Ада - Гала Мрок

— Зак, не разгоняйся, — лаконичным тоном отдаёт команду Кайл. — Ползи эти пару километров, пусть стадо убежит подальше. Держи дистанцию.

Закари кивает, сбрасывает скорость. Он больше не выглядит подавленным — в нём появилась собранность, будто наш разговор с ним вернул ему силы.

Оглядываюсь назад: скелет на асфальте кажется всё меньше, размывается в дымке дождя.

Кайл бросает на меня короткий взгляд, обворожительно улыбается. Я отвечаю ему такой же улыбкой — без слов. И этого достаточно, чтобы понять друг друга.

Глава 23

— А вот и то, что нам нужно, — Кайл потирает ладони, всматриваясь в даль. Его глаза загораются знакомым огоньком.

Я выглядываю через его плечо в лобовое стекло. Из-за густых кустов и деревьев вдалеке виднеется чёрный пикап. Он припаркован у забора, слегка наклонён набок.

— Припаркуемся тут? — Зак выжидательно смотрит на Кайла.

— Да, — Кайл кивает, принимая решение. — Пройдёмся пешком, так мы привлечем к себе меньше внимания.

Он открывает дверь, оборачивается, бросает короткий взгляд:

— Держимся вместе и не расслабляем булки. Угоняем тачку, перекидываем в неё припасы из «Импалы» и валим. Всё ясно? — Его карие глаза попеременно изучают то меня, то Закари, проверяя, осознаем ли мы серьезность задачи.

Зак тяжело вздыхает, проводит ладонью по лицу:

— Яснее некуда. Только… ты уверен, что там никого нет? Вдруг хозяин где-то рядом?

— Заодно проверим, — коротко отвечает Кайл. — Действуем тихо и быстро.

— Звучит просто, — киваю я, стараясь не показывать, как внутри всё сжимается от тревоги. — Надеюсь, на деле выйдет так же.

Кайл улыбается уголком рта:

— В этом мире ничего не бывает просто. От этого жить еще интереснее. Идём.

Он выходит из машины, осторожно прикрывает дверь, чтобы не хлопнуть. Мы с Закари переглядываемся — в его глазах читается та же смесь страха и решимости, что и у меня.

Вылезаю следом. Воздух пропитан запахом навоза, влажного сена и сырости. Две вороны, сидящие на деревянных перекладинах забора, при нашем появлении громко каркают и взлетают в небо, широко размахивая крыльями. Они явно недовольны незваными гостями — кружат над головой, недовольно перекликаются.

С правой стороны — бескрайнее чёрное поле, голая, перепаханная земля. Впереди, за забором, — хозяйственные постройки: покосившиеся сараи с прогнившими дверями, скирды сена, прикрытые плотным тёмным материалом, пара амбаров.

— Так тихо… — замечаю я, невольно понижая голос. Звенящая тишина кажется неестественной, давящей. Ветер изредка шевелит края укрывного материала на сене.

— До нас тут кто-то побывал, — Кайл указывает на землю. Его палец показывает на россыпь следов. Отпечатки разной глубины, некоторые почти стёрты дождём, но всё ещё различимы.

Я всматриваюсь: вот след ботинка с рифленой подошвой, рядом — отпечаток кроссовка, чуть дальше — следы, будто волочили что-то тяжёлое. Возле сарая — тёмные пятна, похожие на засохшую кровь.

Двигаемся дальше, осторожно выбираю, куда наступить. Грязь под подошвой скользит, ноги то и дело разъезжаются, но я удерживаю себя, напрягая мышцы, ловя баланс. Закари идёт позади, стараясь ставить ноги точно в наши следы. Слышу его прерывистое дыхание.

Кайл жестом показывает: «Обойдем слева». Мы киваем, следуем за ним. Он двигается плавно, пригибаясь, то и дело оглядываясь по сторонам. Его рука лежит на рукояти пистолета.

В нос проникает металлический запах крови. Оглядываюсь на Зака: он вертит головой, видимо, тоже почувствовав его, морщится и прикрывает нос рукавом.

Кайл замирает у забора, прислушивается, напряженно вглядываясь вперед. Ветер шевелит его волосы, он машинально приглаживает их ладонью.

— Вот это тут была пирушка, — тихо произносит он.

Обхожу его слева, осторожно ступая по раскисшей земле. Каждый шаг отдаётся хлюпающим звуком.

Рот наполняется соленой слюной — организм откликается на позывы желудка опорожнить его. Прикрываю глаза на секунду в надежде развидеть то, что я вижу. Но, открыв веки, понимаю: картина не изменилась.

Загон повален, доски разбросаны, некоторые переломаны пополам. Грязь приобрела кроваво-бурый оттенок. Больше десятка крупных скелетов хаотично раскинулись в алых лужах. На костях остались небольшие остатки мышц, кое-где прилипли клочья шерсти. Вокруг — разорванные шкуры разных мастей: рыжие, черные, пятнистые. Мухи облепили останки, гудят, роятся над ними, перелетают с места на место. В воздухе стоит тяжелый сладковатый запах разложения, смешанный с металлическим привкусом крови.

Закари отступает на шаг, хватается за забор.

— Что могло такое сотворить? — шепчет он.

Кайл молчит, его лицо каменеет. Он делает шаг вперёд, присаживается на корточки у края лужи, проводит пальцем по грязи, разглядывает след.

— Странные следы, — говорит он глухо. — Когтистые. Звери. Не совсем звери. Что-то… другое.

Я сглатываю, хрипло спрашиваю:

— Может, вернёмся в машину?

— Да-да, — Зак лихорадочно кивает. — Это самое трезвое решение. Тут… тут что-то не так.

Кайл выпрямляется, вытирает грязь с пальцев о штаны. Смотрит на