Хиван — амбассадор - Василий Васильевич Горобейко

этого горбоносого найду и спрошу за все! Слушай, Ванек, ты же вроде как с властями вась-вась? Скажи, мне ведь, как инвалиду, пенсия положена. Куда вот с этим обращаться? В Цитадель? Или в Новороссийске можно все выправить?

— Пенсия? — искренне удивился Иван. — Впервые здесь про такое слышу. Обычно пенсии правительства назначают своим гражданам. Тем гражданам, которые ему налоги исправно платят. А вот ты гражданин какого государства? Ты своими доходами с кем-нибудь делился?

— Ты эту демагогию брось! Мне в Цитадели ай-ди выдали? Выдали! А это считай — паспорт! И бабки я все через их долбаную систему банковскую прогонял, хотели бы снять с меня налоги, давно бы сняли. Так что не надо ля-ля! Я достойный член обсчества, легальным бизнесом занимался. И пострадал на производстве, можно сказать. Так что пенсию мне вынь да положь!

— Может, ты и прав. — Забелин пожал плечами. — Раз ты себя гражданином Цитадели считаешь, то тогда тебе за пенсией именно туда и надо!

— А ты, Ванек, посодействовать по своим каналам не можешь? Ну чтобы все по уму было? А то ведь, сам знаешь этих бюрократов, всяк норовит тебя нагнуть и поиметь!

— Нет, я совсем по другой части! Ты лучше скажи, что это за помещение такое, ни одного окна?

— Так откуда под землей окна возьмутся?

— Мы, что в подземной тюрьме?

— Хрен знает, как они это помещение называют, но тут все под землей. Ты в «Фоллаут» играл? Ну вот, это типа подземного убежища.

— Подожди, получается, раханы его нашли и под свои нужды приспособили?

— Не знаю. Да и какая к чертям разница?

— А разница в том, что нам отсюда сбежать нужно будет. Так что чем больше знаем, тем выше шанс на успех.

— Зачем бежать? Подлечат и сами отпустят. Лишь бы счет за лечение не выставили, а то я к ним в пациенты не просился! Сам же говорил, что у нас с хавиками мир и любовь!

— С хавийя — возможно, но раханвейн — не хавийя, а дарод. Похожи, но не они. Так что нет у нас с ними никаких договоренностей. Могут, конечно, и отпустить, но я в их альтруизм как-то не сильно верю. А ты?

— Хреново! Но ты же посол или как там твой титул называется, вот и договаривайся, чтобы все по уму было! А то развелось дармоедов на наши денежки! Работать не хотят, а зряплаты себе рисуют такие, что мама не горюй!

Вот и поговорили! Забелину, конечно, хотелось объяснить этому зарвавшемуся мародеру, где он видел его беспочвенные претензии, но зачем? Он все равно останется при своем. Да и прав он отчасти. Хотя бы в том, что прежде чем готовить побег, нужно вначале попробовать договориться.

25

Целую неделю выслушивать нытье тезки — это, я вам скажу, испытание! Нет, не так — Испытание! Иван уже сотню раз пожалел, что не остался в том первом боксе. Но что сделано, то сделано.

Дни тянулись тягостно и уныло. Раз в день приходил доктор, равнодушно осматривал пациентов, давал какие-то указания медсестрам и уходил. Трижды в день их по очереди навещали все те же самаль и рабат, что, судя по всему, соответствовало воинским званиям сержанта и капрала соответственно. Девушки приносили лекарства и еду. Кормили сытно, хотя пресновато и довольно однообразно: кулеш, подливка с лепешками, молоко и фрукты. Изредка меню разнообразилось тушеными морепродуктами. Но в целом грех жаловаться. Иван заметно поправился и зарос по самые глаза бородой. Хотел было попросить бритву и воду, но бриться лежа не слишком удобно, а вставать ему категорически запретили.

Наконец настал долгожданный день, когда с ноги сняли гипс, и доктор разрешил короткие прогулки по палате. Учитывая, что корсет с груди и большую часть гипса с правой руки сняли еще раньше, сразу после операции на ключице, оставив загипсованной только предплечье и запястье, чувствовал себя Забелин вполне готовым к возобновлению утренних разминок. Правда, о полноценных тренировках пока речи не шло, слишком сильно атрофировались мышцы за время вынужденного простоя, но другого занятия все равно не найти, так что Иван использовал для разминки каждую свободную минуту.

— Ну-ну! Давай старайся! За здорового раба они больше койнов получат! — насмехался киевлянин.

Ему тоже сняли большинство повязок, обнажив заживающие шрамы на голове, правом бедре и левом плече. Судя по ним, досталось мародеру не слабо, и не окажись рядом патруля раханов, шансов довести его до Цитадели не было никаких. В отличие от своего дальневосточного тезки заниматься зарядкой жертва гоблина не собиралась. Да что там зарядка, он даже в туалет сам ходить не спешил, предпочитая звать медсестру с уткой. Больной извращенец!

После одной из таких процедур, не желая дожидаться, пока невидимый кондиционер выветрит из палаты фекальные миазмы, Забелин поинтересовался:

— Простите, самаль, а нельзя ли мне выйти из палаты? Я никуда не сбегу!

— Конечно можно! Третья дверь направо по левой стороне — тренажерный зал, а напротив — комната для релаксации. Если хотите, я принесу вам более подходящую одежду для занятий спортом.

Пораженный Иван нашел силы только кивнуть. Вот же болван, столько времени терпеть не слишком комфортное соседство, вместо того чтобы просто спросить!

Вместе со стильным спортивным костюмом и тапочками, напоминающими короткие борцовки, Иван получил пластиковый браслет красного цвета, дающий доступ к тренажерке, душевой и комнате отдыха. С этого момента в палату он возвращался только для осмотра врачом, еды и сна.

Особенно ему понравилась комната отдыха, отделанная в морском стиле. Огромный во всю стену морской аквариум, тихая умиротворяющая музыка на фоне шелеста прибоя, влажный воздух с запахом морской соли и йода. Даже свет подобран соответствующий — яркий, солнечный. Но самое шикарное — интерактивный пол, изображающий этот самый прибой, накатывающий на песчаный пляж. Если наступить, то на песке остается след, смываемый следующей волной! А еще по песку, между песчаными валунами бегают чудные некрупные крабы, которые, стоит сделать шаг в их сторону, тут же ныряют в пенный прибой. Понятно, что и прибой и крабы — всего лишь компьютерная графика, но до чего реалистичная! Иван подошел к одному из валунов и присел, чтобы полюбоваться на море. И тут же провалился. Валун оказался довольно мягким и упругим креслом, подстраивающимся под формы сидящего человека. Полный восторг, особенно после длительного заключения вдвоем с вонючим нытиком.

А вот тренажерный