Из бездны к звездам - Сэм Альфсен

– Я тоже считаю, что не заслуживаю занимать место Сина. И ни один эрд после меня не будет достоин этого места. Ведь нельзя представить для народа Скидана эрда лучше, чем Син.

Вильна тут же отшатнулась, а затем, сделав несколько кругов по кабинету, упала на стул и закрыла лицо руками. Хоть она и не издавала ни звука, но ее плечи еле заметно дрожали.

Затем Вильна кое-как взяла себя в руки и махнула на Нуску рукой.

– Уходи. И не смей позорить звание эрда.

Нуска очень хотел пообещать, что не будет, но вовремя захлопнул рот. Чтобы Нуска и не опозорился? Ни в жизнь.

Остаток дня Нуска провел вместе с учителем. Они очень долго спорили, слугам даже пришлось принести вино и закуски, чтобы немного смягчить обстановку, но это не помогло. Два напившихся хаванца орали на весь дворец.

– Ты не можешь просто взять и спуститься в бездну! – кричал Минхэ.

– А вот и могу! – еще громче кричал Нуска в ответ.

– Ты не понимаешь, насколько это опасно?! Кроме риров, ни один сурии не возвращался оттуда живым!

– Значит, я буду первым!

– В этом месте не только опасная для жизни концентрация темной дэ, но и бездновы твари, и духи бездны! Думаешь, ты один такой смелый на всем континенте?! Думаешь, никто до тебя не спускался туда?!

– Да как будто у кого-то достаточно крепкий reh`z, чтобы туда спуститься!

По покоям Нуски уже летали книги, перья, чернила, а на этот раз пьяный Минхэ запустил в своего ученика бокал с вином. Белые одежды новоиспеченного эрда тут же окрасились красным.

Хаванцы молча застыли напротив друг друга. Учитель быстро сократил дистанцию, и Нуска уже зажмурился, ожидая удара, но… Минхэ сначала потер пятно на белых одеждах, затем вздохнул и начал расстегивать рубаху ученика, чтобы поскорее ее снять и очистить.

Все это время Минхэ не смотрел на Нуску. Когда испачканная одежда была поспешно отдана одному из слуг и учитель с учеником остались наедине, Минхэ тихо сказал:

– Я там был. Я был тем героем, который вынес тело возлюбленной из бездны.

Нуска тут же нахмурился. Отыскав в шкафу сонийский халат, он быстро оделся, а затем сел на кровать и опустошил еще один бокал.

– Тогда вы соврали мне, учитель. Вы ведь вернулись оттуда живым, не так ли?

Минхэ продолжал стоять у двери, не оборачиваясь к Нуске. Лишь усилив слух с помощью дэ, Нуска смог разобрать:

– Нет. В тот день, прямо на выходе из бездны, я умер. И моя возлюбленная поменялась со мной местами. Она поклялась в верности духам бездны, став их предводителем. Она навсегда осталась в бездне ради того, чтобы я выжил.

Нуска не мог в это поверить. Слишком многие детали не сходились. Чувствуя, что учителю нелегко об этом говорить, Нуска поднялся, наполнил свой бокал и подал его учителю. Со вздохом Минхэ осушил его, а затем продолжил:

– Ее звали Эрешкигаль. Впоследствии ей пришлось выйти замуж за другого духа бездны – Нергала.

– Но, учитель… – Нуска все-таки решился высказать свои сомнения: – Насколько мне известно, это произошло очень давно.

– Триста двадцать лет назад, – кивнул Минхэ.

– Но хаванцы… – растерянно начал Нуска.

Но учитель закончил за него:

– …не живут более ста пятидесяти лет?

Свечи в комнате уже догорали, стояла глубокая ночь. Минхэ так и не смотрел на своего ученика и выглядел на редкость уязвимо. Поэтому Нуска покладисто ждал, когда учитель сам закончит рассказ.

Собравшись с силами, Минхэ все же пояснил:

– С того дня, как я умер в бездне, а Эрешкигаль спасла меня, я перестал стареть. Большую часть своей жизни я прожил в горах, а иногда набирал учеников. Я избрал своей участью отрешение от всего мирского, стараясь загладить совершенные в молодости грехи. Если бы я смирился, если бы позволил ей спокойно умереть… она не была бы заключена в бездне. Невозможность состариться и умереть я считаю своим проклятьем. Мне суждено вечность существовать в этом мире и сожалеть. Поэтому, Нуска… я лишь хотел предостеречь тебя. Не все, что мы считаем правильным, на самом деле является таковым. Порой смирение – действительно самый лучший выбор.

Пока Нуска подбирал подходящие слова, Минхэ уже отошел от двери. Его лицо было абсолютно спокойно, пока он сортировал свои книги. Какие-то он забрал, а какие-то оставил ученику.

На секунду Минхэ застыл, разглядывая одну из книг, написанную на языке бездны. Он водил пальцами по клинописи на обложке, а вся его фигура излучала одиночество. Волосы, которые он всегда старательно собирал в высокий хвост, во время ссоры растрепались и рассыпались по плечам, а щеки его горели от выпитого. На секунду Минхэ поднял взгляд на своего ученика и спросил:

– Как думаешь, если бы я был сильнее, я бы смог спасти ее?

На что помрачневший Нуска сразу ответил:

– Я задаюсь точно таким же вопросом уже несколько месяцев, учитель.

Этой ночью Нуске тоже не удалось выспаться. Стоило ему смежить веки, как за окном забрезжил рассвет, а заодно послышались крики дворцовых слуг и солдат:

– Аккуратнее! Прошу вас, аккуратнее! Это же чистейшая сталь, покрытая серебром!

– Если она упадет, то не знаю, что пострадает больше: дворцовая площадь или сама статуя!

– Живее, живее! Еще немного!

Нуска нахмурился, потянулся, а затем бросил взгляд в окно, стараясь понять, что же происходит. Однако… одного взгляда было достаточно, чтобы разум Нуски помутился. Он не стал одеваться или собирать волосы, лишь сунул ноги в сапоги, а затем в одном халате с распущенными волосами спустился к дворцовой площади.

Несколько десятков сурии под командованием Вильны и Нарида устанавливали статую прямо напротив главного входа во дворец.

Невероятно искусный мастер выковал в огне пятиметровую статую эрда Сина. Черты лица были переданы идеально и сохраняли непревзойденное сходство. Казалось, что дух Сина в драконьих доспехах спустился с небосвода и обнажил свой меч, обвитый шипастым стеблем розы. В одной руке он держал меч, опустив его острием в землю, а в другой – вырванное из груди сердце. Он протягивал его, положив на открытую ладонь, своему народу, тем самым посвящая ему жизнь, как и следовало по Священным писаниям.

Вильна стояла мрачнее тучи, а Нарид продолжал направлять солдат, чтобы те как следует выровняли статую на постаменте.

Первое, что сделал Нуска, – это схватил Нарида за грудки и закричал:

– Кто посмел?!

От его крика солдаты