Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход - Эльхан Аскеров

В итоге к покосу они сумели собрать десять пар. Кинжал и шашка. Именно в таком виде они на семейном совете решили продавать своё оружие. Придумали и клеймо. Бегущий по степи волк. Ведь фамилия Лютый была производной от старинного названия этого зверя. Легенда про предка-характерника в семье чтилась и теперь стала визитной карточкой кузнечной династии. Само собой, покупалось такое оружие и местными казаками, но основной упор делался на ярмарку.

Они с отцом головы сломали, пытаясь вывести цену на подобное оружие таким образом, чтобы и внакладе не остаться, и со станичников последнюю рубаху не снять. Устав от бесконечных споров, Матвей предложил отдавать оружие в рассрочку. Для казаков такой способ оплаты был проще всего. И по карману не сильно бьёт, и доброе оружие уже в руках. Ведь основной денежный приход казаки получали, только продавая зерно, скотину и производные от подобного хозяйства. И происходило это в основном осенью или весной, когда избавлялись от излишков муки или круп.

Способов безопасного хранения в этом времени ещё не придумали, так что в подобных продуктах от долгого хранения запросто мог завестись жучок или мучные черви. Да и просто плесень от сырости была не редкостью. Сам Матвей, отлично помня, как бабка неделями занималась всяким закатками и закрутками, только зубами скрипел, понимая, что здесь нет и половины того, что требуется для подобной переработки продуктов.

На уборку хлеба и сенокос они с отцом снова отправились вдвоём. Благо мужики они были здоровые, крепкие и применять различные способы механизации не стеснялись. Но в этом году Матвею уже не пришлось никому помогать. Ульяна приняла предложение вдовца Харитона и теперь снова считалась мужней женой. Самого Матвея эта новость не особо волновала. Для себя он решение женщины давно уже принял, переварил и теперь предпочитал жить будущим.

Да, привычка к регулярным отношениям требовала выхода, но парень ещё в прошлой жизни научился подавлять подобные инстинкты, так что особо не страдал. К тому же после сдачи экзамена многие родители подрастающих дочерей окидывали его внимательными, оценивающими взглядами. Но Матвей отлично понимал, что их матримониальные планы не имеют ничего общего с мнением их девчонок.

То и дело в церкви девушки, встретившись с ним взглядом, быстро отводили глаза, стараясь не смотреть на шрам, украшавший лицо. Заметил эту реакцию и Григорий, но поднимать тему в разговоре с сыном не стал. За что Матвей был ему очень благодарен. Уйдя с головой в работу, парень старательно делал всё, чтобы вывести семью из крепких середняков на более высокую ступень.

Закончив с оружием на продажу, парень решил немного подразнить гусей и занялся изготовлением своей собственной брички для выезда в церковь. Хорошие кони у них были, так что осталось сделать толковый транспорт. Но начать он решил с подшипников. Сделанные ранее давно ушли на сборку дрог для соседей. Казаки оценили лёгкость хода и манёвренность придуманного им выезда, так что рама с колёсами была ещё одной статьёй дохода кузнецов.

Мудрить парень не стал и раму изготовил по тому же принципу, что делал на дрогах. Дубовые бруски на оси и поворотный механизм на шкворнях. А вот с кузовом пришлось повозиться. Его Матвей решил сделать по своим чертежам и с учётом местной специфики. То есть верх должен был быть откидным, а облучок не очень высоким, чтобы не перекрывать седокам обзор вперёд. Кузнец, едва услышав, что он задумал, только недоумённо руками развёл, задав один-единственный вопрос:

– Зачем?

– А с собой на ярмарку возьмём. Глядишь, и продадим, – пожал плечами Матвей, продолжая натирать толстую бычью кожу воском.

– Труда тебе своего не жалко, – проворчал кузнец, с сомнением оглядывая получившуюся конструкцию.

– Надо будет, я ещё лучше сделаю. Сам же знаешь, бать, когда что-то новое делаешь, всегда смотришь, что после изменить и получше сделать можно.

– Это верно, – задумчиво протянул мастер. – Богатый выезд получится. Как бы завидовать не начали.

– Кто? Соседи? – не понял Матвей. – А им-то что до того? Сам придумал, сам сделал, сам и катаюсь. А до других мне и дела нет. Вот на ярмарку на ней поедем, там и посмотрим, как купцы на неё дивиться будут.

– Думаешь, купят? – усомнился Григорий.

– Купят, бать. Им иной раз богатый выезд позарез нужен бывает. Сам знаешь, пыль в глаза пустить у них первое дело, – рассмеялся парень.

– Тоже верно, – усмехнулся кузнец в ответ. – Добре. Доделывай, а там как бог даст, – махнул он рукой, вспомнив, что практически все задумки парня обычно приносили доход.

* * *

Работа с опытовым образцом самовзводного пистолета шла медленно, но верно. Больше всего Матвея волновал вопрос боеприпасов. Как выяснилось, во всяком случае, никто в станице ничего подобного не слышал, гильзы с проточкой в стране никто не делал. А даты изготовления подобного боеприпаса за границей парень просто не помнил. Так что пришлось снова идти к отцу и озадачивать его очередной задумкой.

Удивлённо разглядывая чертежи сына, Григорий только задумчиво хмыкал и в затылке почёсывал. Появилась и ещё одна беда. Как оказалось, страна ещё не полностью перешла на бездымный порох. Да, в армии его уже вовсю применяли, а вот вооружённым подразделениям на самообеспечении, каким и являлось казачество, этот вопрос нужно было решать самостоятельно. Именно поэтому казаки хоть и одобряли трёхлинейные карабины, покупать их не торопились. Боеприпас больно дорого вставал.

Доходило до натурального анекдота. Тот же чёрный порох казаки умудрялись выделывать сами. Иногда на нескольких подворьях сразу. Впрочем, ничего особо сложного там и не было. Уголь, селитра и сера. Ямчугу, как тут называли селитру, добывали в компостных ямах. Серу покупали на ярмарках, а уголь выжигали сами. Катая на ладони крупицы этого кошмара милитариста, Матвей старательно вспоминал, из чего начинали делать первый бездымный порох.

Насколько он помнил, там тоже не было ничего сложного. Кислота, хлопок и спирт. Но чего с чем и каких пропорциях смешивать, он даже под угрозой смерти бы не ответил. Оставалась одна надежда – поездка на ярмарку. Там же можно будет приобрести и капсюли для пистолетных патронов. Придя к такому выводу, парень решил заняться самим пистолетом. Отлить корпус было не сложно. Обрезок винтовочного ствола, проточенный на токарном станке, тоже был готов.

Оставалось собрать всё это в кучу и убедиться, что вся механика работает без перекосов и заеданий. Благо времени довести всё вручную у парня было достаточно. Матвей изначально хотел сделать магазин под двойную укладку патронов, так что рукоять изначально делал шире, чем помнил в знакомом до боли ПМе. После