Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

дух смерти, олицетворение всех умерших этой земли. Ты прикоснулся к истории, которая тянется уже почти пять сотен лет и не собирается останавливаться. Ты стал частью того человека, который как мог скрывал своё существование и действовал без шума и тени. Смотри."

Глаза тысяч и тысяч людей закрылись и Антуан, также закрыв глаза, убрал руку с головы Девриена и перенёс её к грудине. Мощным толчком невиданной силы капитана ударило в грудь и мысли его зароились с огромной скоростью. Он видел кровавые казни, заброшенные места, дикие и глухие леса, бесплодные степи, что тянулись на сотни и сотни километров. И лица. Сотни людей разного статуса, бастарды и короли, маленькие дети и дряхлые старики, молоденькие девушки и сварливые старухи. Первым стал Домике Герцике и его лицо побагровело, залилось кровью. Следующим был Антуан Герцике и его лицо также было забрызгано кровью. Следом шли Первые Графы Конферии, один за одним, затем их жёны, дети, внуки и правнуки. Снова короли, но уже из других времён, в других одеяниях и другой внешности. Дети возрастом от нескольких месяцев до полного совершеннолетия – алая пелена застилала и их. Лица табуном проносились в голове Девриена, разрывая её на куски. Затем поток лиц сильно замедлился и Девриен уловил последние из них – король Рене Шерридан и своё собственное лицо.

"Теперь ты знаешь. Знаешь и то, почему все беды сваливаются на твою голову. Знаешь, зачем мы здесь. Прерви порочную цепь. Стань тем, кто упокоит гневную душу преданного принца. Смерть охотится за его душой уже не один век и сеет раздор в мире духов, заставляя Нас выходить на свет. Ты лишь последнее звено в его цепочке вечной мести, но она не оборвётся просто так. Закончи историю Падшего."

Капитан с огромным усилием открыл глаза и увидел перед собой Миру и близнецов, которые тут же радостно обхватили его руками и стали причитать:

– Ты нас до смерти напугал, поганец!

– Чёрт возьми, ты живой...

– Ох, слава богам ты очнулся...

Девриен неуверенно поднялся на ноги, снова чуть не упал на землю, благо, его во время подхватили заботливые руки, а затем тряхнул головой и потёр виски руками.

– Это было... До невозможного реально.

– Что стряслось? С тобой уже такое случалось, когда только убили доктора Домтена. Это ведь дух, да? – серьёзно спросила Мира.

– Да, это был дух. Он назвался Ки'атан, дух смерти и всех умерших. Поверить не могу, там были все! Домтен, павшие Серые Лица, короли и их дети, обычные оборванцы, которые, возможно, до сих пор лежат где-то в трущобах или в канаве!

Близнецы скептически посмотрели на Мирабель, а затем на Девриена и серьёзно спросили:

– Девриен, мы не знаем точно, как действует это лекарство. – сказал Макс, а затем продолжил говорить Рокс: – Оно может вызвать галлюцинации, бред, помутнение сознания – цветки камницы достаточно ядовитые, выварка же не убивает яд, а концентрирует его. Ты уверен, что все было именно так?

– Он показал мне момент обмана Лока. И его же лет через пятьдесят, уже стариком. Он возвращался на Пятый, находился в Зареме в поисках какой-то книги и увидел статую-нетерака, на которой была накидка его брата. Ему он пообещал отомстить каждому из графской семьи Конферии, всем предкам и ближайшим родственникам и книга должна была помочь ему создать "жизнь из чертогов смерти". На очереди – король Шерридан. А после... – он запнулся и исступлённо посмотрел на свои руки, – После настанет мой черёд.

4.

Спустя несколько дней по городу прокатилась счастливая весть – грандиозный пир в честь славного героя Зарема! Приглашены абсолютно все, без каких-либо ограничений по росту или весу, по весу кошелька или по количеству золотых пуговиц на рукаве.

Люди буквально заболели идеей показать себя во всей красе. Каждый, кому своевременно приходила карта-приглашение, тут же начинал метаться сначала по своему дому, а затем, не найдя в шкафах ни одной пристойной вещи для светских вечеров, и по самому городу, заглядывая то в бутики с красивой одеждой на манер королевских одеяний, то в портняжные лавки, где можно было приодеться подешевле и по своим меркам. Тонны помады для волос и туши, десятки килограммов пудры и увлажняющих мазей с ароматными маслами, целые амфоры, полные духами и благовониями – скупали все и всё под чистую, оставляя аптеки и парфюмерные лавки буквально голыми, будто они только-только открылись и не успели выставить товар на полки.

Люди всем скопом забегали в музыкальные академии и дома искусств, где усердно учились танцевать. Неумело перебирая ногами, они косо посматривали на таких же неудачливых партнёров, словно подозревая их в какой-то мерзости или похабных мыслях. Мол, "Я, так-то, умею и танцевать, и со вкусом одеваться, но травма заставила меня переучиваться делать и то, и другое. Так всё и было!". Им было до невозможного стыдно признаться самим себе, что всё это чертовски глупо – и наряды, и косметика, и обучение танцам. "Но пир! Я же никогда не был на пире, где будут присутствовать все именитые личности этого города!" – думал каждый из них, и мысли эти отгораживали стыд стеной из уверенности с лёгким налётом быстро приобретённой глупости.

Потерянные действовали с небывалый скоростью. Деньги расходились на всё, о чём только можно было мечтать простому горожанину: сотни и тысячи бутылок с вином и бродившим мёдом; столы, ломящиеся от вкуснейшей еды от лучших поваров из других городов; яркие и броские украшения, огоньки, фонари, мишура; бордели со всех уголков Зарема и ближайших городов отправляли девушек поближе к Центральной площади; нанято было с десяток бардов и менестрелей, заучивших полюбившиеся местному населению песни. С помощью десятков добровольцев, посчитавших за счастье помочь в организации такого чудесного праздника, Потерянные за считанные дни украсили дома вокруг площади и саму площадь; выстроили ряды из крепких и широких столов, на которых должна была расставляться вся выпивка и еда; выстроили небольшой приятно украшенный подиум, с которого должен был толкнуть речь хозяин вечера и организатор этого скромного торжества.

Вдоволь набегавшись по городу и с огромным удовольствием потешив собственное самолюбие после удачного танца или идеально подобранного платья, мужчины и женщины лениво и сонно пролёживали дыры в кушетках и диванах. Нынче не до работы – такое событие на носу! Они любовались собственными нарядами и словно сытые коты глядели в смеркающиеся небеса и осторожно выглядывающую Луну. Лёгкий трепет от предвкушения будущего праздника начисто вышиб из головы