АД: Агент Джокер - Василий Головачёв

нож, не камень и не пуля – автомат, брошенный Дмитрием. «Калаш» попал в голову поднимавшегося снизу мужчины в обычном гражданском костюме, и тот сверзился по ступенькам второго пролёта на этаж ниже.

– За мной!

Оставив потерявших сознание чоповцев и мужчину в жёлтом костюме на лестнице, десантники метнулись в подвал. И сразу же наткнулись на троицу парней мощного телосложения. Это были надзиратели, охранявшие подвал и всё оборудование «штаба». Шум от стычки бойцов с ними парни услышали, однако встретить лазутчиков не ожидали, что позволило группе в мгновение ока обезвредить троицу. Каждому досталось по одному противнику, вооружённому карабинами «Сайга», их не щадили при атаке, ломая руки и челюсти, и здоровые битюги растянулись на плиточном полу, не успев толком сообразить, что произошло.

Метнулись по подвалу, на ходу сбрасывая обувь: чужие ботинки натирали пальцы и мешали двигаться бесшумно, – обнаружили четыре двери, ведущие в помещения подвала. Три из них были открыты, показывая внутренности чуланов, забитые оборудованием и съестными припасами, четвёртая оказалась запертой изнутри на ключ. У Пахома появилась надежда, что за ней прячут Анфису. Стучать в дверь и требовать открыть не было времени, и капитан жестом приказал выбить дощатую филенчатую дверь.

Дмитрий отошёл на метр, примерился и с разворота нанёс ногой удар по ручке с замком.

Хватило одного удара. Дверь с треском развалилась на куски, влетевшие в помещение. Пахнуло холодом, словно комната и в самом деле являлась огромным холодильником. Однако Анфисы в ней не оказалось, хотя ноздрей коснулся тонкий запах девушки, который Пахом моментально отличил бы от всех других.

На полках «холодильника» по всем трём стенам лежали серые тюки и свёртки матрасов и одеял. В углу крепился умывальник, под ним стояло пластиковое ведро. На единственном топчане спал человек в чёрном чоповском комбезе, не сразу отреагировавший на вторжение. Пахом сорвал с него одеяло, и мужчина заворочался, сел, что-то бубня. В рассеянном свете, падавшем в помещение из коридора, виднелось землистое лицо и грива волос.

Пахом ухватил его за шею, стиснул.

– Сиди тихо! Где девушка?!

Мычание в ответ.

Раздались хлёсткие пощёчины, голова мужчины откинулась назад, сверкнули заполненные изумлением и страхом глаза, он вскрикнул.

– Где девушка?! – повторил Пахом, сдерживая желание задушить охранника.

– За ней пришли…

– Кто?! Куда её повели?!

– Наверх… там дирекция…

В коридоре затопали ботинки двух человек, заговорили два голоса.

– Командир? – выдавил Юра.

Ударом ладони по виску Пахом отправил чоповца в беспамятство. Подобрались к двери, прислушиваясь к ругани и недоумённым крикам. Дмитрий вскинул вверх ствол автомата, спрашивая: стрелять можно? Капитан отрицательно мотнул головой. Положили автоматы, взялись за ножи.

Кто-то заглянул в проём выбитой двери.

– Гон! – скомандовал Пахом, прыгая в проём.

Удар ногами в грудь отбросил вякнувшего рослого мужчину в той же ставшей ненавистной чёрной униформе к противоположной стенке коридора. Выронив карабин, он сполз на пол.

Всего в коридоре находилось двое чоповцев, третий спускался по лестнице, прыгая через три ступеньки зараз. Дмитрий схватился с напарником сбитого Пахомом парня, не давая ему возможности выстрелить. Бурносов метнул нож, попадая третьему боевику в плечо. Тот выронил оружие, с криком скатился на пол подвала. Юра прыгнул к нему, добил. Стало тихо.

Пахом присел над телом чоповца, пошлёпал его по щекам.

Глаза мужчины открылись. Он был грузен, широк, с глыбистым лицом, состоящим из бугров и рытвин, заканчивающимся к мощной шее квадратной челюстью вдвое шире подбородка Пахома. На вид ему можно было дать лет пятьдесят. Он открыл мутные глаза.

– Имя, фамилия?! – потребовал Пахом.

Массивная голова здоровяка качнулась, но он промолчал.

– Командир. – Юра ткнул пальцем в шеврон на предплечье чопоца. Под эмблемой ЧОП виднелись вышитые красной нитью инициалы и фамилия владельца: «Мартюнюк Э.И».

Сердце черкнуло лезвие ненависти.

– Вот это встреча! – произнёс Пахом с присвистом. Начальник култукского ЧОПа!

Гигант отлип от стены, шаря по полу длинной мослатой рукой. Капитан толкнул его обратно к стене.

– Сидеть! Где девушка?!

Губы Мартынюка разъехались оладьями, обнажив невероятно белые зубы.

– А ты журналист, которого приказано ликвиднуть?

Пахом ударил его в кадык особым образом, сплющивая его и вгоняя в шею.

Гигант с шумом выдохнул, хватаясь руками за шею. Боль была адская, но кричать он не мог, только давился слюной и хрипел.

– Мне известно, что ты со своими бандитами захватил журналистку из Москвы и приволок сюда. Поэтому жалеть не буду! Где она?!

Мартынюк перестал хрипеть, сглатывая, поднял голову к потолку.

– Там.

– В дирекции?

Начальник ЧОПа криво усмехнулся.

– Там все удобства…

Пахом замер.

– Какие удобства?! – Вопрос сорвался с губ сам собой, хотя капитан уже знал ответ.

– С ней шефы… забавляются… – Мартынюк издал слабый смешок.

Пахом вскочил, ловя себя на мысли нырнуть в хронодайвинг, но в последний миг успел остановить переход. Возврат сознания на две и даже на десять минут ничего бы не дал. Похитители «забавлялись» с Анфисой гораздо больше времени.

Он снова сел на корточки.

– Они… её…

– Свечку не держал, – с прежней ухмылкой бросил Мартынюк.

На этот раз Пахом не сдержался.

Треск, вскрик, голова главного чоповца Култука откинулась, ударившись о стену, он вытаращил глаза и расслабился мёртвый. Удар сломал ему гортань.

– Командир…

Пахом вскочил.

– Наверх!

– Формат?

– Убить… всех! – проговорил Пахом сдавленным голосом.

Глава 29

– Вас! – Савельев протянул Михайлову клипсу смартфона с антенной спутниковой связи.

Дмитрий Владимирович озабоченно посмотрел на него, вспомнил, что лейтенант поддерживает связь с командиром группы на борту вертолёта, и нацепил клипсу на мочку уха.

– Товарищ полковник, – раздался в ухе голос капитана Мирнева, командира спецгруппы. – Долго ещё нам висеть на нерве?

Михайлов хотел отрезать: сколько потребуется, столько и будете сидеть! – но не дал себе воли.

– Минуту, капитан. – Связался с дежурным ВКС по области, помогавшему Следкому проводить мероприятия с Джокером. – Сто первый, что нового?

– Ваши ребята феноменальны! – доложил дежурный. – Высадились, зашли в один из бараков, нейтрализовали охранников острова и теперь находятся внутри главного здания, в котором обитает начальство станции и куда съехались все три группы.

– Не звонили?

– Никак нет.

– Следите в три глаза и в три уха!

– Слушаюсь!

Михайлов переключил смартфон.

– Капитан, счёт пошёл на минуты. Жди сигнала на вылет!

– Есть! – обрадовался Мирнев.

Марченко, прислушивающийся к разговору Михайлова, наклонился к нему через спинку. В машине, на которой приехали полковники, он сидел на заднем сиденье рядом со своим оперативником, в то время как помощник Дмитрия Владимировича прогуливался по ветреному причалу с прижатой к уху трубкой мобильного.

Дождь кончился, тучи над озером начали расходиться.

– Что тебе передали?

– Ждём, – односложно ответил Михайлов.

– У меня плохое предчувствие, – с каким-то отстранённым