Фантастика 2026-102 - Николай Петрович Марчук

— Хворост, — попробовал Волк.

В воздухе соблазнительно запахло печеньем.

Волк вспомнил, что проголодался.

Вытряхнув горячий «хворост» в сахарной пудре на колени, он принялся уминать его за обе щеки и одновременно раздумывать, что бы заказать еще.

Цветы… Цветы… Цветы… Которые горят… Или светятся… Или такие сухие, что из них можно добывать огонь… Где же сейчас эта проклятая скотина может быть? Не-э-эт… Такая толстомордая кошка никогда не побежит невесть куда искать неизвестно какие подземные лазейки. Она в них просто застрянет. Она небось сейчас сидит где-нибудь в трех шагах от двери и ждет, пока она откроется, чтобы сигануть поскорее обратно в свою клетку и нажраться отбивных или осетрины. Было бы у меня что-нибудь такое вкусненькое, кошкоприманивательное… На печенье она, конечно, не клюнет. Что у нас тогда получалось с джинном? Ириски… Ногти… Глаза… не успели получиться… Табак… Текила… Нет, все не то. На это даже умирающая с голоду гиена не клюнет. Может, есть какие-нибудь растения с мясными или рыбными названиями? Какая-нибудь шашлычная колючка… Или колбасный вьюнок… Или карповый цветень… Или… или… или…

Сердце от нечаянной идеи и нежданной надежды радостно подпрыгнуло в груди, и Серый, пока не потерял мысль, схватил вазу, потер бочок и через набитый рот, брызнув крошками, выдохнул:

— Валерьяна!

Дрожащими руками ощупав выпавшее из перевернутой вазы растение, Волк обнаружил, что самое главное — корень — на месте.

Остальное было делом техники.

Когда дверь была открыта, изумленному взору благородной публики предстал блаженно улыбающийся Волк с самозабвенно мурлычущей, светло-серой от пыли кошкой на руках.

— Чудо!

— Чудо!

— Это чудо!

— Такого еще никогда не было!..

— Чтобы обвиняемый ПОЙМАЛ кошку!

— Невероятно!

— А может, это какое-нибудь колдовство?

— Сулейман помог мне, — лицемерно потупил очи отрок Сергий. — Как договаривались. Вот. Принимайте. Ваша кошка?

— Да…

— Тогда забирайте. А нам пора, на улице темнеет уже поди. — И он, вручив благодушно жмурящуюся кошку изумленному султану, подхватил под руку джинна, хлопнул по плечу Огранщика и быстрым шагом направился по коридору в ту сторону, где, по его представлению, должен был находиться выход из дворца.

Толпа зрителей благоговейно расступалась перед ним.

— А как же… на ужин?.. — нерешительно сделал шаг им вслед все еще не пришедший в себя Валид аль-Терро, но Серый только отмахнулся:

— Спасибо! Потом как-нибудь. А кошечку не обижайте, приглядывайте за ней. Как сказал бы великомудреный Иоанн ибн Семионович, если бы это знал, кошка нос прячет к морозу! Прощайте, ваше султанство!

И, оставив Валида аль-Терро с его инструментом обнаружения истин и кризисом самоидентификации, путешественники заторопились прочь.

Не успел Саид — старый прислужник Толстого Мансура, задуть лампу, задвинуть задвижку, защелкнуть защелку, накинуть крючок, повесить замок, вставить шпингалет, опустить засов и приставить к двери швабру, как снаружи постучали.

— Ну кто еще там? — позевывая, недовольно отозвался он.

Печальные события последнего утра так и не научили его быть поприветливее с неурочными посетителями.

— Это мы. Ваши постояльцы. Пришли забрать свои вещи перед отъездом.

— А-а-а… Чтоб вас… — Часть диалога Саида катилась по наезженной колее. Ворча что-то обидное себе под нос, он убрал швабру, отвел засов, открыл замок, отодвинул задвижку, откинул крючок и отвел защелку.

— Ну заходите, что ли.

Дверь дернулась и осталась на месте.

— Закрыто, — сообщил кто-то снаружи.

— Как закрыто? Да что ты будешь делать… Щас проверю… Никак не могу запомнить, что за чем тут надо убирать… А может, вы в другую кофейню ночевать пойдете? — пришла ему в голову вдруг свежая мысль.

— И не надейся, — мрачно сообщил знакомый голос.

— Хозяин! Я сейчас! Я все сделаю!

И Саид трясущимися руками быстро задвинул задвижку, защелкнул защелку, накинул крючок, повесил замок, открыл шпингалет, опустил засов и приставил к двери швабру.

— Сейчас я сделал все, как было… Сейчас все сделаю по порядку… Сейчас все получится… — забормотал он себе под нос. — Что же вы не сказали, Мансур-ага, что и вы там стоите. Я же думал, что оне там постоят-постоят да уйдут. Коврик-то ихний уж больно нам приглянулся.

— ЧТО-О?! — грозно прорычал Волк.

— Ничего-ничего… Сейчас-сейчас… Так… Швабра… Засов… Замок…

Старик торопливо убрал швабру, отвел засов, открыл замок, отодвинул задвижку, вставил шпингалет, откинул крючок и отвел защелку.

— Получилось. Все.

— Так закрыто же! — донесся раздраженный голос хозяина.

— Как закрыто? Опять? Не может быть! Я же… Все по порядку… Вот, смотрите… Задвижка… Так… Защелка… Ай!.. Крючок… Ой!.. Ух-х-х-х… Замок…

И Саид снова, защемляя себе пальцы, ломая ногти и сдирая кожу, быстро задвинул задвижку, защелкнул защелку, накинул крючок, повесил замок, открыл шпингалет, опустил засов и приставил к двери швабру.

— Я же делаю все по инструкции, Мансур-ага! Швабра… Защелка… Крючок… Задвижка… Замок… Шпингалет… Защелка… Нет, защелка уже была. Или не было? Нет, была… Или это в прошлый раз?.. Замок… О нет… Засов… Крючок… Или не было?.. Так, начнем все сначала… Кхм… Хозяин?

— Н-да? — зловеще донеслось с улицы.

— Не могли бы вы подсказать, открываю я сейчас дверь или закрываю?

— ОТКРЫВАЕШЬ!

— А как тогда ее…

— Считаю до трех! Раз!.. Два!..

И дверь, внесенная четырьмя плечами внутрь на счет «три», наверняка снова зашибла бы Саида, не прояви он вовремя чудеса ловкости и прыгучести.

Все-таки хоть часть урока пошла ему впрок.

— За плотником, быстро! — не успев подняться с пола, скомандовал ему Мансур. — И если его не будет, не забудь напомнить его подмастерью, что как постоянному клиенту мне полагается скидка! А вы — добро пожаловать, гости дорогие! Ужин сейчас будет готов, и чай для досточтимого Сергия Путешественника будет заварен самый лучший, а пока счастливое разрешение такой непростой загадки требуется отметить как подобает!.. Пойдем в мою личную комнату и выпьем что-нибудь покрепче! — И толстяк, не переставая подталкивать гостей к лестнице, во все горло гаркнул:

— Эй, Мехмет!.. Двойной кофе!..

Волк, Огранщик и Масдай, оставив Шарада немного в стороне, залегли за большим камнем слева от перевала и единственной дороги, ведущей к глубокой чаше карьера.

Желтые, крошащиеся под ногами скалы окружали ее со всех сторон непроницаемой стеной различной степени непроходимости и зазубренности. Единственным способом попасть внутрь было преодолеть пост охраны из трех измученных жарой солдат, вяло потягивающих шербет в большой, защитного цвета палатке, открытой для обозрения с двух сторон. Естественно, имея такой чудо-ковер, как Масдай, путники могли и не беспокоиться насчет каких бы то ни было постов. Но Серый настоял на приземлении где-нибудь невдалеке от конечной цели их путешествия, чтобы джинн еще раз хорошенько проверил, там ли находится его заветный