Война песка - Дмитрий Львович Казаков

— А что там? — спросил Фернандо.

— Объект для ликвидации, обнаруженный с помощью спутниковой разведки, — отчеканил Цзянь. — Умные головы определили ему время активации завтра на рассвете. Запустится эта штука — все, нам придется бросить «Инферно», оставить полигон, а может и всю планету.

Взводный не сочинял, похоже ему действительно сообщили такую информацию. Учитывая, насколько быстро эволюционировали дрищи, как стремительно овладевали технологиями… я готов был поверить, что они изобрели атомную бомбу или чего-нибудь похуже.

Пришла мысль посмотреть на Цзяня так же, как я смотрел на своих противников в драке. Но вновь, как и с ведьмами, у меня ничего не получилось, нужный режим просто не включился.

Где-то была к нему кнопка, но нажималась она пока только сама, в экстремальных обстоятельствах.

— Выполнить эту задачу мы можем только вместе, действуя как единое целое, — продолжал разоряться взводный. — Не боясь, что тебе выстрелят в спину или ткнут ножом.

Он ухватил Хулио за затылок, подтащил к себе вплотную и рявкнул:

— Тебе все понятно, шлюхино отродье⁈

— Да, босс… — прохрипел мексиканец. — Так точно.

— Ну вот и отлично, — Цзянь отпустил его и отряхнул ладони. — Разошлись по местам. Выступаем через полчаса.

На словах наш командир сумел всех убедить, но вряд ли кто вспомнит его речи в бою. Обычная неразбериха, удобный момент… и вот уже мне прилетает пуля или тот же нож втыкается в бедро.

И только от меня зависит, выживу я в этой суматохе или нет.

Глава 20

Но перед самым выходом Цзянь еще раз подошел к нам, а точнее к ведьмам, и спросил:

— Вы же можете замаскировать нас? Так же как внизу? Под кого-нибудь другого?

— Ну чисто теоретически да, — ответила Лана. — Но два часа напряженного труда ради иллюзии, которая развеется через десять минут… стоит ли оно того, как ты думаешь?

— Там, в подземелье, восприятие чужаков было ограничено в пространстве, сжато стенами пещеры, — добавила Гита. — Здесь же, под открытым небом, его не получится фокусировать так плотно. Да и времени у нас не будет.

Я не мог сказать, что понял объяснение, а вот Цзяня оно вполне устроило.

— Ладно, так справимся, — буркнул он.

Батареек для экранов нам не прислали, скинули новых экранов, но всего десять штук. То ли они закончились на складе у Левона, то ли просто во время загрузки кто-то где-то накосячил.

В любой армии мира, хоть в государственной, хоть в частной, косяк — норма жизни.

Мы пустились в путь, и я с ведьмами оказался в центре боевого построения, вместе с пятеркой потенциальных зомби. Через полчаса блуждания по лабиринту ущелий мы наткнулись на группу аборигенов, но сумели вовремя затаиться, и те пронеслись мимо, не обратив на нас внимания.

Затем начались спуски и подъемы, и тут мускулы ног вспомнили, что мы уже пять дней беспрерывно шагаем.

Был один эпизод в Африке, когда весь наш транспорт уничтожили и пришлось выходить на базу пешком. Тогда это развлечение продолжалось неделю, но каждую ночь мы останавливались и полноценно отдыхали, и жажды с голодом не испытывали.

Второй раз с аборигенами мы столкнулись, когда увидели впереди пустыню. Распахнулось море из дюн, уходящее до самого горизонта, и нам осталось только к нему спуститься по каменистой осыпи, каких-то двести метров.

Но тут справа, из-за гряды приземистых скал донесся выстрел, и мы дружно попадали наземь. Только ушибив локти, я осознал, что уже некоторое время слышу шелест песка и воспринимаю чужое присутствие… но не обращаю на все это внимания, поскольку привык к таким вещам.

Выстрел оказался точным, один из бойцов второго отделения скрипел зубами и держался за простреленное плечо.

— Пятый зуб Будды! Отомстим! — подал голос Джи. — Разнесем этих тварей в щепки!

— Некогда, — отрезал Цзянь, а затем посмотрел на нас. — Серов, разберитесь с ними. Потом догоните. След в пустыне даже ты не потеряешь.

— Есть, — ответил я.

— Остальные — двигаем дальше, — и взводный со змеиной ловкостью пополз вперед и вниз, буквально заструился по камням.

Снова грохнул выстрел, за ним второй, но пули свистели выше.

— И что, нам тоже ползти? — недовольно поинтересовалась Лана. — Я не согласна! Маникюр попорчу, штаны изорву!

— Лучше подождем чуть, — Гита посмотрела туда, где наши двигались по-пластунски. — Затем пойдем как нормальные люди.

Пока мы там лежали, я попытался разобраться в своих ощущениях, понять, сколько аборигенов прячется в скалах. Вышло, что четверо… или пятеро — двое постоянно сливались в единое целое, потом распадались, и я никак не мог понять, в чем дело, и списал это на нехватку умения и опыта.

— Ну что, пора, — Гита поднялась как ни в чем не бывало и принялась отряхивать колени.

— Самое время, — подтвердила Лана.

Не узнай я их неплохо за последние дни, решил бы, что барышни из подразделения М сошли с ума. Аборигены от такой наглости в первый момент тоже опешили, но затем начали стрелять как сумасшедшие.

Удивительно, но палили они куда угодно, только не в цель.

— Ты что там, уснул? — пробурчала Лана. — Надо идти, с ними «разобраться», как сказал твой узкоглазый командир. Или ты совсем оборзел и думаешь, что этим будем заниматься мы?

— Мы постоянно отвлекаем их внимание, сбиваем прицел, — Гита снизошла до объяснений. — Это можно делать и с такого расстояния… детская игра, если знать, как играть.

Я тоже поднялся, и мы внаглую, по прямой, в полный рост, двинулись к скалам.

Под ногами хрустели камни, сверху нависало вечернее небо, в лицо дул жаркий ветер пустыни. А я ощущал себя внутри изощренной виртуальной симуляции — моргни лишний раз, потряси головой, и окажешься дома, в каком-нибудь салоне для игроманов, где продают тотальное погружение.

По нам все так же стреляли, но пули пахали песок в стороне или уходили в вышину.

Все мои инстинкты вопили — залечь, переползти в сторону, потом вскочить и перебежку на три секунды, снова залечь и переползти, и все это под прикрытием дружественного огня… Но мы шагали, точно белое воинство в психической атаке из фильма про Чапаева, и в ус не дули.

Я ощущал, как бесятся аборигены, как удивление в их душах уступает место страху.

— Вот они, котики, — сказала Лана,