Империя #3 - Жан Аксёнов

Тут я заметил, что за столом не хватает одного человека.

— А Катя что, не спускалась? — нахмурился я, и мама озабоченно покачала головой:

— Она сегодня и не обедала. Кажется, ты немного перегрузил её работой…

Закончив с ужином, я поднялся в кабинет.

ㅤ

Катя была на том же месте, что и в прошлый раз. Обычно аккуратный стол вокруг неё был завален скомканной бумагой, рядом стояли несколько кофейных чашек, под глазами залегли тени.

Увидев меня, она едва кивнула и снова уткнулась в экран.

— Как дела? — спросил я, встав напротив. — Виден свет в конце тоннеля?

— Да тут… в общем, нет пока, — расстроенно выдохнула она.

Она резко повернула ко мне экран. На нём бежали строчки зелёного кода, перемежающиеся красными сообщениями об ошибках.

— Смотри, — Катя ткнула пальцем в экран с такой силой, что ноут покачнулся. — Оно капает. Буквально капает, по чайной ложке! Я пробила их защиту утром. Написала идеальный запрос на выгрузку всей истории заявок за полгода. Знаешь, что сделал сервер? Он просто оборвал соединение и заблокировал меня на час! Оказывается, у них стоит жёсткий лимит на объём сырых данных. Ты не можешь запросить месяц. Ты даже день не можешь запросить! Только блоки максимум по пять минут. Чтобы получить то, что мне нужно для поиска утечки, мне пришлось писать асинхронный код. Илья, я раньше даже слов-то таких не знала! Я сидела и разбиралась, как заставить программу отправлять запрос, скачивать кусок, не виснуть в ожидании ответа, делать нужные паузы, вовремя подмигивать серверу, чтобы он не принял меня за DDOS-атаку, или не сбросил запрос. И если связь хоть на секунду моргнёт — всё, блок обрывается, и надо качать его заново!

— А почему так долго приходится ждать?

— Ну, у биржи эти данные могут храниться в разных местах, и даже не на разных серверах, а вообще где-нибудь на ленточном хранилище. Вон, видишь: 09:00 скачано, 09:05 скачано… Некоторые блоки выдаёт за секунды, а над некоторыми и по несколько минут может думать. К тому же у меня не самый высокий приоритет, а клиентов много, образуется очередь. Как-то пятнадцать минут висел статус «ваш запрос в очереди на обработку». И это только один торговый день! Я чувствую себя идиоткой. В университете нам говорили: «возьмите датасет». Никто, ни один профессор не предупреждал, что в реальном мире добыча данных похожа на копание траншеи ложкой в мёрзлом грунте! У меня нет команды инженеров, чтобы они подготовили мне базу. Я всё делаю сама. Если я ошиблась хоть в одной строке парсера… Я даже не знаю ещё, правильно ли оно сохраняет!

— Могу я чем-то тебе помочь? — спросил я.

— Если только у тебя найдётся пара серверов, — усмехнулась она. — Я бы для начала запустила процесс загрузки на нескольких машинах сразу. Пусть каждая тянет свой кусок данных. Больше запросов — больше ответов. Да и потом дополнительные вычислительные мощности пригодились бы.

— Сервера не обещаю, но ноутбуки давно собирался купить. Себе, Лерке и Шурке. Лера вчера, кстати, напоминала. Если скажешь, какие именно, то я завтра съезжу и куплю.

— А как же Анна?

— О, Анна сломала ногу и теперь прикована к кровати!

— В каком смысле ногу сломала? — Катя аж с лица спала. — Ты серьёзно?

— Подстроила аварию на квадрике, хотела, чтобы я её пожалел и на ручках до усадьбы нёс.

Мордашка у Кати вытянулась ещё сильнее, глаза полезли на лоб.

— Да ну! А ты?

— А я её на плечо закинул и пообещал к кровати привязать.

— Илья, ты меня разыгрываешь!

— Ей идея понравилась, пришлось уточнить, что я имел в виду несколько иное связывание. В общем, лежит в постели, изображает оскорблённую невинность. И у меня есть идея, как заставить её завтра весь день вести себя прилично.

Катя посмотрела на свой ноут, где продолжали мигать цифры.

— Это какой-то сюр, честное слово, — помотала она головой. — Такое впечатление, что ты говоришь не о… сам знаешь ком, а о ребёнке.

— Угу, ебёнке, — ляпнул я, не подумав. — Прости, у меня от неё уже чердак подтекает. Ещё мама с Лерой будто влюбились в неё. Мне кажется, стоит Анне щёлкнуть пальцами, и они меня, не знаю, привяжут к стулу и будут пытать, почему я так с Анечкой, она же хорооошая!

— Совсем всё плохо, да? — Катя встала и подошла ко мне.

— Или я её, или она меня, — вздохнул я. — Но, боюсь, кто-то из нас не переживёт этот долбанный мятеж!

Катя вдруг привстала на цыпочки, обвила мою шею руками и поцеловала. Сама.

Мы целовались пару минут, я обнимал её, гладил по спине, по волосам, и даже когда моя рука спустилась к ней на попу, она не отстранилась, наоборот, прижалась сильнее.

— Так лучше, дорогой мой граф? — спросила Катя, положив голову мне на плечо.

— Гораздо! — признал я.

Она вдруг отстранилась.

— А как там Шурка поживает? — спросила она, с хитрецой глядя мне в глаза.

— Что? — опешил я от столь резкой смены темы.

— Ты говорил, что она тебе нравится, забыл? Расскажешь, что у вас с ней?

Я поскрёб затылок. Вот что я на это должен ответить?

— Нравится, — признал я. — А что у нас с ней — сам не знаю. Что вот у нас с тобой?

— Трудно отрицать очевидное, — хмыкнула Катя. — Нас тянет друг к другу, хотя мы оба знаем, что не должны… Я поняла, Илья. Только можно тебя кое о чём попросить?

— Конечно, — охотно кивнул я.

Она заглянула мне в глаза.

— Никогда меня не обманывай, пожалуйста.

— Клянусь честью, — очень серьёзно ответил я.

— Спасибо…

— А теперь, Екатерина Владимировна, — я развернул её к двери и легонько шлёпнул, — марш ужинать! А после ужина — спать! Копать данные чайной ложкой программа может и без тебя!

Глава 17

Цитринитас

День в кои-то веки начался с кофе. Кофе, тосты и хорошее настроение — что ещё нужно для замечательного утра? Например, чтобы гости наконец-то убрались домой. Думаю, никто в империи не жаждал завершения мятежа так же истово, как я.

Покончив с завтраком, я поднялся наверх и постучал в покои Её Величества. Она была у себя, сидела в постели, сладко зевая. Увидев меня, удивлённо приподняла бровь — она-то привыкла, что я старательно её избегаю, а тут вдруг заявился сам.

— Ну как твоя нога? Не болит? — участливо поинтересовался я.

— Уже почти не болит, — она выставила ногу, отдёрнув одеяло, и вызывающе на меня посмотрела.

Я присел, чтобы