Фантастика 2026-102 - Николай Петрович Марчук

— Но’аар, золото где?

— Он в себе ли?

— Хватай сатаруза усы и пошли быстрее — там Ка’ац-лекаришка разберется!

— Н-но, кудлатая! Пошла!

— По итовским сатарам— и уходим! Быстрее, быстрее!..

— Хоп! Хоп! Хоп! Хоп!..

И разбойничий налет кончился так же внезапно, как и начался, оставив на перекрестке в пыли и старых лужах совсем недавно еще гордый и грозный отряд воинов клана Ит вместе с их втоптанным в грязь взбешенным командиром.

— Хок’фар, давай остановимся! Надо у атамана спросить, куда он подевал золотой запас!

— Дотерпи до лагеря, Нен’от!

— Я-то дотерплю, но у него такой вид, что, кажется, он вот-вот помрет. И тогда мы уж точно не узнаем, куда он подевал наше общее золото. А там, между прочим, была и твоя доля, Хок’фар!

— Остановись!

— Остановись, Хок’фар!

— Если он уже не скопытился!..

— Ладно, стоим.

— Эй, остановка!

— Все сюда!

— Куда атаман спрятал наши сокровища?

— Щас узнаем…

Хок’фар осторожно снял казавшееся безжизненным тело атамана с сатары и положил на землю. Остальные разбойники торопливо спешились и сгрудились вокруг.

— Вроде живой.

— Ага, дышит.

— Куда он ранен?

— Крови нет…

— Кровь будет! — прогремел вдруг сзади властный голос, и в унисон лязгнули затворы десятка арбалетов. — Я — герцог К’са! Вы арестованы! Стреляем без предупреждения!

Выслушав это ценное предупреждение, разбойники переглянулись, оглянулись и кинулись врассыпную под прикрытие придорожных кустов. Несколько наименее сообразительных или наиболее исполнительных (впрочем, это, как правило, идет рука об руку в любом мире) солдат герцога выпустили стрелы, но они поразили лишь бестолково столпившихся тут же рядом сатар, только что захваченных разбойниками у клана Ит.

— Стойте! Ни с места! — заорал герцог, и солдаты, соскочившие было с сатар, чтобы преследовать бандитов в лесу, застыли на месте, упуская драгоценные мгновения.

— Да не вы! — взвыл в отчаянии К’са, возводя к небу враз пожелтевшие от ярости руки. — Идиоты!.. Кретины!.. Болваны!.. Они сбежали! В погоню! За ними! Бегом!..

Отряд резво спешился и, раздирая нарядную форму о шипы и колючки кустов, по густоте и жесткости не уступающих зимней шубе сатар, вломился в лес.

Минут через двадцать солдаты вернулись. Все, но с пустыми руками. Их лейтенант готов был разглядывать выдранные лоскуты формы, трупы сатар, деревья, небо, лужи — что угодно, лишь бы не смотреть готовому рвать и метать герцогу в глаза.

И вдруг…

— Ваше сиятельство, разрешите заметить — один злодей, кажется, остался здесь, — робко приложил руку ко лбу лейтенант.

— Где? — рявкнул герцог.

— Вон, под убитыми сатарами. — И он указал на торчащие из-под тяжелой туши сапоги.

— Тоже убит?

— Сержант, посмотрите, убит ли разбойник, — скомандовал лейтенант.

— Нет, господин лейтенант! Дышит!

— Да это сам атаман шайки — Но’аар! — узнал его лейтенант.

— Вот так удача!..

— Но’аар попался!

— Забрать его с собой! — злобно прищурившись, приказал герцог. — Повесим его сегодня при всех на воротах Кент’тура! Возвращаемся!

И, не дожидаясь, пока его воинство снова окажется в седле, пришпорил свою сатаруи помчался по дороге к Кент’туру.

Хмурый сержант закинул, как мешок, несопротивляющегося пленника поперек холки сатары, подождал, пока молодой солдатик соберет всех трофейных сатарна одну веревку, вскочил в седло и поскакал вслед за быстро удаляющимся отрядом.

