Как я съел ваши фаерболы 5 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Из моей груди с рыком выпрыгнули два силуэта.

Первый был соткан из фиолетовой магмы и пепла, крошечный волчонок, за которым тянулся шлейф искр. Огонь Анжелики, узнал я мгновенно, запах жженой карамели. Второй вылился следом, прозрачный, из льда, который таял и намерзал заново, оставляя за собой мокрую дорожку.

Тающий Ледниковый и Вулканический Волчата.

И, звонко фыркнув, из живота Дианы вылетел третий. Золотистый призрачный лисёнок с двумя крошечными хвостиками. Тявкнул и встряхнулся, разбрасывая искры синего иллюзорного огня.

Софьина порода. И моя.

Три щенка. Три сгустка чистой первородной магии. Маленькие, пушистые, умилительные. И у каждого в пасти блестели клыки, при виде которых любой стоматолог ушёл бы в монастырь.

— Что за… — Аватар зависла в воздухе.

Вулканический волчонок сорвался с места первым. Не тявкнул, не зарычал, просто молча вгрызся богине в лодыжку. Светлая броня зашипела и потекла, как воск.

Ледяной прыгнул выше, чем позволяли законы физики, приземлился Аватару на спину и накрыл её крылья всеми четырьмя лапами. Крылья из чистого сияния покрылись инеем и захрустели.

А лисёнок… лисёнок был сыном своей матери. Он завис перед золотым лицом богини, нагло тявкнул и полыхнул ей в глаза вспышкой синего пламени. Потом ещё раз. И ещё, с явным удовольствием.

— УБЕРИТЕ! ЭТО! ОТ МЕНЯ! — заверещала Аватар, и от былой гордыни в голосе не осталось ничего.

Я поднялся. Боль никуда не делась, но теперь рядом с ней сидело кое-что новое. Открытая дверь.

Мы с Дианой переглянулись. Сестра стояла среди горящей травы, растрёпанная, с половинками треснувшего кулона на груди, и по её лицу расползалась улыбка. Та самая. Я знал эту улыбку с рождения, и в нашем родном мире при виде неё разбегались архидемоны.

Я оскалился в ответ точно так же. Близнецы, что поделать.

— Дети стараются, — сказала Диана, разминая пальцы. Вокруг неё уже плелись лозы, теперь тугие и глянцевые, налитые новой силой. — Неудобно перед ними. Взрослые стоят без дела.

— Не будем позориться.

Я ударил Призрачными Когтями. Раньше они резали пространство. Теперь, после ключа Лилии, они резали то, чем богиня скрепляла свой свет. Сами Концепции. Аватар взвыла, когда из её плеча вырвался кусок сияния и перетёк в мою распахнутую пасть.

Диана хлестнула лозами. Усиленные, они больше не осыпались пеплом. Они впивались, оплетали, и на каждом шипе богиня оставляла клочья божественной энергии, которые лозы тут же с чавканьем всасывали.

А щенки жрали. Просто, честно, по-семейному. Вулканический прогрызал броню, ледяной высасывал тепло из крыльев, лисёнок откусывал сияющие пряди с головы. Аватар использовала силу, а троица переваривала её быстрее, чем Ядро успевало выкатить новую. Экономика победила теологию.

— Хватит!.. — богиня рванулась. — Хватит, вы… вы же дети! Так нельзя!

— Кто-то говорил про мусор? — уточнила Диана, затягивая петлю. — Подметай давай. Чего встала.

Аватар поняла, что её сейчас разберут на запчасти, и запаниковала. Её форма поплыла, крылья втянулись, тело схлопнулось в сгусток ослепительного тумана. Сгусток метнулся к краю нашего летающего газона, туда, где в темноте мерцал микроскопический разлом. Лазейка к Оригиналу.

— Яр!!!

Я уже прыгал.

Как вратарь за мячом на последней минуте, вытянувшись всем телом над бездной. Теневая рука ухватила туман за самый кончик, за светящийся «хвост», и туман истошно заверещал.

— Куда собралась? — прохрипел я. — Со стола не выходят, пока все не поели.

Диана хлестнула лозой, обмотала беглянку в три витка и с оттяжкой впечатала обратно в траву. Дёрн подпрыгнул. Щенки тут же навалились сверху, все трое, придавив добычу лапами и радостно виляя хвостами.

Туман под ними сгустился обратно в фигуру. Помятую, тусклую, с погасшими крыльями. Богиня билась в лозах и верещала что-то про кару, возмездие и жалобу в высшие инстанции.

Я сел рядом на траву и вытер кровь с губы.

— Ну что, детишки, — сказал я. — Мамки сейчас не видят. Так что сладкое перед едой разрешаю. Приятного аппетита.

— Вы не посмеете, — прошипела Аватар. — Я часть богини! Я священна! Я…

— Ты калорийна, — поправила Диана и по-звериному облизнулась.

Мы открыли пасти синхронно. Все пятеро.

Богиня кричала долго. Потом её крики стали слабее. Потом и вовсе замолчала.

Врать не буду, на вкус она оказалась ничего такой. Плотный божественный свет, чуть отдающий гордыней, с горчинкой паники. Желудок, распахнутый ключом Лилии на новую ширину, принимал всё без остатка и урчал от благодарности. Дыры в моей броне затягивались на глазах, ожоги гасли, силы возвращались с процентами.

Щенки урчали, отрывая куски сияния, и толкались боками, деля лучшие куски. Вулканический пытался утащить крыло целиком. Ледяной примораживал добычу к траве, чтоб не делиться. Лисёнок нахально тырил куски сразу у всех сразу и тявкал на братьев.

Воспитание, конечно, хромало. Но они ещё даже не родились, так что спишем на возраст.

Через пару минут от Аватара не осталось ни искры. Только круг примятой травы и три сытых призрачных морды.

Я сыто рыгнул. По газону прокатилось эхо божественной маны, и одуванчики у края разом превратились в маленькие чёрные октаэдры. Диана глянула на них с профессиональным одобрением.

Щенки, наевшись, устроили кучу-малу. Вулканический гонялся за лисёнком, лисёнок морочил ему голову иллюзорными двойниками, ледяной валялся на спине и таял от счастья в буквальном смысле, оставляя на траве лужу.

Диана опустилась рядом со мной, вытянула ноги и похлопала себя по животу.

— Ох. Хорошо пошла, — сообщила она. — Лёгкая. Диетическая. А ты говорил, в космосе кафешек нет.

— Я говорил, что в космосе нет приличных кафешек.

— Придираешься. Обслуживание, конечно, хамское, зато порции честные, — сестра зевнула и привалилась к моему плечу. Белый хвост сам собой обернулся вокруг её колен. — Слушай. А эти… — она кивнула на щенков. — Их обратно как запихивать? Не вантузом же… Мамки спросят.

Хороший вопрос. Лисёнок как раз в третий раз ослепил вулканического братца и удирал от него кругами, тявкая от восторга.

— Наедятся и сами вернутся, — решил я. — Инстинкт.

— А если не вернутся?

— Значит, у Спички, Водяры и Лисы будут вопросы. Ко мне. Как всегда.

Диана хихикнула и потрогала половинки треснувшего кулона на груди. Зелёный камень погас, но внутри него, если приглядеться, ещё дремала тонкая изумрудная жилка.

— Мама, значит, — тихо сказала сестра. — Не эта кровь, так та. Всё равно дотянулась.

— Дотянулась, — согласился я.

Мы сидели на летящем сквозь космос куске газона, сытые и целые, а над нами продолжало грохотать. Лиловая галактика на горизонте мигнула и сменила цвет на виноватый серый. Что-то