Жатва душ 7. Ночь хищников - Данияр Саматович Сугралинов

— Все целы? — спросил я в офицерском чате. Голос у меня был хриплый, будто три дня орал на стадионе.

— Агилар — опять бедро, — устало доложил Тетыща. — Я восстановился после таблетки. Макс порезан. Эдрик обожжен, но на ногах. Остальные — синяки и ссадины. Нам повезло.

Нам повезло, да. Три часа назад нам тоже повезло. На сколько еще хватит этого везения?

Я попытался снять доспех с ближайшего тела. Черная броня сидела на трупе, как вторая кожа, не поддавалась ни рукам, ни ножу. Когда подцепил «Изобретательностью», система выдала:

Предмет привязан к владельцу: разблокировка невозможна.

Вот же засада — такая броня решила бы нам кучу проблем в следующих волнах.

Зато плазмаганы привязаны не были. Подобрали мы их четыре штуки, все в рабочем состоянии, с зарядками. Мелочь, а приятно.

«Включить ремонтный модуль», — мысленно приказал я и активировал «Изобретательность». Лукас, который уже добрался до базы, молча встал рядом.

Вдвоем мы принялись латать пробоину в стене спального отсека — модуль сращивал разорванный металл, а «Изобретательность» ускоряла процесс, подсказывая, куда давить, где подпереть, какие элементы конструкции критичны. Вскоре к нам присоединился Мигель. Он инженер, и дело пошло быстрее.

Работа тупая, тяжелая, но купол начнет восстанавливаться, только когда прочность базы перейдет критический порог, а до этого — часа полтора, не меньше.

Тетыща первым вспомнил про пленных:

— Командир, они же там.

Мы вскрыли заваленный дверной проем. Из шести пленников трое были мертвы — задохнулись или сгорели, тела свернулись в неестественных позах, и по отсеку плыл запах, от которого подкатило к горлу.

Руфина сидела в углу, прижав к лицу мокрую тряпку, живая. На руках ее пузырились ожоги, но глаза были ясные.

— Извини, — сказал я. — Приходили другие гости, такие же как вы, по мою голову.

— Ваши гости оказался невежливым, — прохрипела она и издала смешок. — Мы хотя бы не ломали ваш дом.

Араб, которого Лиза привезла для «Перераспределения», нашелся в броневике — его оставили там перед боем, и он даже не понял, что произошло.

Я вышел на крыльцо. Купол не светился — база стояла голая и беззащитная. Где-то в джунглях ворочался Костегрыз, переваривая ужин, а в поле зрения мерно тикал таймер до четвертой волны.

Трехчасовая пауза на то, чтобы восстановить купол, подлатать людей, себя, перевооружиться. И молиться, чтобы четвертая волна оказалась слабее третьей. Потому что, если жнецы каждый раз присылают кого-то сильнее…

Я не стал додумывать. Просто сел на ступеньку, привалился спиной к стене и закрыл глаза ровно на тридцать секунд.

Потом встал и пошел работать. Возможно, мне удастся урвать еще часик в медкапсуле.

Глава 21

Все мы люди

Голос Дитриха заставил меня вздрогнуть:

— Денис, все, что можно было сделать, мы сделали.

Я обернулся. Дитрих и Мигель стояли за моей спиной.

Мигель добавил:

— Восстановлена целостность стен, но «прочность» еще не устаканилась. Ну а внутренние работы… оставим их на потом.

Воцарилось молчание, после которого Дитрих показал на крышу модуля:

— Ремонтный дрон доделывает нашу работу, но «Стражи»… их придется починить тебе, Денис.

Неужели я так хреново выгляжу, что меня страшно беспокоить по любому поводу — а вдруг это будет последняя капля. И я подо…

Эффект «Отступника»: −10 % от «активности».

Поле зрения залило красным. Привычная уже тошнота прокатилась волной и отступила. Если бы не реанимационная капсула, я сейчас бы уже корчился в агонии.

Мысленно я вызвал таймер обратного отсчета: до следующей волны осталось два часа. Полчаса на ремонт, час на реабилитацию, сорок минут на подготовку к вторжению.

На развороченной, покрытой нагаром базе кипела работа: люди отдраивали закопченные поверхности, проверяли исправность приборов. Расставляли по местам вырванные из пола стулья.

И Лиза была тут, она мыла пол вручную. Обернулась, поймав мой взгляд, встала, подошла.

— Ты совсем плохо выглядишь.

— Потрепан, но не сломлен, — кисло улыбнулся я. — Пойду восстанавливаться.

Ко мне подбежал Эдрик — в порванной одежде, исцарапанный, лицо покрыто коркой, примерно, как у Сергеича, когда тот гнил заживо, а потом излечился. Я притянул его к себе. Хоть он и выглядел взрослым, это был ребенок, нуждающийся во внимании.

— Ты герой, Эдрик! Правда. Вот победим, вручу тебе орден.

Эдрик просиял и признался:

— Было страшно, Капре. И больно, билят, но я его нашел!

— Где остальные? — спросил я.

Парень заозирался, и ответила Лиза:

— Спальные модули повреждены, так что вповалку спят наверху. Второй этаж не пострадал.

— Пленники?

— Подлечены, переведены в уцелевшие спальные модули. Их трое: два араба и израильтянка. — Лиза передернула плечами. — Остальные погибли страшной смертью. Ты только представь: замкнутое пространство, стены раскаляются, нечем дышать…

Я притянул ее к другому боку, тронул губами висок.

— Мы ничего не могли сделать, сами чуть не сгорели заживо. Поспи и ты, Лиза.

— Да какой тут сон! Сидишь, как приговоренный, ждешь, когда тебя пойдут расстреливать.

— Осталось три мои волны и одна — Кемы. Кстати, где наш динозавр?

— Вот еще за ним я не следила, — фыркнула девушка.

— Ладно, пойду, — сказал я, отстраняясь. — Мне надо ремонтировать турели.

На втором этаже гарь смешивалась с запахом пота и перегара. Дверь в актовый зал была открыта, и оттуда доносился могучий храп Сергеича.

Я заглянул туда: боевое крыло спало здесь. Вика — прижавшись к Рамизу. Тетыща — в обнимку с Галей, которая, когда началась жара, куда-то спряталась и пережидала, а теперь мирно похрюкивала у хозяина под боком. Открыла один глаз, скользнула по мне взглядом — и дальше спать.

Между спящими, как врач на обходе, ходил мурлычущий Крош: искал недолеченных и восстанавливал «активность».

Идиллия!

Я поднялся на крышу. В нескольких местах чернели пятна нагара. По ним я и нашел поврежденные турели. Первая казалась целой, но что-то с ней был не то. Поняв, что обычным крафтом тут не справиться, потому что непонятно, в чем поломка, я врубил «Изобретательность».

Сами самой из ниоткуда материализовались необходимые детали, мои руки ускоренно заработали, что-то подкрутили, и вскоре турель ожила — повернулась влево-вправо на станине.

Автоматическая сторожевая турель «Страж II» восстановлена.

Боеспособность: 100 %.

Вторая была вывернута взрывом, а в куполе наблюдалась вмятина, от которой разбегались трещины. Самому это починить не получилось, «Изобретательность» ушла на откат, так что я вызвал ремонтный дрон. С его помощью удалось разобраться, чего не хватает, потом с помощью Лизы купить в клановом магазине какой-то перегоревший «Модуль автономной работы» за десять тысяч уников…

В общем, починили. Вдвоем управились минут за