Роковой путь - Илья Ангел

— Это выполнимо? — я не стал даже пытаться вспомнить, что это за тип и что собой представляет.

— Вполне, — Ромка поморщился. — Если бы он ещё не являлся правой рукой президента не слишком дружелюбно настроенной к России страны, чьё убийство просто не может не оставить никаких последствий…

— Рома?

— Что? — он выглядел сонным, словно это происходило не с ним, и никакого отношения к Роману Гаранину не имеет.

— Откажись.

— Я не могу. Если я даже не попытаюсь, я просто умру. В этом особенность магических контрактов, заключаемых в моей Гильдии. Только все они идут через подпись главы, а я подобного точно не подписывал, как Женя. Мне надо в Гильдию. Потолкую с тем козлом, который, видимо, решил от меня таким вот способом избавиться, и узнаю подробности, потому что слишком много нестыковок.

— Но это не слишком логично, — нахмурился я, пытаясь осознать весь масштаб проблемы.

— Это подстава в чистом виде, — Рома пожал плечами. — Такие контракты никогда не заключаются с иностранцами, и ни один здравомыслящий человек не возьмётся за его выполнение, сразу подписав контракт с большими ограничениями для выполняющего. Могу гарантировать, что это заказ на меня с весьма оригинальным исполнением, видимо, по-другому добраться не получалось. И мне надо выяснить, кто этот таинственный наниматель, прежде чем соваться в страну, где меня ненавидят ещё больше, чем в этой. Меня таким образом уже пытался убрать Мишин в своё время. Они не слишком оригинальны.

— Это может быть твой отец? — прямо спросил я.

— Да запросто. Я бы мог подумать, что это месть за Никиту, но контракт, судя по всему, был заключён раньше, — Рома пожал плечами. — Но я точно могу сказать, что это сделал человек, знающий кухню Гильдии изнутри. Ладно, пойду разбираться. Дальше будет видно.

— Я назначу летучку на девять утра…

— Ванду пока не впутывай в это. Ей вообще незачем знать ни о чём, что может как-то причинить мне вред. Она стала после болезни слишком эмоциональна, что неудивительно, — посмотрев мне в глаза, он кивнул и вышел из квартиры, закрывая за собой дверь.

— Так, нужно собрать группу, — я прошёл в комнату и аккуратно, чтобы не разбудить Лену, взял вещи и телефон, заходя обратно в опустевшую в прямом смысле этого слова кухню, где кроме стола, трёх стульев и плиты ничего не осталось. Ах да, ещё два стакана и пустая бутылка. На мой звонок Эд ответил практически сразу:

— У меня какие-то нехорошие предчувствия, — вместо приветствия произнёс Эдуард. — Я почему-то ждал, что ты мне позвонишь.

— Собирай рабочую группу к девяти утра. Дубов, Рокотов, Довлатов, Демидов, если последний проспится к этому времени, и того, кого посчитаешь нужным. Цель — заказ на Рульфа Реттингтона второй Гильдии. По условиям контракта этот заказ должен будет выполнить Роман, — коротко произнёс я. — Мне нужна вся информация по этому типу и предварительный анализ с учётом его сферы деятельности.

— Неожиданно, — протянул Эд. — Я всё сделаю. Тебе об этом Рома сказал.

— Да, там какие-то странности с этим магическим контрактом, он с Ожогиным сейчас будет разбираться, — я потёр лоб.

— Ты же понимаешь, что офицер СБ не может быть замешан в международном политическом скандале? — тихо спросил Эдуард, судя по шороху попутно одеваясь.

— Поэтому я хочу к девяти утра предварительный анализ! — рявкнул я и отключился. — Не может же быть такого, что этот контракт нельзя отменить. Кстати, насчёт отменить, — я сорвался с места, вбегая в комнату, где видел совершенно нетронутую котами тетрадь, в которой Николай записывал всё, что нашёл о ритуалах служения. Нужно разорвать Ромкину связь с Гильдией, даже если это не поможет избежать выполнение этого странного контракта.

Информации Николай нашёл много, но всё это мало относилось к тому Ритуалу Служения, что был принят в Гильдии убийц. Особенно это было прекрасно понятно по рисунку, проступившему на коже Романа после общения с Оракулом. Николай нашёл похожий, но всё равно отличающийся в некоторых важных связующих узлах. Единственное, что их всё объединяло — это способ снять проклятье либо полностью, либо частично. И об этом мне могли всего в двух словах сообщить как Николай, непонятно зачем исписавший тридцать одну страницу мелким почерком, как и Эд, ответив на мой вопрос ещё в особняке Моро.

— Ну вот и как их называть, — процедил я и посмотрел на часы. Половина восьмого.

В принципе, можно было выдвигаться в СБ, и пока все собираются, накрутить хвост моему любимому брату, решившему, видимо, таким оригинальным способом, заставить меня самого думать над Ромкиной проблемой. Только вот его: «Я не могу этого сделать», я понял в своё время как признание того, что он не знает, как снять с Ромки эту дрянь, а не того, что именно он не может это сделать. Он не может, а я, как смог выяснить Николай, вполне могу.

Посидев ещё немного в тишине, бездумно рассматривая стену, я оделся и решил прогуляться, пешком направляясь в СБ. Утренняя прохлада остудила горящую кожу лица, головная боль почти прошла, и я стал себя чувствовать на порядок лучше. Пройдя через рамку идентификатора, я огляделся, думая над тем, куда идти в первую очередь.

— Не спится? — я обернулся, разглядывая хмурого Андрея, подошедшего ко мне со спины.

— Да как-то сон перебили сногсшибательными новостями. А ты чего так рано? — прямо спросил я у Боброва, ожидающего внизу, как я понял, Рокотова, спустившегося только что на первый этаж.

— Женя позвонил, — Андрей повёл плечами, словно их сковала судорога. — Попросил приехать, а раз меня и так выдернул Эд в рабочую группу, то я не смог ему отказать в небольшой просьбе.

— Конкретнее можно? — поморщился я. Впервые манера моих сотрудников выдавать информацию дозированно начала меня невероятно раздражать.

— Конкретнее можно, — вместо Боброва ответил Ваня, открывая дверь, ведущую в следственный отдел. — Ожогин умудрился в обход Романа притащить сюда кого-то, кто, как сказал Женя, связан с этим мутным делом. И попросил именно нас его допросить, не привлекая к участию находящегося явно не в духе Гаранина, если мы не хотим, чтобы наша уборщица оттирала печень с потолка.

— Ну, если он причастен, можно было дать Ромке шанс самому всё выяснить, и пригласить Довлатова, он же всегда мечтал провести свой некродопрос, — провёл я рукой по лицу, стараясь таким незамысловатым способом сбросить подкрадывающуюся сонливость. — Ладно, пойдёмте, я тоже хочу поприсутствовать.

Мы направились в сторону допросных, где в комнате наблюдения стоял Гаранин, внимательно