Владыка запада - Владимир Александрович Сухинин

– Меня тоже не будешь слушать? – негромко, но твердо спросил князь.

– Тебя, князь, буду слушать, прости, вырвалось. Много сказок я в жизни слышал…

– А князю Артаму ты готов поверить?

– Князю Артаму всегда верю, – решительно заявил воин. Он внимательно окинул взглядом своего князя. – Это он тебе сказал про брата?

– Он, – кивнул Венцариот. – И я ему верю.

– Но как? – воскликнул Ветроис. – Я же его видел, он из этого города пришел, его вызволил великий князь… Еще говорили, что якобы его похитили маги из королевства Риванган. Но тут я точно не поверю. Когда жили маги? Несколько сотен лет назад, и все давно погибли. Ни Артама, ни его брата Артема тогда и в помине не было. Вранье это… Скорее всего, он привез брата… если это его настоящий брат, из поездки в Риванган, и потом придумал сказку, чтобы мы приняли его как равного Артаму. Но это… – Ветроис не договорил, просто махнул рукой. – Хочет так говорить князь Артам – пусть говорит, но дураков нет поверить в это.

– Можно и так рассудить, – кивнул Венцариот. – Неважно, во что веришь ты или верю я. От этого истина не поменяется. То, что царь эхейцев – дракон, который объявил себя владыкой всего Запада, это факт. А про то, как брат Артама попал на этот остров, есть правдивая история: маги смогли по небесным светилам посчитать, когда и где родился дракон, они перенеслись в будущее, в наше время, туда, где жил Артам, и забрали его брата. Его поместили в магический лед, так рассказывала Неела, а я ей верю. Она девушка строгих правил, лжи за ней не наблюдалось. Из льда его вытащил Артам и привел к месту инициации драконов, там была и Мила, и сама Неела, они все видели. Этот лед защитил Артема от нападок нежити.

Ветроис сидел с открытым ртом. Назвать князя Венцариота наивным и доверчивым ни у кого бы не повернулся язык. Если он что-то утверждал, значит, так оно и было.

– Прямо чудеса в решете, – качая головой, произнес Ветроис. – Никогда такого не было, и вот опять. И что дракону нужно от нас?

– Он владыка Запада, Ветроис. Если ты еще не понял… – Венцариот помолчал, давая возможность уже далеко не молодому воину проникнуться его словами.

– И что?.. – все равно не понимая, спросил Ветроис.

– А то, что мир разделился на тех, кто с драконом, и кто против него.

Ветроис заморгал, до него трудно доходил смысл слов князя.

– И что? – уставившись на князя, повторил он.

– А то, что надо выбирать сторону: или прежний хранитель, или новый.

– Так хрен редьки не слаще! – воскликнул Ветроис. – Не пойму, княже, зачем нам выбирать, мы тихо себе сидим на озерах…

– А когда придут люди моря и с ними горские князья мстить за поражение, что мы будем делать? – спросил Венцариот.

– Как что, сражаться! Князь Артам поведет нас в бой…

– Он-то поведет, но сил у нас не хватит отбиться. Нападут с двух сторон, с реки и с гор, а еще часть князей оказались предателями, готовы ударить в спину.

– Не может быть! – воскликнул пораженный Ветроис. – Тогда… тогда, – замялся он, – пусть нам Артем-царь помогает.

– С чего бы это? – сделал удивленный вид Венцариот.

– Как с чего, он же брат Артама, должен! – воскликнул Ветроис.

– Кому он должен? – переспросил Венцариот.

– Э-э-э-э…

Ветроис замычал и замолчал. До него наконец дошло, что заречный царь – дракон и повелитель, а повелитель никому ничего не должен. Это все ему должны. Венцариот все это прочитал по лицу Ветроиса.

– И что, пойдем под дракона? – сумрачно спросил Ветроис.

– Уже, – ответил Венцариот. – Артам пошел под крыло дракона, и боги, что поддерживают старого хранителя, объявили ему войну. А значит, они воюют и с нами. Здесь, на острове, богиня смерти Иехиль, и она гонит нежить на нас. Я уверен, что она хочет нас изгнать.

– Вот оно как… – протянул Ветроис, осознавая, какая ситуация возникла и на острове, и более масштабно на Озерах. – И что, князья примут власть заречного царя? – с сомнением спросил он.

– А тут хочешь не хочешь придется принять. Выбор-то небольшой: или принять, или погибнуть. Тут борьба идет не на жизнь, а на смерть, Ветроис. Вот ты не понимаешь этого, и другие не поймут, и я даже боюсь представить, что будет… Мы в западне. С запада люди моря и горцы. С востока Риванган и церковь хранителя. Мы или выстоим, или все погибнем. А с драконом есть надежда выстоять.

До сурового, много пережившего дикаря наконец дошло положение вещей.

– Значит, богиня мертвецов к нам пожаловала.

– Да, и надо думать, как защитить поселок, – устало кивнул Венцариот.

– Ну, – подумав, ответил Ветроис, – сначала нужно устроить засаду на эту бабу.

– Как ты хочешь это устроить? – Венцариот с надеждой посмотрел на сурового, хитро улыбающегося командира дружины.

– Предложим ей приманку и устроим засаду поблизости. Если она крутится у ворот, это идеальное место для засады. Один воин у ворот будет стоять, а мы в сторожке обложимся амулетами и схватим ее. И еще, княже, надо бы сообщить князю Артаму о том, что здесь происходит. Может, помощь какую пришлет.

– Не пришлет, – отмахнулся Венцариот, – дружины ждут горцев, чтобы их встретить у болот. А царь Артем будет бить людей моря на реке. Уже все обговорено.

– Вот это я понимаю, – оживился Ветроис. Услышав добрую весть, он воспрянул духом и выпрямил спину, сел, положив руку на кинжал, подбоченился и другой рукой погладил небольшую седоватую бороду. – Ширдов возьму, – сообщил он, – и шамана молодого. Пусть покамлает.

– Иди и все хорошо продумай, – отпустил воина Венцариот.

* * *

Артем наградил Красотку своим вниманием, но недолго. Прикинув время, он приказал:

– Одевайся и дуй за Степой.

– А чего одеваться, я и так могу дунуть, – ответила она и, надув щеки, дунула. Артем, не понимая ее действий, смотрел на гоблинку с недоумением. Она вновь надула губы, дунула и произнесла: – Не идет, старший, накажи его ремнем.

Но следом она и ее одежда полетели на пол. Крик Артема:

– Срочно сюда Степу! – словно катапульта выкинул ее из комнаты.

Артем машинально вложил в слова гнев взрослого дракона, и этого было достаточно чтобы Красотка начала действовать. Она подхватила с пола вещи и, сверкая голым задом, опрометью бросилась вон из комнаты. Не останавливаясь, не открывая двери, – поравнялась с ней и исчезала, словно испарилась. Артем сел и, осознавая, что земные слова и