каждому из них глубокие тени показываются по-своему. Пейзаж в тонком слое почти один и тот же – бескрайние поля и дымка леса на горизонте, но куда он ведёт, какими запахами и видениями наполняется, зависит от магии, которую в него приносишь. От твоих страхов и намерений.

Говорят, где-то шелестит у тёмного песка чёрная река. И даже стражи не рискуют ходить по ней, а от самой воды тянет мёрзлым холодом.

Кирилл там никогда не бывал, но знает, что протоптанные узкие тропки среди трав всегда приводят его к кромке сыроватого леса с бесплотными, но почти безобидными тенями.

Стражи на протяжении веков изучали, куда открываются проходы из мира теней и к каким точкам соприкосновения с реальностью. И составили бережно хранимые всеми карты со сложной сеткой координат, с которой теперь сверяется Кирилл.

– Как здесь тихо, – Николай стоит рядом, заложив руки в карманы брюк. – Я уже и забыл.

– Ты сам как? Магия земли не отзывается?

– Нет. Куда дальше?

Сейчас вместо Саши с ними два печатника в тёмно-синей форме, которые курят и негромко переговариваются в стороне, ожидая распоряжений.

Кирилл с тревогой смотрит на Николая. Вдруг Марк прав, и для восстановления магии земли нужно время, сон и эликсиры. И всё будет как раньше.

Он до сих пор помнит испуг и панику в глазах матери и то, как она куталась во все пледы и выкручивала батареи в доме, чтобы согреться. Как порой теряла сознание от слабости и отсутствия сил. Её, как и Николая, будто лишили одного лёгкого, вырвали магию с корнями. Как и мир теней, который отзывается стражам и принимает их, но каждый раз забирает дань и выцарапывает кусочек силы.

Словно стражи и мир теней не могут существовать друг без друга.

При всех непростых ощущениях стражам он… отзывался. Принимал их в свой сумрак с лёгким запахом тлена и болот – в тонких слоях.

И мир теней тоже становится теперь для Николая куда опаснее.

С другой стороны, стражи на то и стражи – не только кромсать и убивать теней,