Тень землянки - Алла Железнова

раздался незнакомый, но красивый женский голос. Сообщение звучало на незнакомом для меня языке, девушка произносила его твердым и уверенным тоном. В какой-то момент я четко услышала свое имя – «Анна», вздрогнула всем телом и чуть ли не выскочила из укрытия. Мое имя повторилось еще раз, а за этим вновь раздался рев! Диар подорвался с места, подхватил проектор и швырнул его о стену, разбивая вдребезги.

– Мо-о-яяя!!! – Что-то опять полетело, разбилось.

Я, не совсем понимая, что снова его взбесило, начала быстро подыматься по ступенькам назад в комнату, но замерла у порога. Снова что-то грохнуло. Неужели мое сообщение о помощи достигло адресата?! Выходит, что кто-то из девочек еще жив? Это домыслы, это догадки, возможно просто фантазии. Но сколько надежды! Снова рев и грохот.

– Так нельзя… – заволновалась я.

Все это время Диар был добр ко мне. Из-за меня он поссорился с родней. И, что бы ни сказала та женщина, я должна быть рядом с ним. Сейчас. В эту минуту.

Сделав пару глубоких вдохов, я тихонько спустилась и выглянула из-за угла. Диар стоял на месте, яростно дергая длинным хвостом. Та немногочисленная мебель, что была в доме, превратилась в осколки и щепки. Ноздри кхагарта хищно раздувались, грудь тяжело вздымалась. Я опустилась на вторую ступеньку, и он заметил меня. Хвост перестал метаться. Сам Диар постарался взять в руки свое самообладание, разжал кулаки и сделал шаг в мою сторону, заставив меня опасливо подобраться. Кхагарт замер и спустя несколько мгновений опустился на корточки, после чего медленно, ползком с грацией хищника стал приближаться ко мне. Радужка сменила цвет на голубой, внушая мне доверие, мол, гляди, я спокоен. Со мной все в порядке.

Оказавшись ко мне достаточно близко, он протянул когтистую лапищу, приглашая самой перебраться к нему на колени. Я не торопясь вложила в его ладонь свою, такую хрупкую, которую он аккуратно сжал. Диар потянул, а я поддалась, и вот уже с комфортом устроилась у него на коленях, укутанная его опасной аурой и крепкими объятиями. Кхагарт прижал свой массивный подбородок к моей макушке, а длинный хвост собственнически обвил мое бедро и голень, не раня шипами, забираясь под длинный край рубашки. Объятия – это то, что ему было необходимо сейчас. Я поступила правильно. Мы молчали до тех пор, пока дыхание Диара не успокоилось.

– Ты… боишься меня? – прошипел он нерешительно.

– Совсем немного, – прижалась я щекой к его груди, скользнув пальцами в прорези разодранного комбинезона. Подушечки пальцев огладили блестящую чешую. Кхагарт перехватил мою ладонь, поднес к своей клыкастой морде и хищно потянул ноздрями, пытаясь вобрать в себя мой аромат. Повадки хищника.

– Прости, – Диар прислушался. – Я позволила ему к себе прикоснуться. Это вышло случайно.

– Ты не виновата, – сорвался тихий рык из его груди.

– Но я была неосторожной.

– В этом твоей вины нет. Мессала не должен был… – кхагарт запнулся.

– Открывать вашу тайну?

– Это должен был сделать я… в свое время. Но он все испортил. Ты была еще не готова. Пока мы все для тебя являемся ша’ар-р-кимами, натуру открывать нельзя.

Я задумалась. Но ведь он не прав. Он для меня давно уже не является чудовищем.

– Райсан Диар, – обратилась я к нему, положив ладонь на клыкастую морду и заглядывая в голубые глаза. – Если все еще можно исправить, скажи мне, что делать?

Диар на мгновение забыл, как дышать.

– Ты не понимаешь, чего просишь.

– Объясни мне.

– Не могу, – покачал он мордой.

– Я постоянно слышу про какую-то инициацию. И не отводи глаза! Я не глупая. Эти твои собственнические намеки на то, что я твоя, никому не позволять к себе прикасаться. Все эти слова об игрушках…

– Я хочу тебя! – прорычал он, прерывая меня и вгоняя в ступор. – Хочу, чтобы принадлежала мне, называла райсаном чаще. Стала моей реваной на долгие годы. Вот для чего нужна инициация.

– Райсан… означает?

– Из уст девушки – жених, пара, – пояснил он. – Вот почему это так приятно слышать от тебя. И так раздражало, когда ты называла Мессалу райсаном. Но давить на тебя своей второй ипостасью я не имел права. Райсана должна признать меня таким, какой я есть.

– Райсан Диар, – едва слышно прошептала я и смело огладила его жуткие скулы. – Уверена, что рано или поздно ты мне все расскажешь. Что… что я должна сделать, чтобы вернуть все на свои места?

– Ханна, – взор кхагарта затуманился. – Я сразу пришел к выводу, что не оставлю все это так. С твоего согласия или без него. Но ты уверена, что добровольно готова начать все сначала?

Он поднялся, подхватив меня на руки.

– Ты же мой ша’ар-р-ким. Думаю, с тобой – я готова, – кивнула я.

Кхагарт неторопливо направился в спальню, где усадил меня на наше ложе и опустился передо мной на колени. Заключив мои хрупкие ладони в свои громоздкие когтистые, произнес:

– Для начала мне вновь придется испить твоей крови. Как ты помнишь, это больно. – Я промолчала, храбро глядя на него. – Я приведу себя в порядок и вернусь.

– Чего ждать, если правильно завершить упомянутую тобой инициацию?

– Назад дороги не будет. Ты всецело будешь принадлежать только мне.

Оставив меня наедине с собой и этим фактом, он скрылся в ванной комнате. У этого ящера… нет, мужчины – есть еще много секретов, которые ему предстоит мне раскрыть. Почему у кхагартов так не почитают самок? Почему он не говорит мне о том, что меня разыскивают? Почему они воюют со всеми и похищают иномирян? Зная, что мы не до конца откровенны, могу ли я потакать его желаниям?

«Еще как могу!» – взвыло мое тело. Все эти касания, ритуалы с кровью, собственнические задатки, совместные ночевки – всё это так заводит меня. Даже его необычная внешность давно не вызывает отвращения. Меня лишь озадачивал тот факт, что мы были разные. Сегодня Диар дал понять мне, что прожить жизнь вместе вполне реально, как он сказал, долгие годы. Так почему нет? На Землю однозначно дорога закрыта. Да и кто меня там ждет? Жених для брака по расчету? С любовницей и ребенком в довесок. Родители? Они переживут мое исчезновение. Для них престиж стоял всегда впереди моих интересов. Мы никогда не были по-настоящему близки. А больше – никто. Конечно, очень хотелось бы воссоединиться с девчонками и Дайске, с которыми за долгие месяцы мы привязались друг к другу, пережив столько потрясений в путешествии. От мыслей про Иринку, Ольгу и Дайске у меня в груди защемило печально, но плеск воды в ванной вернул