Министр товарища Сталина. Генеральный – перевоплощение - Ал Коруд

— Работать вместе.

Вот сейчас снова удивил.

— Как…им образом?

Делаю взгляд самым серьезным и тон суровым:

— Я понимаю, Георгий Михайлович, у нас пути разные. Цели одни. Страна одна. Надоело, когда ее рвут на куски ради интриг.

— Ох, ты как…

Невежливо прерываю первого секретаря.

— А что не так? Кто-то меня ловил за интригами? Я всегда строго выполнял свой долг. Есть против меня какие-то иные измышления?

Попов сам взял бутылку, сам себе налил, затем заел вино острыми баклажанами, задумчиво пережевывая.

— Ты прав, Виктор Семенович, о таком не слышал. А что некоторых генералов приструнил… так наслышаны об их художествах. Да и министерские не лучше. Сколько с ними бодаюсь.

— Для порядка ведь? И я за него! Тогда между нами нет непримиримых противоречий. Враги же одни и те же.

Наконец, Попов решился, скептически меня оглядывая.

— И ты их назовешь при мне?

— Чего нет? Кроме Никиты, в них состоят Лаврентий и Георгий.

Не побледнел, не покраснел. Задумался. И в самом деле, с таким союзником, как я, можно широко выступить. И Попов точно знает сейчас, что Хрущев с него не слезет. Не в курсе разве что — в реальном времени его не пристрелят, а он думает в этом направлении. И что тогда теряет? Просчитал его правильно.

— Согласен. Не все у нас ладно.

— Тогда по рукам? Мне лавры политика не нужны. Не той я породы.

Попов понимает, куда я клоню, и соглашается. Мы разграничиваем сразу свои полномочия, чтобы впоследствии не толкаться. А уж как-нибудь я свои идеи до них донесу.

— По рукам.

Лед потихоньку трогается. Начинаю создавать собственную клику. В СССР того периода все на подобные делились. Чекисты со мной, политиков привлекаем, осталось найти военных. Взаимопонимание у министра МГБ с армией неоднозначное. Он возглавлял ГУКР «СМЕРШ» с 1943 года, подчиняясь лично Сталину. Абакумов отвечал за борьбу со шпионажем, диверсиями и дезертирством в Красной Армии, что делало его отношения с военными напряженными из-за жёстких методов контроля. Но недавно в театре я столкнулся с Ворошиловым и увел его в сторону. Реципиент общался с ним с прошлом. Чаще всего у Сталина. Видимо, тот до сих пор считал первого маршала одним из своих оплотов. Ну да, там было мутное дело с заговором командармов во главе с Тухачевским. Если получится, то получу доступ к документам. Но потом.

Так, слово за слово поговорили. Климент поглядывал на меня с откровенным подозрением, и мое благостное расположение к его персоне вовсе не радовало. Слишком много пережил за последние годы. Он 15 лет возглавлял наркомат обороны СССР. К началу Великой Отечественной войны маршалу исполнилось 60 лет, но казалось, что он способен дать фору многим молодым военачальникам. Однако командовать фронтами Ворошилову позволили не больше двух месяцев. Бывший нарком не сумел организовать оборону Ленинграда, а на фронте совершал безрассудные, хотя и смелые поступки. Более обоснованной кажется версия о том, что на отставку повлияли фронтовые «выходки» командующего. Речь, в частности, идёт о личном участии Ворошилова в атаке на Пулковских высотах 11 сентября.

В итоге 14 сентября 1941 года последовала отставка Ворошилова. Больше за годы Великой Отечественной он не командовал фронтами. Видимо, его потолком стало руководство партизанским движением, а с 1943 по 1945 годы Ворошилов руководил Трофейным комитетом. Но Климент все равно оставался в ближайшем окружении Сталина до самой его смерти. Заговорщики не зря постарались убрать его из ближнего круга, чтобы добиться желаемого. Одним из эпизодов борьбы против Власика и Абакумова случился поджог дачи Клима Ворошилова.

7 января 1949 года на даче Маршала СССР Ворошилова загорелась новогодняя елка. В момент загорания в большом зале, где находилась елка, кроме ребят, внука Ворошилова, Клима 13 лет, Николая Яковлева 11 лет, Евгения Левковича 13 лет и Подъяпольского Сергея 11 лет, из взрослых никого не было. Главными виновными в «преступной халатности» генеральный прокурор СССР Григорий Сафонов, что расследовал дело, назвал четырех офицеров Главного управления охраны. Но не только! Метил он куда выше: «Факты свидетельствуют о серьезных недочетах в работе ГУО МГБ СССР, ответственность за что лежит на начальнике этого управления генерале Власике».

Напомним, генерал Николай Власик к тому времени уже 18 лет возглавлял личную охрану Сталина. Так что Ворошилов точно не друг противостоящей мне клике. Если не станет союзником, то хотя бы не будет мешать. Я немедленно дал указание Чернову узнать, какие спектакли или концерты посещает Ворошилов. Так что встречаться мы начнем чаще. Может, потом и выпьем вместе. Вряд ли кто тщательно следит за тем, с кем разговаривает маршал в антракте. Я считаюсь записным любителем театров и концертных выступлений.

Но меня сейчас интересует больше другой маршал. Настоящий маршал победы! Это Александр Василевский, что ковал победу начальником Генштаба, входил в Ставку, затем командующим фронтом. Это он победил Японию. Сейчас он начальник Генерального штаба Вооружённых сил СССР, в следующем году станем военным министром. Одни из немногих военных, что не боялся вступать в перепалки со Сталиным. То есть должность невероятно важная. И конкретно для меня тем более. И не только для борьбы за власть. Смещение Берии показало, что армия в таких ситуациях остро необходима. А у Абакумова с ней проблемы из-за «Трофейного дела», в результате которого Жукова убрали из Москвы, а некоторых офицеров и вовсе расстреляли. Понятно, что меня, то есть реципиента особо в войсках не любили.

Кстати, у маршала сложились не сильно любезные отношения и с Хрущевым. В мае 1942 года, оценивая обстановку на южном крыле советско-германского фронта, Василевский предлагал остановить наступление на харьковском направлении, но мнение С. К. Тимошенко и Н. С. Хрущева, которые рассчитывали на успех, переубедило ВГК. В результате 277 тысяч личного состава, 775 танков, 5 тысяч орудий и много другой техники и вооружения были потеряны, и врагу был открыт путь на Сталинград и Кавказа. Только вот как мне к нему подобраться? Мы знакомы скорее шапочно. Наше прошлое носило деловой, оперативный характер. Разве что… А это мысль!

Иногда память реципиента выкидывает знатные фортели, и вскоре мой секретарь соединил с искомым человеком.

— Привет, Алексей Алексеевич. Узнаешь?

На том конце провода, если и удивились, то вида не подали.

— Конечно, Виктор Семенович. Чем могу?

Полковник Крохин сейчас начальник 1-го отдела 2-го Управления