Восхождение Морна. Том 8 - Сергей Леонидович Орлов

class="p1">В ответ только сонное мурлыканье и нарочито демонстративное молчание. Видимо, господин фамильяр всё ещё страдал от моих оскорблений и принципиально не желал меня хвалить.

Ну и ладно. Сам себя похвалю, не велик труд.

С этой перчаткой я посидел ещё около минуты, прислушиваясь к собственным ощущениям. Жар шёл ровный, без скачков и пиков. Резерв расходовался медленно, я бы даже сказал, экономно. Каналы пропускали огонь без сопротивления, и, главное, без того лёгкого зуда в локте, который досаждал мне всю прошлую неделю и, как я подозревал, означал, что канал работает с перегрузкой.

Сегодня же локоть молчал. Видимо, за неделю тренировок канал слегка раздался и подстроился под нагрузку.

Я медленно сжал ладонь в кулак, и перчатка тут же погасла. Без хлопка, без вспышки, без шипения. Только что была, а в следующую секунду от неё уже не осталось и следа. Только лёгкое покалывание в кончиках пальцев и привычное тепло под рёбрами, в районе ядра, давали понять, что родовое пламя у меня по-прежнему наготове и ждёт следующей команды.

Свеча на столе тем временем продолжала ровно гореть, как ни в чём не бывало.

Я повернул голову к зеркалу на стене.

Небольшое, овальное, в простой деревянной раме — я повесил его сам неделю назад как раз для того, чтобы наблюдать за собой во время тренировок. Из отражения сейчас на меня смотрел семнадцатилетний парень с тёмными кругами под глазами, чуть впалыми щеками и тем спокойным, ровным выражением лица, которое появилось у меня в этом теле где-то на третий месяц. Лицо немолодого человека на молодой коже.

— Ну что, Артёмка, — сказал я отражению вслух, — пришло время по-настоящему серьёзных испытаний?

С этими словами я поднял левую ладонь, и из неё с лёгким гулом полыхнуло пламя. На этот раз без всяких ювелирных тонкостей. Нормальный, плотный язык огня высотой в локоть. Я подержал его пару секунд, проверяя устойчивость, а потом разжал ладонь, и огонь послушно опал.

И в ту же секунду в отражении, прямо у меня за плечом, обозначилась её фигура. Молодая брюнетка с рассыпанными по плечам тёмными волосами и яркими, отчётливыми рыжими узорами, тянущимися от скул к виску. Она смотрела на меня и улыбалась — тепло, по-доброму, как улыбаются давнему знакомому, которого долго не видели.

Любопытно. На чистом инстинкте я мотнул головой, чтобы стряхнуть это наваждение и проверить, исчезнет оно или нет. Только наваждение, вопреки всем моим ожиданиям, никуда деваться не собиралось. Девушка по-прежнему стояла у меня за плечом в отражении и улыбалась мне всё с тем же мягким, спокойным теплом.

Я медленно обернулся.

За спиной у меня была пустая бревенчатая стена, согретая утренним светом, и больше ровным счётом ничего. Я постоял пару секунд, разглядывая эту стену, и снова повернулся к зеркалу.

А она, разумеется, никуда из него не делась. Стояла за моим плечом в отражении, которому в реальности соответствовала пустая стена, и продолжала разглядывать меня с тем же мягким интересом, словно мы давно условились о встрече.

В горле у меня неожиданно пересохло.

— Ну хорошо, — сказал я тихо. — Я тебя вижу. Что дальше?

Она едва заметно шевельнула губами, и в следующее мгновение её голос мягко прозвучал у меня прямо в голове.

«Кажется, неправильный Морн… пришло время поговорить».

Глава 15

Развилка

Ну всё, кажется, приехали. Раньше я хотя бы мог списать свои глюки на общую ослабленность организма и внезапное пробуждение дара. А теперь на что спихивать? На травяной чаёк, который мне каждое утро приносит Варя? Подсыпала, добрая душа, что-нибудь успокоительное в чуть большей дозировке, и вот результат — у меня в зеркале незнакомая баба с огненной печатью на пол-лица, а в голове полное непонимание происходящего

Я скосил глаза в сторону кружки на столе и тут же отмёл эту мысль. Тормози, Артёмка, ты же вроде решил для себя не параноить по поводу и без. Лучше думай логически. Раз эта девушка появилась в огне, и раз у неё на виске оранжевые магические узоры, значит, она наверняка как-то связана с семейным огнём Морнов.

Логично? Логично. Только вообще не отвечает на вопрос, чего ей от меня понадобилось.

Ну ладно, барышня. Раз ты не торопишься, не буду торопиться и я. Я неторопливо уселся на пол, скрестил ноги по-турецки, поудобнее устроил спину у стены и подтянул к себе кружку с остывшим чаем. Сделал маленький глоток. Чай был холодный и горький, с лёгким мятным привкусом на кончике языка. То что надо.

Потом не спеша поднял взгляд к зеркалу. Моя нежданная гостья никуда не делась и всё так же терпеливо стояла у меня за плечом.

Ну что ж, пообщаемся.

Для начала я решил по привычке прощупать её Оценкой. Только вот мой первый Дар почему-то не сработал.

Точнее как, не сработал. Сработать-то он сработал, я почувствовал, как Оценка привычно развернулась у меня за глазами тёплой готовой сеткой, ожидая, на кого её направить. Только направлять было не на что. На том месте, где у любого живого человека лежит его собственная энергоструктура, у моей гостьи не оказалось ничего.

И это было не пустотой и не блоком, как у защищающихся ментальными артефактами магов, а именно ничем. Считывать мне было попросту нечего, и Оценка, не находя цели, тихонько висела вхолостую, как заброшенный в пустую воду невод.

— Не трать время, — спокойно сказала девушка в зеркале. — Твой дар работает только на том, что физически существует в этом мире.

Её голос прозвучал прямо в голове. Чисто, без всякого эха, как будто она и правда сидела рядом со мной на полу и говорила куда-то мне в ухо.

— А ты, значит, не существуешь, — зацепился я за слово.

Девушка на мгновение задумалась.

— Ммм… не совсем в том виде, в каком люди привыкли видеть живого человека.

Я мысленно вздохнул. Ну вот почему все эти призраки и видения всегда такие? Почему нельзя прямо сказать, кто ты и чего хочешь? Почему вы прямолинейны только в страшилках и ужастиках? Там даже говорить ничего не надо, по одному выражению понятно, что тебя хотят либо прирезать напрямую, либо довести до сердечного приступа.

А эта, как я понимаю, будет до упора общаться загадками и двусмысленными фразами. Ну хорошо. Тогда зайдём с другого края.

— Как удобно, — буркнул я и свернул Оценку. Потом отхлебнул ещё чаю и поднял глаза на отражение.