Клуб мертвых - Шарлин Харрис

– Ты кажешься чем-то недовольным, – сказала я напряженным голосом. Мой собственный характер давал о себе знать. Я понимала, что двигаюсь не в том направлении. Я понимала, что должна была смириться с тишиной, пусть нервной и напряженной.

Эрик съехал с шоссе и повел машину на юг.

Иногда вместо того, чтобы идти по незнакомому пути, мы просто возвращаемся к нахоженной тропке.

– В том, чтобы попытаться спасти вас обоих, было что-то плохое? – Теперь мы ехали через Бон-Темпс. После того как дома, расположенные на главной улице, исчезли из виду, Эрик повернул на восток. Мы проехали бар Сэма, по-прежнему открытый. Мы повернули на юг еще раз, съехали на проселочную дорогу и вскоре оказались на моей подъездной дорожке.

Эрик наклонился и заглушил двигатель.

– Да, – сказал он. – В этом есть кое-что плохое. И какого черта ты до сих пор не подновила подъездную дорожку?

Нить напряжения, натянувшаяся между нами, лопнула. Я выскочила из машины за секунду – как и он. Мы смотрели друг на друга над крышей «Линкольна», хотя меня, наверное, толком не было видно. Я обошла машину и остановилась прямо перед ним.

– Потому что не могу себе этого позволить, вот почему! У меня нет денег! А вы все время требуете, чтобы я отказывалась от работы и занималась вашими делами! Я не могу! Я так больше не могу! – закричала я. – С меня хватит!

Долгую минуту – между нами снова повисла тишина – Эрик рассматривал меня. Моя грудь тяжело вздымалась под украденной курткой. Что-то казалось мне странным, что-то во внешнем облике моего дома, но я была слишком вымотана, чтобы думать об этом.

– Билл… – осторожно начал Эрик, и я взорвалась.

– Он тратит все свои деньги на гребаных Бельфлеров, – сказала я тихим и злым голосом. Но я говорила правду. – Он ни разу не подумал о том, чтобы дать мне денег. И кем бы я была, если бы взяла их? Содержанкой? Я не его потаскуха, я его… я была его девушкой.

Я сделала глубокий дрожащий вдох, с ужасом осознавая, что вот-вот расплачусь. Лучше бы я снова разозлилась. Я попыталась.

– О чем ты думал, когда сказал, что я твоя возлюбленная? Откуда ты это взял?

– Что случилось с деньгами, которые ты заработала в Далласе? – спросил Эрик, совершенно меня ошарашив.

– Заплатила налог на собственность.

– Тебе приходило в голову, что, если бы ты рассказала мне о программе Билла, я бы дал тебе все, чего бы ты пожелала? Ты понимаешь, что и Рассел щедро заплатил бы тебе?

Я задержала дыхание, даже не зная, с чего начать.

– Вижу, что ты об этом не думала.

– Да я просто ангел. – На самом деле эти мысли не приходили мне в голову, и теперь мне приходилось за это оправдываться.

Я дрожала от злости. От здравого смысла не осталось ни следа. Я почувствовала присутствие другого разума, и то, что кто-то прятался в моем доме, злило меня только сильнее. Ярость начисто смяла рациональную часть моего разума.

– Кто-то ждет в моем доме, Эрик. – Я развернулась и взбежала на крыльцо. Ключ лежал там, где я его спрятала: под любимой качалкой бабушки. Я наплевала на все, что мой разум пытался до меня донести. Я наплевала на крики Эрика за моей спиной. Я открыла дверь, и на меня как будто обрушилась тонна кирпичей.

Глава 14

– Она у нас, – сказал голос, которого я не знала. Меня рывком поставили на ноги, и я покачнулась между двумя мужчинами, которые тут же зажали меня с двух сторон, крепко удерживая.

– Что насчет вампира?

– Я дважды в него выстрелил, но он рванул в лес. Ушел.

– Плохие новости. Надо поторопиться.

Я чувствовала, что в комнате со мной несколько мужчин. Я открыла глаза. Они включили свет. Они были в моем доме. Они были в моем доме. Лучше бы меня ударили по лицу. Почему-то я думала, что моими гостями будут Сэм, Арлин или Джейсон.

В моей гостиной было пятеро незнакомцев, если, конечно, моей способности ясно мыслить еще хватало для таких подсчетов. Но прежде чем я задумалась о чем-то еще, один из мужчин – теперь я заметила, что на нем был знакомый кожаный жилет, – ударил меня в живот.

Я задохнулась, не сумев даже закричать.

Те двое, что держали меня, заставили меня выпрямиться.

– Где он?

– Кто? – В этот момент я действительно не могла вспомнить, кого из пропавших он мог разыскивать. Но, конечно, он ударил меня снова. Последовала ужасная минута, когда мне хотелось захлебнуться, но воздуха не хватало даже на это. Я задыхалась.

Наконец мне удалось вдохнуть – шумно, болезненно и с наслаждением.

Оборотень, который меня допрашивал – светловолосый, остриженный почти «под ноль», но с козлиной бородкой, – ударил меня по лицу. Сильно. Раскрытой ладонью. Меня повело, как машину с поврежденным амортизатором.

– Где вампир, сучка? – сказал оборотень. Он снова замахнулся.

Я больше не могла этого выносить. Я решила ускорить события. Я вскинула ноги и, пока двое парней крепко держали меня за руки, со всей силы пнула того, что стоял передо мной. Если бы на мне было что-то, кроме домашних тапочек, удар был бы эффективнее. Вот так всегда: когда надо, шпильки где-то в другом месте. Но Козлиная Бородка отступил на шаг и, когда он снова направился ко мне, в глазах у него я увидела свою смерть.

Когда мои ноги снова опустились на пол, я резко отклонилась назад, заставляя двоих захватчиков потерять равновесие. Они пошатнулись, попытались выпрямиться, но запутались в ногах, и мы все – вместе с Бородкой – упали на пол.

Сомнительный успех, но все лучше, чем ожидать удара.

Я упала на лицо, поскольку все еще не контролировала руки. В падении один из парней отпустил меня, и тогда я воспользовалась шансом и, оперевшись на освободившуюся руку, оттолкнула второго.

Я почти встала на ноги, когда оборотень – он оказался быстрее, чем человек, – ухватил меня за волосы. Он ударил меня по лицу и намотал мои волосы на руку, чтобы было удобнее. Его наемники подскочили к нам: то ли для того, чтобы помочь товарищам подняться, то ли просто чтобы посмотреть.

Настоящая драка на этом кончилась – люди все-таки устают достаточно быстро. У меня был очень долгий день, и на самом деле я готова была сдаться превосходящему противнику. Но у меня осталась кое-какая гордость, и я набросилась на ближайшего человека, пузатого хряка с грязными темными волосами. Я вцепилась ногтями