Земля: Выживание. Том IV - Михаил Ран

— Профессор, свободны. Оставьте нас. Да, и охрану с собой заберите. — бросил Марков через плечо, шагнув внутрь комнаты, толком не проверив выполнили его поручения или нет.

За его спиной мелькнуло бледное, перекошенное от страха лицо Кошкина, который явно хотел что-то возразить. Но все, что сделал профессор, так это пролепетал какую-то бессвязную несуразицу, поправляя очки. После чего торопливо скрылся за спинами охраны, словно боялся, что я прямо сейчас решу заморозить его до состояния ледяной скульптуры. Или придумаю чего похуже.

А ведь правда, фантазия у меня ой какая больная.

Дверь за полковником закрылась, моментально отрезая нас от внешнего мира.

Марков, честно говоря, выглядел паршиво. Если раньше он казался мне человеком из стали, то теперь металл явно устал и был готов лопнуть. Несколько глубоких прорезей пересекали лоб, кожа приобрела землистый оттенок, а в волосах прибавилось седины. Ещё больше, чем на прошлой встречи с ним неделю назад. Но даже так, держался мужчина все так же прямо, по-военному, и руки, которые он засунул в карманы брюк, не дрожали.

Артем Артемович прошел к моей койке, где я уже успел удобно разместиться, окинул взглядом рассыпанные по полу кристаллы, хмыкнул, но ничего говорить не стал. Затем, тяжело вздохнув, оперся бедром о край кардиомонитора, привинченного к полу, и заговорил.

— Живой, значит. — констатировал тот факт, доставая из кармана пачку сигарет, но тут же вспомнив, где находится, сунул её обратно. — А ведь мы уже, грешным делом, думали, что придется тебя списывать. Или в утиль, или в лабораторию к Кошкину и нашим молодцам, но только в виде емкости наполненной формалином.

— Не дождетесь. — я закинул ноги повыше, ощущая, как кристаллы под ногами неприятно впились в кожу. — Так зачем весь этот цирк с конями, Артем Артемович? Клетка, аквариум, испуганные ученые? Я вроде не давал повода усомниться в своей лояльности к человечеству и к вам в частности. Или теперь спасение задницы ваших, как там вы говорили, одаренных, считается преступлением?

Марков молчал несколько секунд, разглядывая носки своих ботинок. Затем полез во внутренний карман куртки и достал планшет. Как уже успел понять, похоже, он был военной разработкой. Потому что сильно отличался от того, что ходило внутри гражданского рынка. В рознице таких не встретишь.

— Лояльность тут ни при чем, Александр. Мы боимся не того, что ты предашь. Мы боимся того, что ты просто не заметишь, как убьешь всех вокруг себя.

Он активировал экран и протянул планшет мне.

— Смотри. Это запись с камер наблюдения, когда тебя только привезли. Если точнее, два часа после того, как тебя приволокли и начали откачивать.

Я взял гаджет. Видео было цветным, хотя, конечно, было бы странно, будь оно черно-белым. Но даже так виднелась определенная зернистость, однако, происходящее читалось слишком отчетливо.

На койке лежало тело.

Моё тело.

Вокруг суетились врачи — двое мужчин и медсестра. Они пытались подключить какие-то датчики, поставить капельницу. Всё выглядело штатно, пока изображение вдруг не дернулось.

На экране было видно, как воздух вокруг моей койки стремительно принимал осязаемый вид. Сначала это выглядело как легкая дымка, помехи на записи. Но потом…

Медсестра, державшая мою руку, вдруг отдернула её и закричала, звука не было, но я видел, как сильно исказилось её лицо. Она схватилась за пальцы, почерневшие за долю секунды. Обморожение. Мгновенное и чертовски глубокое.

Врачи отшатнулись. А потом начался форменный звиздец, иначе и не скажешь.

От моего бессознательного тела во все стороны ударили волны энергии. И, спасибо судьбе, они не были направленными. Простые, неконтролируемые выбросы. Аппаратура жизнеобеспечения рядом с койкой взорвалась снопом искр, когда в неё влетели иглы. Пластиковые трубки капельниц расплавились и начали стекать вниз, стоило волне жара добраться до них. А от иных вибраций, в ближайших шкафах, полопались все стеклянные емкости.

Люди на видео пятились к дверям, падая, чтобы не попасть под вылетающие серпы, срубающие все на своем пути. Один из врачей завалился на спину, хватаясь рукой за плечо, которое ему распороло мутным полумесяцем.

После чего видео резко оборвалось, в момент, когда меня накрыло рвущимся янтарным барьером.

Я медленно опустил планшет. В горле встал неприятный, противный ком. Помню меня окружала тьма, помню сильную боль, помнил и голос Ани… но этого я не помнил. Совсем.

— Тот врач выжил? С людьми все в порядке? — спросил тихо, не поднимая глаз от темного экрана планшета, который сейчас мерзко обжигал пальцы.

— В целом да, пару недель на койке, и все будет хорошо. — сухо ответил Марков. — У медсестры сильное переохлаждение конечностей. Жить, тоже, будет, но в строй вернется не скоро, если вообще вернется. Ей ампутировали пару фаланг.

Я сжал кулаки. Кристаллы под ногами отозвались тревожным звоном, как если бы реагировал на бурю внутри меня. Неприятно осознавать, что именно ты и стал причиной «трагедии» для тех, кто хотел вытащить твою задницу с того света.

— Вейла? — мысленно позвал наставницу. — Ты ведь это видела?

— Видела. — её голос в моей голове прозвучал необычно серьезно, без привычной язвительности и шуточек. — Это был защитный рефлекс, Алекс. Твое тело, на грани жизни и смерти. Организм перешел в режим максимальной защиты.

— И ты молчала? Ты знала, что я чуть не убил своих же людей, и молчала?

— А что я должна была тебе сказать? — холодно возмутилась девушка. — Что-то вроде: 'Кстати, пока ты валялся в коме, ты почти шлепнул деда с внучкой"? — фыркнула она, возвращаясь к своему тону. — Слушай, партнер, я была занята тем, чтобы тебя и меня не растворило в ничто. У меня не было возможности контролировать проявления энергии за пределами твоего тела, да и внутри, тоже, не всегда. Скажи спасибо, что вообще удалось очнуться…

— Спасибо. — подумал в её сторону. — Очень утешает, но могла предупредить.

Я вернул планшет Маркову, добавляя.

— Не знал, что все сложилось так. Просто не помню этого.

— Я понимаю. — кивнул полковник, убирая гаджет себе во внутренний карман. — Поэтому ты здесь, а не там. — показал он пальцем вверх. — Кошкин настоял на карантине. И, честно говоря, я с ним согласился. Твоя ученица, Аня… она единственная, кто мог к тебе подойти без ущерба и реакции со стороны… твоих сил. Она сказала, что тебе нужны эти камни. Мы выгребли крупные кристаллы под ноль, чтобы обложить тебя ими.

Он прошелся по камере, заложив руки за спину. Уверен, что он преувеличивает на счет запасов. Но… тот факт, что я ранил людей, конечно, заставил устыдиться предыдущих действий.

— Ладно. С лирикой закончили. Теперь