Песнь Ариадны - Guiltythree

[Почему?]

Он помедлил несколько мгновений, прежде чем ответить.

[Эти люди отправились из Рэйвенхарта или из Плачущей Богини, и были в пути уже несколько недель. Но этот ублюдок показал себя только сегодня. Новости разносятся быстро… но не настолько быстро. Мне это не нравится].

Хмурость Рейн углубилась.

«Астерион…»

Она слышала это имя раньше. На самом деле, в последние месяцы она слышала его слишком часто. И каждый раз обстоятельства были немного странными.

Возможно, потому что Рейн была одновременно Формирователем и дарительницей Имён, она была очень чувствительна к ним.

А это имя, Астерион, вызывало у неё мурашки по коже.

Больше всего оно заставляло её чувствовать, что произносить его вслух никогда не стоит, а самое главное — нельзя позволять ему укореняться в сознании.

Она мрачно посмотрела на пожилого охранника.

Он счастливо улыбался.

«Меняющая Звезда и Король Ничего могут нам не помочь. Но лорд Астерион поможет».

Между охранниками повисла неловкая тишина.

В конце концов они рассмеялись.

«Третий Суверен? Ты что, головой ударился, дурак?»

«Даже если третий Суверен и есть, он, наверное, гнилой подонок. Все они такие — кроме леди Меняющей Звезды, разумеется».

«Неудивительно, что ты в последнее время занимал деньги. Ты что, отдал свою зарплату тому жулику из Церкви Луны?»

Пилл покачал головой и бросил мужчине насмешливую ухмылку.

«Перестань позорить меня перед Рани, ладно? Боже, она подумает, что мы, странники, все слабы на голову».

Но пожилой охранник лишь продолжал улыбаться.

«Вы сами всё увидите».

Глава 2775

Гигантские звери тащили бронированные фургоны через Божью Могилу, перемещаясь с пугающей скоростью. Здесь, на Дороге Теней, караван мог позволить себе двигаться довольно быстро, не ставя под угрозу безопасность — однако, достигнув Стеклянного Ада, им пришлось бы сбавить ход, чтобы избежать засады Кошмарных Существ.

Не то чтобы никакие мерзости не атаковали фургоны до того, как они покинули Божью Могилу. Рейн доказала свою ценность в этих немногочисленных, но жестоких стычках — способная видеть в темноте, она обычно замечала врага с большого расстояния.

Затем оставалось лишь натянуть тетиву, прицелиться и вонзить светящуюся стрелу в их шкуру. Озарённые ослепительным сиянием в глубинах тьмы, Кошмарные Существа оказывались раскрыты перед всем караваном задолго до того, как могли атаковать.

Так что справляться с ними стало гораздо проще.

Избавленные от необходимости проливать кровь благодаря стрелам Рейн, охранники быстро к ней привязались. Всего через несколько дней она стала всеобщей любимицей… ну, за исключением бывалого воина-Пробуждённого, говорившего о Порождении Снов. Рейн держалась от него на расстоянии, и он, казалось, тоже был к ней равнодушен.

С тех пор мужчина больше не упоминал об Астерионе. Остальные же охранники всё ещё подшучивали над ним по этому поводу время от времени. Они не относились к имени предполагаемого Верховного с почтением, а скорее казались позабавленными самой этой идеей.

Дело дошло до того, что воображаемый Суверен по имени Астерион превратился в расхожий анекдот среди охраны головного фургона — и по мере того, как их перебрасывали на более безопасные участки каравана, эта шутка распространилась вплоть до самого его хвоста.

Рейн совершенно не нравилось слышать эту шутку.

Вскоре они достигли конца Дороги Теней и перебрались на плечевую кость титанического скелета. Спустившись с высоты Божьей Могилы и достигнув моста, соединяющего плечевую кость с лучевой, они увидели далеко внизу прекрасный вид на Стеклянный Ад.

Стеклянный Ад выглядел… в общем-то, как и предполагало его название.

Это была обширная равнина, целиком состоящая из стекла. Тут и там по её отполированной поверхности были разбросаны высокие гряды и глубокие расщелины, но в целом этот регион Царства Снов был плоским и гладким, объятый солнечным светом, который отражался от поверхности стекла, словно река расплавленного золота.

Прозрачное стекло напоминало лёд и обширные ледники, вызывая воспоминания о зиме и освежающем холоде. Но на самом деле Стеклянный Ад был похож на душную печь — всё потому, что стекло поглощало солнечное тепло в течение дня, а затем излучало его наружу ночью. Что ещё хуже, по всей равнине было разбросано бесчисленное множество фокусных точек, действовавших как линзы.

Если не быть осторожным, можно было быть сожжённым заживо сконцентрированным солнечным светом, ослепнуть от его сияния или просто задохнуться от жары.

Впрочем, этот регион Царства Снов не поэтому называли Стеклянным Адом.

Настоящая причина скрывалась под поверхностью стекла, в прозрачных глубинах региона.

Там можно было увидеть бесчисленные туннели, уходящие далеко во тьму. И иногда можно было едва различить очертания прозрачных существ, сновавших по этим туннелям, словно стеклянные призраки.

Потому что весь этот регион Царства Снов представлял собой один огромный улей, населённый огромным роем своеобразных Кошмарных Существ. Мерзости были по своей природе насекомоподобными и обладали прозрачными телами, что делало их трудными для обнаружения.

Их косы и мандибулы, однако, были остры как бритвы.

Что ещё хуже, они перемещались под поверхностью и могли вырваться из стекла в любом месте равнины — либо небольшими охотничьими группами, которые утаскивали несчастную добычу в глубины улья, либо огромными ордами, выливавшимися на поверхность и пожиравшими всё на своём пути.

Разумеется, выживание в Стеклянном Аду было нелёгкой задачей.

Человечество всё же покорило его — или, по крайней мере, его поверхность.

Зубчатая чёрная стена Полых Гор поднималась от земли далеко на севере, в то время как единственная Цитадель в регионе располагалась ближе к его южной границе. Эта Цитадель имела название Красный Холм, и именно туда направлялся торговый караван.

Сняв шлем, Пилл улыбнулся и поднял лицо к солнечному свету. Несмотря на опасный характер региона, охранники каравана всё равно были рады покинуть Божью Могилу, где само небо являлось смертельной угрозой.

«Приятно снова увидеть солнце, Рани?»

Он посмотрел на Рейн и усмехнулся.

«Дорожи этим чувством. Ты будешь скучать по Дороге Теней, как только мы достигнем равнины и почувствуем жару».

Рейн просто указала на кусочек отполированного вулканического стекла, висевший на кожаном шнурке у неё на шее — Воспоминание, которое её брат с творческим подходом назвал [Главное Блюдо].

«Этот амулет меня охлаждает. Как, по-твоему, я выжила в Божьей Могиле?»

Пилл бросил на амулет завистливый взгляд и пробормотал мечтательным тоном:

«Мне бы тоже такой раздобыть…»

Не у всех Пробуждённых был обширный арсенал Воспоминаний — на самом деле, у большинства их было лишь несколько. Такой амулет был настоящей роскошью.

Караван пересёк мост и начал спуск к Стеклянному Аду. По мере спуска температура воздуха неуклонно росла, пока Рейн не почувствовала, что ей приходится