Не в этот раз. Книга 2 - Максим Владимов

и затащить добычу в квартиру. Тащить было что: три лома, два топора, гвоздодёр, кувалда, что-то типа фомки, несколько зубил, шлямбур… одному никак не уволочь, короче. Допускаю, правда, что он не столько сжалился над пацаном, сколько не хотел ждать… ну да то неважно, результат — вот он! Распрощавшись с водителем, я первым делом распахнул все окна: за ночь амбре настоялось, хоть развешивай принесённый инструмент, чтоб на полу место не занимать. Вот вроде бы мы с Лёхой вчера ушли отсюда ближе к полуночи, и окна он, конечно, вынужден был закрыть, но этого времени вполне хватило, чтоб воздух внутри буквально закончился. Похоже, с вентиляцией здесь тоже что-то придётся делать. Ну да это ладно, потом.

Дождавшись, пока ветер с улицы хоть немного гнетущую атмосферу продует, я зашёл в комнату и огляделся. Лёху ждать смысла нет — он ещё вчера сказал мне, что его вызвали на работу, начальство поедет по деревням, и это, скорее всего, на весь день. Пришлось изымать у него ключи и вызывать огонь на себя. На то, что сегодня, в субботу, придёт толпа «афганцев», не рассчитываю, во всяком случае, вчера на тренировке никто о таком желании не заявлял. Завтра шансов побольше, ну да не терять же время зря? И я бухнулся на пол в углу — ну-ка, как оно тут всё устроено? Папа, конечно, рассказал, как обычно сейчас такие полы делают, но мало ли, вдруг тут уже успели перестелить? И вот топор ещё надо взять, топор. Что один человек построил, другой завсегда разобрать сможет!

Требовательный стук в дверь резанул по нервам бензопилой. В первый момент я дёрнулся к входу в квартиру прям как был — с инструментами в обеих руках, но быстро опомнился: негоже соседей пугать, Лёхе с ними жить ещё. Но потом подумал-подумал, да и не стал бросать один топор, просто завёл руку с ним за спину — мало ли кто там… Случись какой агрессивный мужик — голыми-то кулаками можно и не отмахаться ведь! Где-то на периферии сознания мелькнула мысль, что и топором отмахиваться — даже успешно — это идея очень так себе, но я эти пораженческие настроения с лёгкостью прогнал.

За дверью, однако, оказались не соседи, а Костя с Игорем.

— Ну ты даёшь, салабон, грохот с улицы слышно! — поприветствовал меня наш физорг.

— А куда денешься, стройка — она такая, — ответствовал я, виновато шмыгнув носом.

— И чего это ты тут делаешь, а? — Костя уже прошёл внутрь и с интересом оглядывал разгром, который я успел учинить.

— Ну вот смотри… запах чуешь, кстати? Это я ещё проветрил уже. Вот причина, как я и предполагал. Тут, гляди, засыпка между лагами, опилки, мусор какой-то, а сверху, через щели между половицами, похоже, коты гадили, долго. Или собаки. Или люди! Это всё надо вычищать, выносить. Для этого — разобрать пол. Стены тоже — видишь, красота какая? Обдирать. А там клейстер… не пожалели! Свет ещё… ну, свет я беру на себя.

— Да уж… — Косте картина явно не понравилась, да и последнее моё утверждение он воспринял явно скептично. Типа, пацан бахвалится — чего он может понимать? Зато Игорь отнёсся к увиденному совершенно спокойно.

— Ну и нормально. Ломать не строить! Инструмента тут у тебя, я вижу, навалом… Поехали?

* * *

Ну что, кажется, я теперь — в первом приближении — знаю процент реального актива: треть. Именно столько народу пришло поработать. Оказывается, парни между собой всё-таки проблему обсуждали, просто не сочли нужным ставить в известность меня, и вот эти четверо (через полчаса после Кости с Игорем подошли ещё двое, и даже с кое-каким своим инструментом) — это все, кто откликнулся. Причём, один из них (со смешной кличкой Сапог) на тренировках никогда не появлялся, так что, может получиться, что и считать его в процент не надо, тогда получится и вовсе четверть…

Но даже так, четыре бывших десанта — это сила внушительная. В первую очередь, физическая, конечно. Всего-то и прошло каких-то четыре часа, а пол в комнате уже разобран весь! Причём, все доски-лаги целы, разве только кое-где видно мелкие коцки. Гвозди повытаскивали даже! Меня отстранили с самого начала, мол, нечего под ногами мешаться, мал ещё, иди каши поешь.

— Давай, вон, со светом иди ковыряйся, говорил же, что сможешь? Сделай розетку хоть одну, чайник включим — и то дело! — напутствовал меня Игорь.

— Чайник, если что, можно на плиту поставить — она работает! — тявкнул я, уметаясь из комнаты.

Сказал, конечно, чисто чтобы сказать: возможность-то сугубо теоретическая, у нас ни чайника так-то, ни чая, ни чашек. Розетку, впрочем, одну всё же сделал. Арматуры на замену у меня, правда, не было, потому пришлось дичайше извернуться: нашёл одну со сколько-то целыми контактами, битый час ковырялся, пытаясь затянуть туда оставшиеся недогорелыми коротыши проводов, а потом плюнул, выдрал механизм и переставил его в другой стакан, порадовавшись попутно, что хоть сама коробка уцелела. Опасная штука получилась, конечно, но для пользования у меня было решение в кармане: утащенный из дома тройник. Предъявил работу, был головопоглажен и словопохвален, а в розетку немедленно включили пылесос.

— Это ты зря затеял! — крикнул Костя, пытаясь переорать советскую технику.

— Почему? — таким же образом ответил владелец пылесоса.

Я, конечно, не мог остаться в стороне и вмешался: выдернул вилку из розетки. Поэтому Костя потратил командность тона впустую:

— Обедать пора!

Владелец «Ракеты» от неожиданности даже попятился. Оба они (да и мы все тоже) посмотрели друг на друга обалдело, а потом рассмеялись.

— Ну что, братва, доставай, кто чем запасся!

Запаслись, оказывается, все. Кроме меня. Но я быстро сообразил, как выкрутиться:

— Парни, а давайте ко мне домой пойдём? Там хоть руки помыть можно. Поедим как люди, за столом, с посудой, чай, опять же. Тут рядом, триста метров!

Идея неприятия не встретила, и мы, быстренько раскидав творческий беспорядок, чтоб стало можно закрыть двери и окна, выдвинулись обратно в цивилизацию. Но не дошли — совсем чуть-чуть. Возле подъезда меня ждали. Что именно меня, я понял не сразу, просто женщина какая-то, заплаканная, стояла у крыльца и смотрела вверх на окна — ну мало ли? Но когда мы толпой повернули с тротуара в подъезд, навстречу из двери появился… ну конечно, Олежка. Хоть он и не успел ничего сказать, женщина среагировала мгновенно, проследив за его взглядом: