Гимназист. Проигравший - Владимир Лещенко

Она стонала под ним. Он двигался не спеша, пытаясь войти все глубже и глубже.

А вот когда Сергей повалил ее на кровать лицом в простыни, навалился сверху и не отказал себе в удовольствии слегка прикусить шею («Как кобель суку!»), замерла. Пользуясь замешательством, он стащил с нее рубашку — но руки на всякий случай не отпускал.

Он входил во влажную глубину Валентины — воистину до самого дна! Горячая, взмокшая, билась она под напором его фаллоса. И он, чтобы насытить ее, все увеличивал, казалось, и свой размер, и силу ударов.

В тумане блаженства он успел удивиться, как удобно устроился внутри нее этот таран.

А напряжение всё росло и росло, пока не начало накрывать мягкой волной. Валентина, выгнулась, сжимая ноги, и протяжно застонала. Грудь с одеревеневшими сосками высоко поднялась. А потом она издала ещё один стон, когда вставил в неё оба пальца на всю глубину. Ещё одна резкая горячая волна прошлась по всему телу…

Он опускал голову все ниже, целуя шею и высокую грудь, ощущая языком ее ароматную кожу поворачивая ее как куклу. Его глубокое, неровное дыхание обжигало ее; влажные и горячие губы нашли ее чувствительные возбужденные соски. Валентина стонала в похоти, переполнявшей ее существо. Тяжело дыша она обмякла разжав пальцы, вцепившиеся в его плечи. Его губы медленно, словно дразня, вновь коснулись ее груди, и она обняла его за шею, прижимая свое лицо к шелку его темных волос.

— Ааааооо! — всхлипывала она. Он целовал ее грудь, языком лаская соски, возбуждая…

Опыт взрослого знавшего женщин человека и страсть девственника переполненного и охваченного гормональной бурей дали удивительный эффект…

— Не надо… пожалуйста… — Валентина уткнулась лицом в подушку. — Пожалуйста, не делай этого! Я ничем не заслужила…

Он двигался в ней стараясь вогнать свой член как можно глубже, взяв ее под ноги, прижимая их к своим бедрам насаживал ее на себя.

Грудь билась в такт его толчков когда она издала не то стон, не то всхлип. Но он не смотрел на неё… Он хотел обладать ей… Нет — трахать! Долбить! Сношать! Буровить!

Он потерял голову! Он был не попаданец и даже не Суров а распаленный гормонами и желанием юный самец переполненный тестостероном! И сейчас перед ним была не барышня, дворянка, гимназистка а самка, которая должна была утолить его похоть.

Он погружался в неё полностью, в висках бил колокол, хотелось схватить её за волосы и заставить выгнуться..

Чуть, чуть и наступил конец…. и он наполнил её собой уже не думая ни о чем кроме того что он — ее господин

— Даа!!! Ещё! Ещё!!! Невероятно! — она шептала это и просила

Глаза ее были закрыты, с полуоткрытых губ срывались тихие стоны.

Она извивалась в сладостной агонии, прижимаясь к нему бедрами.

— Пожалуйста не… Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста… — лепетала она, извиваясь на постели…

Он видел, как она откинула голову на подушку, зажмурив глаза, приоткрыв рот. Слышал, как тяжело она задышала. Потом ему удалось нащупать главную точку, и его опытные пальцы сделали свое дело, подведя ее к грани, за которой неистовствовала буря гормонов и желания.

Пот заливал лицо. Каждая секунда отсрочки добавляла боли от собственного возбуждения. Желание становилось просто невыносимым. Хотелось одного — скользить в шелковистом тепле и не выходить…

Она извивалась под ним, словно в безумной пляске, купаясь в волнах страсти, и ритм этих колебаний становился все сильнее. Он чувствовал биение и пульсацию ее возбужденного тела. Руки, которые он не держал больше, упали на кровать, затем обхватили его плечи. Мир, кровать, красавица, лежащая под ним — все было озарено незримым светом. Он подался назад, нежно ее лаская, и ее тело отвечало ему.

Она вскрикнула, когда он вошел в нее в очередной раз, медленно, но уверенно и страстно. Он старался, чувствуя, как пульсирует его плоть внутри нее, как в теплом футляре

— Нет, пошел к черту! — выдохнула она еле слышно. Сергей с удовольствием ощущал колебания ее бедер, когда она пыталась увернуться от него.

…И вот ее руки отчаянно обхватили его плечи. Он был уверен, что она попытается встать и сопротивляться, но силы покинули ее. Он смотрел на полные холмики оттенка слоновой кости с алыми как ягоды вершинками, на гладкий живот, на манивший пушистый треугольник, который обещал величайшие наслаждения и который она тщетно и как то обреченно пыталась прикрыть защитить и от взоров и вторжения красивыми, длинными ногами безупречной формы.

— Серж — оставь меня… Я… я… — Она попыталась подняться, но встретилась с его глазами. — Нет! Не прикасайся больше ко мне! Варвар! Мужлан!

И расслабленно замерла — признавая поражение…

Он опять вошел глубоко в ее лоно, потом наполовину вышел, один раз, два раза, три, потом опять.

Сейчас она морально и физически изнуренная случившимся с ней и многочисленными оргазмами, лежала в бессилии. Капельки пота блестели на её висках, грудь глубоко вздымалась… Сергей кончив в очередной раз и вытащив из неё член, стоял возвышаясь над ней…

И совершенно дикая мысль — этот член был и толще, и длиннее чем у него прежнего…

Он встал с кровати — мельком подумал что это его кровать и женщина в ней стало быть тоже его…

…Валентина продолжала лежать на скомканном ложе; ее ноги были расслаблено разведены по сторонам, и он не мог оторвать взгляда от картины которая была перед ним..

Раздвинутые, рвавшиеся в стороны изящные ноги, белую жидкость вытекающее из промежности, обильные потеки на бедрах…

«…Ну предок или кто ты там — у тебя яйца как у быка! Чуть не полстакана спермы залил в девочку! В прежнем теле я в юности и то таких подвигов не учинял! Геракл одно слово… Что называется — чистая экология и натуральная еда!»- мелькало в голове

… Она лежала не шевелясь, голова покоилась склонившись на бок.

Словно спохватившись о; на свела ноги вместе, и пыталась нашарить ночнушку…

И, он дико захотел опять раздвинуть эти великолепные ноги!!! Раздвинуть и снова войти в неё. И, скользить, скользить, скользить в ней!

И одновременно легкое разочарование шевелилось в его душе…

— Не удалось — пробормотал одними губами Сергей. Заветный цветочек был сорван до него. Умница и жуир Алдонин? Или еще кто-то?

Среди женщин с кем он делил ложе — было их не так много, но и не мало —