Древо Миров братьев Камковых. Том 1. Пробуждение. - Денис Игоревич Камков

Как и всегда когда он уходил через портал, резкий порыв ветра пронёсся следом за ним, с чуть слышным хлопком возвращающегося на его место воздуха и быстро затих.

Очередной, ежегодный, по летоисчислению Великого Древа Миров, Совет Восьми богов закончился, и надо было признаться в том, что он снова не смог убедить своих братьев и сестёр в том, что необходима серьезная коррекция нарушенного Великого Равновесия, которое, по его мнению, случилось уже достаточно давно и теперь только набирает силу, неся волну Закона, или по иному Порядка, в миры Великого Древа.

Его память была абсолютной, и он снова и снова прогонял в своей голове, каждое слово и каждый жест или выражение лиц своих братьев и сестер, в надежде понять или вспомнить, что он мог упустить, или где он мог бы точнее выразить свои мысли, чтобы, наконец, убедить их.

Начался совет как обычно. В этом цикле было решено, что именно он будет принимать Восьмерых в своих чертогах. Орфенор заранее подготовился к этому. Для места встречи он нашёл небольшую комету, летящую по достаточно пологой орбите, к одной из звёзд жёлтого класса. Переместив свои чертоги на неё, он расположил их таким образом, чтобы вход в них, а также большинство стрельчатых арок окон, были расположены по направлению к звезде. Получилось красиво. Протуберанцы и вспышки звезды – оживляли пейзаж ледяной кометы, при этом создавая причудливую игру света и тени в просторных залах его замка, в его коридорах и анфиладах, галереях и колоннаде.

Зал для приёма братьев и сестер был украшен просто. Стен, также как и потолка в нем не было, благодаря этому боги могли в полной мере любоваться игрой света от близкой звезды. Колоннада была выполнена из цельных кусков янтаря и падающий на неё свет желтого карлика, ласкал и впитывался в нее, подсвечивая ее изнутри. Пол залы, сейчас был отделан звёздным базальтом и, не смотря на то, что такого материала не было ни в одном из миров, получился он отлично. Для этого потребовалось всего лишь взять свет далёких звёзд и вплавить его в чёрную глубину камня, заставляя сверкать изнутри, запуская тонкие лучики света во все стороны.

Ещё более чёрным, чем сам пол, был огромный мраморный стол. Он стоял посередине зала и был девственно пуст. Только восемь драгоценных камней стихий, обрамленных золотыми завитками, с именами Восьмерых, украшали его поверхность своим светом, находясь друг от друга и от центра стола, на равном удалении.

После обсуждения всеми текущих вопросов, Орфенор взял слово:

– Дорогие братья и сестры, как мы все знаем Равновесие по-прежнему серьезно нарушено, и продолжает склонять свою Левую Чашу в сторону Закона! Мы все, как я надеюсь, понимаем, что бездействовать мы просто не имеем право! Нам нужны серьезные коррекции в нескольких мирах, для компенсации беспрецедентного наступления Закона на позиции Хаоса!

      Речь его была обстоятельной, наполненная примерами и событиями, подтверждающими нарастания Порядка в мирах, которые он смог зафиксировать за прошедший цикл. Суть же её снова состояла в том, чтобы убедить своих гостей в том, что хрупкое Равновесие Первородных сил серьезно нарушено, и если его не компенсировать, то очень скоро многие миры затронут катастрофы. Необъяснимые, с их точек зрения, события будут шириться во всех подконтрольных им мирах. Они вскоре приведут к катаклизмам и многочисленным жертвам среди существ их населяющих.

Но, как и прежде он снова был не услышан, а доводы его не смогли разжечь в Совете интереса к событиям и их последствиям, о которых он говорил.

Общее мнение его братьев и сестер выразил в своих словах, поднявшийся со своего места Аргонт:

– Равновесие сможет само компенсировать перекос. Глобальные коррекции в мирах недопустимы! Это изменит в них замысел Всеотца!

Аргонт предстал перед своими братьями и сёстрами в привычном для них и себя эльфийском обличии. Золотые волосы падали на его могучие плечи, а тонкие черты лица эльфийских королей, оттеняли только его чёрные глаза, в которых нет-нет, да и проскальзывал едва сдерживаемый вихрь торнадо, говоривший о его истинной сущности. Искусно выполненная броня, цвета червонного золота, закрывало почти всё его тело, но совершенно не стесняла движений. А кристально белый плащ, развивающийся от звёздного ветра за его спиной, заканчивал цельный образ. Как и остальные, в руке он держал символ своей власти, который был похож на жезл, выполненный из цельного слитка белого золота. Алмазная крошка, удачно дополняла красоту жезла, инкрустируя его в форме рун Воздуха. Навершием жезлу, служил крупный ограненный бриллиант, того цвета, каким бы этот камень мог быть, если бы впитал в себя свет всех звезд, которыми обычно наполнен ночной небосвод, какого-нибудь древнего эльфийского мира.

Чем дольше Орфенор вспоминал только что закончившийся Совет, тем больше он понимал, что те действия, что он начал предпринимать самостоятельно, без одобрения остальных – были единственно верными. Братья и сестры не слышали или же не хотели его услышать. Они попросту боялись гнева Отца. Безусловно, он понимал также и то, что затевать подобное без одобрения Совета, было не только несколько безрассудно с его стороны, но и может стать даже опасно для него, в случае если его действия будут раскрыты.

Орфенор был далеко не глуп и прекрасно понимал, что обращение к тёмной части Первородных Сил не может пройти для него без последствий, но ведь на то он и бог, чтобы справиться с любой, даже самой сложной, а для других, порой невероятной задачей. Те струны и нити мироздания, что были задействованы им, были нацелены на то, чтобы выправить пошатнувшееся в сторону Порядка равновесие, компенсируя этот перекос. Его глобальным замыслом являлось вернуть в абсолютное равновесие Великие Весы, чтобы их миры в Великом Древе могли продолжать спокойно развиваться и процветать. Но пока всех совершенных им действий было явно недостаточно, и тогда он решился на отчаянный шаг – искать содействие того, о ком забыли даже самые старые – нижние ветви Великого Древа. Того кого Отец и Создатель всех их миров, заточил в самую страшную темницу мироздания – пространственный карман межмирья.

Он вначале разбудил его, затем дождавшись пока пленник очнется от долгого сна в Великом Ничто, подолгу беседовал, раскрывая и примеряя к своим планам постепенно осознающую себя Сущность. В конце концов, не видя другого выхода, ему все же пришлось заключить с