В лесу свистнуло какое-то животное.

Издалека отозвалось другое…

Через три поворота на их маленький отряд из двух человек и семнадцати сатарнапали.

У старого служивого хватило ума рухнуть на землю и притвориться мертвым.

У солдатика — быстро перерезать веревку и умчаться вперед на своей сатаре, бросив остальных.

У пленника — только тихо застонать, когда Хок’фар объявил его мертвым.

— Живой!

— Быстрее тогда в седло — и сматываемся отсюда!

— Рен’рох, поскачешь последним! Увидишь, что нас догоняют, — свистнешь!

— Уйдем опять в кусты?

— Догада ты наша! — заржал Хок’фар и пришпорил сатару, на которой уже висел его атаман.

Через двадцать минут его отряд влетел на всем скаку в гущу воинов клана Ит.

Мгновенно посчитав, на чьей стороне численное преимущество и едва успев пожать плечами, разбойники снова нырнули в спасительные кусты.

Мгновенно узнав знакомую фигуру поперек седла, предводитель клана Ит расхохотался.

— Это же наш женишок! Глазам своим не верю! Воистину, будет что рассказать гостям и чем оправдаться перед женщинами за задержку и остывший обед. Вперед!

Еще через двадцать минут превосходящие силы воинов клана Ак, воодушевляемые боевыми кличами предков и солидными премиальными, рассеяли воинов клана Ит, и главный приз — стонущий Но’аар — перешел вместе со своей сатаройв собственность Ак’гана и его клана.

Перевязав раненых и погрузив на спины не успевших разбежаться сатартех, кому не так повезло, воины клана Ак медленным шагом направились обратно в Кент’арк.

И благополучно добрались аж до самой базарной площади.

У дверей храма в засаде их поджидали разбойники.

Вслед за ними в Кент’турские ворота въехали все мужчины клана Ит, способные носить оружие.

В ворота Коронации, едва не опередив конкурентов, ворвался отряд герцога К’са.

По каким-то неуловимым признакам горожане Кент’арка поняли, что базар превращается в кино про войну, и моментально заняли места на балконах домов, фасадами выходивших на площадь, согласно уплаченным счастливым домовладельцам суммам.

Отряд клана Ак занял круговую оборону вокруг фонтана.

И действо началось.

— Именем закона — я, герцог К’са, требую выдачи разбойника Но’аара!

— Верните нашего атамана, и вам ничего не будет!

— Но’аар принадлежит клану Ит!

— Папа, не отдавай его!

— Через мой труп!

— Я приказываю!

— …прольется кровь!..

— …месть до могилы!..

— …если ты любишь меня!..

— …не сдаются!..

— …позор…

— …На-ши!.. На-ши!.. На-ши!..

Иванушка, сквозь традиционный туман в голове и слабость во всех остальных частях тела понимая, что задерживаться в этом мире ему в общем-то не стоит, дрожа каждой шерстинкой и чувствуя, что его руки то желтеют, то сереют, то белеют от напряжения, из последних сил перевалился через гребнястую голову этого разноцветного чудовища, так удачно остановившегося попить водички, прямо на бортик центрального городского фонтана.

Раздался короткий всплеск.

— …извините, что не прощаюсь, — мне очень некогда…

Не успел Саид — старый прислужник Толстого Мансура задуть лампу, задвинуть задвижку, защелкнуть защелку, накинуть крючок, повесить замок, вставить шпингалет, опустить засов и приставить к двери швабру, как снаружи снова постучали.

— Ну кто еще там? — позевывая, ворчливо отозвался он. Откровенно говоря, Саид рассчитывал еще поспать пару часиков до того, как неизбежные хлопоты и не менее неизбежный хозяин неласково поднимут его с кучи старых тряпок, которые днем защищали от солнца окна, а по ночам служили ему постелью под лестницей.

— Это мы. Бедные дехкане — сборщики капусты. Утомились сидеть на улице и решили поспать в наших комнатах. За которые мы уже заплатили твоему хозяину, кстати.