Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

и отправил кусок мяса в рот. Он медленно жевал, а взгляд стал подозрительным. Мои слова про азарт и капканы задели его. Клюква давала правильную кислинку, нежное мясо буквально таяло на языке, но чиновник явно не мог насладиться едой. Привыкший к плоской, химической пище «Альянса», он был сбит с толку мощным вкусом.

— Специфично, — пробормотал он, поспешно запивая еду. — Охота всегда таит в себе скрытую опасность, Игорь. Можно и самому стать лёгкой добычей, если забыть о правилах игры.

— Вы абсолютно правы, — я согласился и тоже попробовал мясо. — Особенно когда самоуверенный охотник залезает в чужие угодья, теряет бдительность и начинает брать не по чину. Но мы собрались здесь не ради пустых бесед о лесных зверях. Наслаждайтесь вечером, впереди ещё много интересного.

Мы молча доели закуску. Зайцев крутился в кресле, нервно поправлял сползающий галстук и озирался по сторонам. Моё спокойствие давило на него сильнее любых прямых угроз. Я методично расшатывал его нервную систему перед главным ударом. Официант снова появился в зале, убрал пустую посуду и вынес основное блюдо. На этот раз это было белоснежное филе палтуса на подушке из запечённых овощей.

— Обратите особое внимание на текстуру, Афанасий Петрович, — я указал вилкой на рыбу. — Это северный палтус. Он скользкий, жирный и крайне капризный в работе. Стоит передержать его на огне хотя бы одну лишнюю минуту, и нежное мясо превратится в жёсткую резину. Нужно точно знать температуру, чтобы заставить его подчиняться воле повара. Прямо как с людьми, вы согласны со мной? Если надавить на человека слишком сильно, он сломается и пойдёт ко дну. А если найти правильный подход и нужный рычаг, он отдаст вам всё самое лучшее.

Зайцев напрягся ещё сильнее и брезгливо поковырял вилкой рыбу.

— Вы нарушаете предписания, Белославов, — чиновник попытался перейти в наступление. — Ваша кухня не использует сертифицированные магические добавки «Альянса». Это прямое нарушение новых стандартов качества. Я могу опечатать ваши двери прямо сейчас. Мои инспекторы найдут кишечную палочку даже в кипятке, если я прикажу.

— Ошибаетесь, — я усмехнулся, глядя на его жалкие потуги. — Мои юристы уже оформили ресторан как экспериментальную площадку исторической реконструкции вкуса. У нас есть официальная бумага от министерства культуры. Ваши стандарты здесь не имеют юридической силы.

Зайцев осёкся и злобно засопел.

— Вы любите дурацкие загадки и игры с законом, повар, — процедил он сквозь зубы. — Но я человек государственный и занят важными делами. Давайте перейдём к сути. Зачем вы меня позвали на самом деле? Хотите договориться о зелёных коридорах для ресторана? У нас строгие правила, но всегда можно найти компромисс для хороших людей.

Он бросил на меня надменный взгляд, видимо думал, что я пытаюсь купить его лояльность разговорами и едой.

— Компромисс мы обязательно найдём, — усмехнулся я и отодвинул свою тарелку в сторону.

Снова подал знак рукой, и официант вынес десерт, поставив его на середину стола. Это была сложная конструкция из тонких карамельных пластин. Они складывались в карточный домик, который сверкал золотом в свете каминного огня. Я небрежно потянулся за тканевой салфеткой, намеренно задел домик, и хрупкая постройка с громким хрустом рухнула на тарелку. Карамель разлетелась на десятки мелких осколков, подозрительно похожих на разбитое стекло.

— Какая досада, — я покачал головой, разглядывая крошево. — Один неверный ход разрушил всё красоту. И вот так вот малейшая ошибка превращает годы кропотливого труда в обычную пыль. Ваша жизнь очень похожа на этот домик, Афанасий Петрович.

Чиновник побледнел. Он снова достал платок и вытер мокрое лицо. Его столичная уверенность начала испаряться, уступая место панике. О да, он был наслышан обо мне, именно поэтому понял, что всё не просто так. Любого другого повара за подобные слова чиновник бы мигом превратил в порошок, но моя слава шла впереди меня, и поэтому Зайцев был осторожен в словах и эмоциях. Пускай они и дрожали под натиском моей «болтовни».

— Я не понимаю ваших намёков, Белославов, — его голос предательски дрогнул, и он опустил глаза на скатерть. — Я пришёл проверять кухню, а не слушать загадки.

Я выдержал долгую паузу, а затем с наглой улыбкой достал из-под стола бутылку коньяка, налил янтарную жидкость в два пузатых бокала и пододвинул один гостю. Затем выудил ту самую папку и небрежно бросил её на стол рядом с осколками карамели. Настало время главного блюда этого вечера.

— У вас отличный вкус, — тихо и жёстко сказал я, глядя прямо ему в глаза. — Вы любите ставить чужие судьбы на кон. Кстати, один мой знакомый недавно крупно проигрался в подпольном казино на Литейном проспекте. Он рассказал мне, что это злачное заведение держит очень жестокий ростовщик по кличке Филин. Вы наверняка слышали о нём, правда? Этот Филин славится тем, что обожает ломать пальцы должникам.

Зайцев открыл и тут же закрыл рот, не найдя, что мне ответить. Его пухлые пальцы вцепился в подлокотники кресла. Чиновник смотрел на меня с подозрением и страхом, а его былая спесь окончательно исчезла. Он понял, что я знаю всё про его долги, взятки и про молодую содержанку. Попытался заговорить, возмутиться, но из горла вырвался только жалкий хрип. Зайцев вжался в кресло, словно ожидал удара.

Я спокойно взял бокал и сделал маленький глоток.

— Это возмутительно! Я не понимаю, о чём вы говорите, — попытался соврать он, отводя взгляд в сторону камина. — Я государственный служащий! Я вызову полицию!

— Вы всё прекрасно понимаете, — мой голос стал ледяным. — В этой папке лежат распечатки всех ваших счетов и долговых расписок. Там указаны даты, суммы, адреса и имена. Там есть всё необходимое, чтобы посадить вас за решётку на долгие годы с конфискацией имущества. «Альянс» не станет вас защищать, они выкинут вас на помойку, как мусор. А кредиторы Филина быстро найдут вас в любой тюремной камере и заставят платить.

Зайцев тяжело и прерывисто задышал. Попытался встать, но ноги не слушались. Он оказался загнанным в угол, и вот здесь главное было не перегнуть палку, иначе он попросту сломается. А зачем мне сломанный инструмент?

— Чего вы от меня? — прошептал он. — Денег? У меня ничего нет, я всё отдаю этим страшным людям.

— Мне не нужны ваши деньги, — спокойно и даже слегка дружелюбно ответил я. — Мне нужен ваш ответ. Выбирайте, Афанасий Петрович. Завтра