Калгари 88. Том 16 - Arladaar

что кто-то будет препятствовать ему. Партия однозначно хочет, чтобы и Людмила, и Марина представляли Советский Союз на всех уровнях зарубежного спорта. А сейчас что же получается, товарищ Шеховцов? Значит, я соврал нашим великолепным спортсменкам! А это очень нехорошо! Хорошо, что вы ко мне пришли и сказали об этой проблеме. Уверяю вас, она будет решена в самое ближайшее время. Тем более, время у нас ещё есть, времени до весны много, и я сумею воздействовать на Совет министров, чтобы получить положительное решение по этому вопросу. Какие-то ещё будут просьбы?

— Нет, просьб никаких, — быстро сказал Шеховцов, не веря в свою удачу. — Мы получаем от партии, от советского правительства полную поддержку, финансирование в полном объёме, нам ничего не надо, товарищ Ельцин.

Поговорив ещё немного, собеседники, довольные собой, разошлись. Ельцин остался в своём кабинете и, недолго думая, взял телефон правительственной связи с председателем Совета министров СССР Николаем Рыжковым. Предстоял серьёзный разговор. Нужно было, чтобы Рыжков подействовал на своего подчинённого.

Несмотря на то что Ельцин сказал Шеховцову о том, что дело это практически решённое, на самом деле это было не так. Ельцин хорошо помнил свой последний разговор с председателем Совета министров и о его недовольстве большими преференциями для Хмельницкой и Соколовской. И вот сейчас придётся опять наступать на эти же грабли и затевать абсолютно такой же разговор. Конечно, будь Ельцин генеральным секретарём, это не составило бы никакой проблемы. Но сейчас статус первого секретаря Московского горкома и кандидата в члены Политбюро ЦК КПСС, стоял намного ниже, чем статус предсовмина Рыжкова, второго человека в Советском Союзе, и здесь Борис Николаевич по-прежнему оставался в роли просителя…

Глава 25

Тренировочка

В автобусе, который ехал от ледовой арены Профсоюзов по направлению к общежитию физкультурного интерната, в этот раз было очень весело и шумно.

— Наш любимый Муравей, побеждай ты поскорей! — хором кричала группа поддержки и хлопала в ладоши. — Наш любимый Муравей, побеждай ты поскорей!

— Ребята! Может, хватит? — сказала Леночка, но её голос не возымел никакого воздействия.

Евгений Некрасов, как парень взрослый и ответственный, естественно, дистанциировался от этой компании, да и Стас с Максом и Сашкой тоже. Основной костяк кричальщиков составляли Анька, Анастасия, Анжелика, Жорик, Малькова и ещё несколько оболтусов из школы.

«Взрослые» девушки-фигуристки Арина, Марина и Татьяна с некоторой укоризной смотрели на расшалившуюся группу поддержки. У Арины была слабая надежда, что на Аньку с её командой прикрикнет и приструнит её водитель автобуса. Однако, похоже, водитель, уже привыкший к подобному поведению, только улыбался и подмигивал в салонное зеркало.

Вместе с ними в общежитие ехали и остальные девчонки и мальчишки, иногородние мастера спорта, которые участвовали в сегодняшних соревнованиях. Они тоже с большим удивлением и некоторой укоризной смотрели на весёлую компанию. Но выступить решился только Горинский.

— Может, хватит? — недовольно прикрикнул Артур, обернувшись назад, где тёплая компания расположилась в самом конце автобуса.

— А чё? — нагло спросила Анька. — Мы и тебе тоже будем кричать! Наш Артур чемпион, эй, противник, выйди вон! Классно же?

Артур, поняв, что связываться с сопливой компанией — себя не уважать, махнул рукой и уставился в окно. Сегодняшний день для принца льда тоже получился тяжёлым, как и для всех. Пришлось проторчать на ледовой арене практически весь день. А завтра опять тренировки и соревнования. Контрольные прокаты коротких программ у парней завтра стояли вслед за девчонками-мастерами спорта, с 8:00 до 9:00, и наверняка придётся ехать вместе с ними к 7 утра, ведь автобус не будет отдельно ездить каждый час туда-сюда…

… Когда приехали в общежитие, часы показывали 17:10, соревнования парников уже должны были скоро закончиться.

— Ты на полдник пойдёшь? — спросила Соколовская, когда вошли в комнату.

— Нет, — покачала головой Арина. — Устала от всего этого неимоверно. Скорее всего, пойду только на ужин. Короче, девчонки, разбудите меня в 19 часов. Я маленько отдохну сейчас…

Арина разделась и едва коснулась головой подушки, как крепко уснула. А ведь хотела просто немного полежать, потом пойти помыть руки, сполоснуть лицо. Ничего этого не получилось, такая навалилась усталость, и физическая, и моральная…

…Всё-таки от будущей маман была кое-какая польза. Оказалось, все фигуристки, и Соколовской, и Малинина, не говоря уже об арене, тоже решили, по-видимому, полежать пару минут. А где пара минут, там и час, и два, и три.

— Вы что, на ужин решили не идти? — Арину разбудил звонкий голос Аньки. — Чё ухо давите? Может, вас зубной пастой намазать?

— Я тебя сейчас намажу! — с трудом разлепив веки, пообещала Арина. — Сколько сейчас время? Муравьёва приехала?

— 19:10! — заявила Анька. — Юниоры ещё не приехали! У них собрание! Для них сегодня столовая будет работать до девяти часов.

Арина села в кровати и посмотрела на окружающую обстановку. В окнах темно, в комнате горит свет, который, по-видимому, зажгла Анька. Сама будущая мама стоит рядом с кроватью Арины. Малинина и Соколовская спят, отвернувшись к стенке, в двери видна толпа из группы поддержки. В первых рядах стоят Барышникова, Некрасова и Жорик, над ними возвышаются Стас, Сашка, Макс, ещё дальше Малькова и Женька Некрасов. Что называется, картина маслом.

— Ладно, мы сейчас подойдём, спасибо большое, что разбудила! — поблагодарила Арина и не спеша поднялась. Сразу же размяла застоявшиеся мышцы, несколько раз попрыгав и помахав руками. Потом принялась будить Малинину и Соколовскую. — Пора на ужин.

После ужина, когда поднимались по лестнице, услышали как где-то наверху играет гитара, по-видимому, опять собрались участники группы Чайф во главе с Шахриным.

— Пойдёмте посмотрим! — предложила Анька. — А ты, Люська, с ними будешь петь!

— Ну вот ещё! — отмахнулась Арина. — Ребята, вы поймите, завтра нам рано на тренировку, а потом нужно готовиться к короткой программе. Всё очень серьёзно! Сейчас у меня просто нет времени куда-то ходить и чем-то заниматься.

Анька насмешливо покачала головой и группа поддержки отправилась праздно шататься по общаге. Зря что ли из дома приехали, от родителей подальше…

Конечно, Арине хотелось сходить и посмотреть, что там играют, поют, послушать, возможно, пообщаться с кем-то. Однако она понимала, что для неё сейчас самое главное — восстановиться.

Мало хорошо выступить здесь, более серьёзный старт будет через неделю, во Франции, где опять скажется акклиматизация, нервы, усталость, неуверенность в себе. Для того