Кухарка на задании - Инна Комарова

На следующее утро, отказавшись от завтрака, барон де Кардье поехал в торговые ряды к антиквару Масленникову. Антуан Витольдович провёл в его магазине три часа кряду. Карл Иванович принял барона радушно. Посетитель подробнейшим образом рассказывал антиквару обо всех нюансах и тонкостях подсказок и советов, которые дал ему Пракшин. Благодаря наставлениям Осипа Даниловича, у молодого человека в голове зародилась идея. Барон загорелся желанием преподнести предмету своих мечтаний не просто красивый подарок, а нечто особенное, памятное.

– Карл Иванович, голубчик, подношение девушке должно быть со значением, понимаете? Такой подарок, чтобы взглянув на него, она не просто прочитала мои мысли, а явилось ей озарение. И моя избранница прониклась теми же чувствами, что я испытываю по отношению к ней.

– Ну, конечно, любезный барон, я всё понимаю. Дело молодое. Не стоит беспокоиться. Именно такой подарок я и собираюсь подобрать вашей избраннице.

– В таком случае, я спокоен. Что вы можете мне предложить?

И Масленников поочерёдно стал демонстрировать ему обшивки для книг, миниатюры настенные, изящные футляры для шкатулок под драгоценности, самое изысканное из нарядной старинной посуды, живописные полотна для украшения помещений. Редкие открытки ручной работы, которые всегда были в моде, их широко использовали для всевозможных намерений и в разных случаях. Наконец очередь дошла до подарочных изданий, которые представляли собой повышенный интерес, как для девушек, так и членов их семейств. У барона де Кардье разбежались глаза.

– Всё так элегантно и празднично выглядит. Не могу определиться, что лучше выбрать? Карл Иванович, любезный, подскажите, будьте так добры. Со всей ответственностью доверюсь вашему вкусу. О цене не думайте, заплачу, сколько скажите.

– Ваша Светлость, послушайте совет бывалого и опытного антиквара.

– Я весь внимание.

– Так вот. Если бы мне пришлось выбирать подарок для юной девы, к которой я испытывал нежные чувства, безусловно, выбрал бы старинное издание в изысканной обшивке. Такое грациозное, я бы сказал, изящное и элегантное подношение всегда кстати, и именно оно оставит после себя добрую память. Представьте, пройдут годы. Повзрослеют ваши дети. Любимая супруга будет показывать им ваш первый, такой бесценный, изумительный и памятный подарок, который сделали ей вы задолго до того заветного дня, когда под куполом храма навсегда соединились ваши судьбы. Разве это не трогает душу? Разве такие знаки внимания не стоят наших усилий? – с чувством объяснял антиквар Масленников.

– Карл Иванович, как погляжу, вы – поэт и кудесник. Пока рассказывали, у меня в душе птицы заливались трелями. Вы ко всем своим достоинствами ещё и философ. Уважаю, – вдохновлённый барон подошёл к антиквару и пожал ему руку.

– Антуан Витольдович, что будем упаковывать? Или вы ещё не определились? – спросил антиквар. Пока он эмоционально рассказывал, столько чувств потратил, жестикулируя, что его лицо покрылось капельками пота.

– Уже готов назвать вам, что выбрал, – ответил барон де Кардье.

– Слушаю вас внимательно, говорите, а я пока начну упаковывать.

– Мне, пожалуйста, вон тот фолиант сделайте. Да-да, в переплетах и обшивке из атласа цвета корицы или красивого синего шёлка, затканного лилиями, а это, между прочим, цветок французских королей. К слову будет сказано, я и есть потомок одного из них.

– Какая честь для меня, Ваша Светлость! – произнёс антиквар и поклонился.

Барон засмущался и перевёл разговор в иное русло.

– Вы истинный мастер, Карл Иванович! Продолжайте заниматься любимым делом и радуйте покупателей прекрасной возможностью приобретать у вас подарки для дорогих нашему сердцу людей, – барон де Кардье хотел сказать «девушек», но не решился акцентировать внимание антиквара на этом.

На подъёме удивительных чувств Антуан Витольдович продолжал:

– И непременно, открытку не забудьте вложить. Если позволите, предварительно подпишу. Дарственная надпись крайне необходима. А ещё я бы хотел вон ту шкатулку для личных нужд девушки. Только незадача, не знаю, можно ли у вас сбоку или в центре на крышке выгравировать памятную надпись? Очень бы хотелось. Я и текст подготовил для этой цели.

– Антуан Витольдович, кто вам сказал, что нельзя? Ей-богу, вы меня удивляете. У нас всё можно. Сейчас я уложу книгу в подарочную упаковку, но закрывать не стану. Отведу вас к нашему ювелиру, он и сделает гравировку на шкатулке. После я всё красиво упакую и вы поедете к любимой.

– Я счастлив. Благодарю вас.

Примерно через час барон де Кардье направлялся к экипажу в превосходном настроении.

Вы спросите, что же такого особенного захотел выгравировать на шкатулке наш герой? Терпение, дорогие мои читатели.

Скоро всё узнаете.

………………………………………………….

Важный разговор

Полина узнала от крёстного, что имение охраняется полицейскими. Девушка решила вернуться и объяснить барону, что не сможет продолжать у него трудиться. Но приготовит для него еду примерно на неделю, чтобы он не остался без любимых блюд.

Полина приехала к входу в имение барона, вышла из кареты, огляделась, кроме служивых никого не приметила. Она прошла по тропинке к дому. Было тихо, спокойно. Входная дверь почему-то осталась не заперта. Девушка вошла. Как-то непривычно было ей увидеть с самого утра начисто вымытые и натёртые мастикой полы, в камине гостиной бурно потрескивали поленья. Кованая решётка не позволяла даже искре соскользнуть на пол и запачкать шикарный ковёр. Занавесы и шторы были выстираны и отглажены идеально. Она обратила внимание на часы, что стояли на камине, их долгое время не заводили и они затихли. Теперь ожили и тикали, словно новые. Ещё в холле она уловила запах свежести. Поля отдала служанке вещи и спросила:

– Агафья, скажи мне на милость, что, собственно, происходит. Барин сегодня ждёт гостей?

– Полина Капитоновна, клянусь вам, я ничего об этом не слышала.

– Тогда почему в доме с раннего утра такая суета и уже наведён порядок?

– Полина Капитоновна, барышня, поверьте, я не знаю о планах барина. Мы люди маленькие. Нам говорят – мы и делаем.

– И Антуан Витольдович не давал никаких особых распоряжений?

– Как же не давал? Вчера собрал всю обслугу и предупредил, чтобы в доме с самого утра навели полный порядок. Так и сказал:

«Хочу, чтобы всё сияло».

– Значит, ваш хозяин ждёт гостей. Странно, что вам об этом не было сказано. И чем он собирается угощать их? Ничего не

понимаю.

– Полина Капитоновна, голубушка, клянусь вам, сама ничего не знаю. Он какой-то странный в последнее время. Мы люди маленькие,