Ада - Гала Мрок

Мертвяк, как мешок с картошкой, падает на асфальт. Из дыры в голове вылетают густые сгустки. Но расслабляться нельзя — периферическим зрением замечаю движение за спиной.

— Пригнись! — орёт Кайл, внезапно появляясь передо мной. Его голос звучит так властно, что я инстинктивно выполняю команду.

Приседаю, прижимая голову руками. Краем глаза вижу, как он вскидывает оружие.

Выстрел. Глухой удар сигнализирует о точном попадании: вторая тварь валится навзничь.

— Цела? — Кайл бросается ко мне, его руки нервно щупают моё лицо, проверяют плечи. В глазах — неподдельный испуг.

— Да, — киваю и тут же трогаю его рассеченную бровь. Из пореза стекает тёмная капля, оставляет след на щеке. — Что случилось?

— Ерунда, — небрежно отмахивается он, но я замечаю кровь на его пальцах.

Толпа взрывается криками. Кто-то тоже стреляет — выстрелы звучат беспорядочно. Машины сигналят, двигатели ревут, люди мечутся, создавая ещё большую неразбериху. Воздух наполняется запахом пороха, железа и гнилого мяса.

— Бежим! — Кайл резко дёргает меня за руку. — К «Импале», быстро!

Мы срываемся с места. Я бросаю последний взгляд на место схватки: два неподвижных тела, лужа крови.

Адреналин гудит в венах.

Кайл бежит впереди, расчищая путь — он отталкивает кого-то плечом, громко кричит: «Дорогу!» Следую за ним, стараясь не отставать. В ушах звенит, ноги горят.

«Родненькая моя», — мелькает мысль, когда вижу знакомое очертание «Импалы». Закари сидит за рулем, двигатель работает, фары включены. Он видит нас, кивает — и открывает пассажирскую дверь ещё до того, как мы подбежали.

— Запрыгивайте! — кричит он.

Кайл буквально закидывает меня на заднее сиденье, сам вскакивает на переднее. Дверь хлопает, шины визжат — и машина срывается с места, вырываясь из эпицентра хаоса.

— У меня сейчас сердце выпрыгнет, — прижимаю руки к груди, чувствую, как оно колотится. Перед глазами плывут темные пятна.

Кайл тяжело дышит, пот стекает по его виску. Он проводит рукой по лицу, бросает на меня короткий ободряющий взгляд:

— Всё позади, мы молодцы.

— Нашёл? — Зак, напряженно вцепившись в руль, не сводит взгляд с дороги, по которой несутся машины.

Брат просовывает руку во внутренний карман кожанки, вытягивает карту и победно трясёт ею:

— Мы спасены!

— Если бы эта бумажка сулила спасение… — хмуро выдаёт Зак.

— Эта бумажка даст нам выбор и путь к спасению, — уверенно говорит Кайл, прячет карту обратно. — На следующей лесопосадке останови, посмотрим, куда нам дальше.

Зак кивает, крепче сжимает руль.

Мимо проносится мотоциклист, ревя мотором. Он не справляется с управлением, кренится на бок и падает — с металлическим скрежетом, с хрустом пластика прямо перед нашим капотом

Закари резко дергает руль в сторону. Я бьюсь головой о стекло — вспышка боли пронзает висок. «Импала» начинает вилять по дороге, колёса скользят, машину заносит. В голове проносится: «Всё, конец…» Я уже прощаюсь с жизнью, представляю, как нас разматывает на куски, когда мы врезаемся в фуру, маячащую впереди.

Но к счастью, Заку удаётся удержать автомобиль — он виртуозно выравнивает ход, сбрасывает скорость, возвращает машину в полосу. Мы едем дальше, только сердце все еще колотится как сумасшедшее.

Он бросает на меня взгляд в зеркало:

— Ты хоть успела сходить в туалет или сейчас облегчилась? — с сарказмом произносит, но в голубых глазах мерцает улыбка.

— Придурок, — усмехаясь, фыркаю в ответ, провожу рукой по ушибленному виску. Боль отступает, уступая место нервному смеху. — Чуть не сдохли, а ты шутки шутишь.

— А что ещё остаётся? — пожимает плечами Зак. — Без юмора тут точно крыша съедет.

Кайл тихо смеётся, откидывается на сиденье.

Киваю, делаю глубокий вдох. Воздух кажется особенно сладким после всего пережитого. Оглядываюсь назад — мотоциклист лежит на обочине, рядом валяется разбитый байк. Кто-то останавливается, чтобы помочь. А мы едем дальше.

Глава 22

Мрачное серое утро сигнализирует о наступлении нового дня в мире, который рушится с каждой секундой. Небо затянуто тяжёлыми свинцовыми тучами.

Нам удалось проехать от силы около восьмидесяти километров — трасса загружена, много аварий, тварей на пути встречается всё больше. Чем дальше мы продвигаемся, тем их количество увеличивается: то одинокий силуэт шатается у обочины, то целая группа топчется у разбитых машин.

— Наконец-то, заезжай в карман, — Кайл устало массирует виски. — Нужно свериться с картой и решить, куда двигаться дальше.

Закари сбавляет скорость, съезжает с асфальта, останавливает «Шевроле» возле редкой лесопосадки. Чёрные стволы деревьев окружены яркими опавшими листьями — желтыми, багряными, рыжими. Контраст между мрачной реальностью и осенней красотой кажется издевательским.

Из приоткрытого окна в машину задувает холодный воздух, пахнущий сыростью и мокрой корой. Я опускаю стекло чуть ниже, вслушиваюсь в тишину — ветер, шорох листьев и далекие, приглушенные звуки хаоса где-то позади.

Кайл достаёт карту, раскладывает ее на