Калгари 88. Том 16 - Arladaar

чтобы успешно выступить во Франции, ей нужно как можно легче и без потерь провести именно вот этот старт, свердловский, который должен пройти без сучка, без задоринки и на полном контроле.

Немаловажным фактором такого поведения стало и то, что и Малинина, и Соколовская тоже следовали такому принципу и таким привычкам. Они не хотели никуда просто так ходить и делать что-то сверх того, что необходимо для проживания здесь и успешного выступления на соревновании. Сейчас они уже стали более взрослые, ответственные спортсменки, повидали уже немало, удивить чем-то было трудно, но самое главное, и у Марины, и у Татьяны была цель. Даже не на этот старт. Глобальная цель стать известной, авторитетной фигуристкой, обладательницей всех титулов и медалей. И сейчас, несмотря на свои 15 лет, они уже следовали к этой цели точно по курсу…

Вечером, немного поговорив и поделившись впечатлениями от прошедшего дня, сообща решили, что пора ложиться спать, и уже через полчаса в комнате раздалось дружное тихое сопение. Завтрашний день должен был расставить предварительные итоги на этот турнир…

…Пробуждение в воскресенье получилось более лёгким, чем в субботу. Сегодня акклиматизационная привычка просыпаться очень рано сыграла на пользу. Арина неожиданно, как будто разбуженная кем-то, открыла глаза и увидела перед собой темноту. Посмотрела на наручные часы: 6:10 утра. Времени до приезда тренеров совсем мало, но, с другой стороны, порадовало то, что, похоже, трудности акклиматизации ушли безвозвратно. Ура! Она проснулась вовремя!

— Вставайте! Время зовёт! — сказала Арина и поднялась с кровати. Зажгла свет и сразу же побежала в душевую приводить себя в порядок. Следом за ней, нисколько не задерживаясь, уже спешили моментом проснувшиеся девчонки. Но Арина всё равно к раковине подоспела первой!

— Блин, вот надо же так рано поставить тренировку! — недовольно сказала Арина, доставая из футляра зубную пасту и щётку.

В её времени тренировка была делом добровольным, хочешь — ходи, хочешь — не ходи. Конечно, старались ходить, но и если не придёшь, особо не ругали. А можно было и опоздать. Интересно, как обстоит с этим дело здесь и сейчас? Но надо признать, она бы и сама не решилась продинамить Владислава Сергеевича. Какая-то к нему чувствовалась предрасположенность, которая никогда не чувствовалась к Бронгаузу или Аделии Георгиевне. Там были отношения сугубо деловые: я вам плачу 30 процентов отката с призовых, вы меня тренируете и выводите в топ, на пьедестал. Здесь же… Она чувствовала, что должна никого не подвести. Вот и вся разница!

В 6:30, как и обещали, уже все стояли и сидели в вестибюле общежития: Арина, Марина, Таня, Артур с Егором, остальные девчонки и парни. Не было только юниоров. У них сегодня запланирован выходной день, полностью без прокатов, поэтому они должны были выспаться и приехать к началу прокатов коротких программ взрослыми, поболеть за своих более старших коллег.

— Автобус приехал! — крикнула Наталья Горбенко, выглянув в окно.

— Значит, надо идти, — философски заметила Арина и закинула на плечо маленькую спортивную сумку, с которой ходила на тренировки.

С собой она не стала брать ни колготки, ни платье для короткой программы, взяла только коньки, бутылку с водой и салфетницу. Всё равно опять возвращаться сюда завтракать, тогда можно и захватить всё остальное.

В автобусе уже сидели тренеры, которые жили в гостинице. Увидев воспитанников, хоть и сонных, но живых и здоровых, заметно обрадовались.

— Всем привет! Как здоровье, как самочувствие? — спросил Левковцев, увидевший Людмилу, Марину и Татьяну.

— Всё нормально! — ответила Арина за всех. — Только есть хочется.

— Это не проблема! — решительно заявил Левковцев. — Я уже предвидел это, поэтому вот вам небольшой утренний перекус. Угощайтесь. На голодный желудок нет никакого спорта.

Тренер достал из сумки несколько бутербродов с колбасой и протянул их своим ученикам, включая парней, Таньке Малининой и ещё нескольким фигуристкам, кому хватило. По-видимому, где-то купил вчера батон колбасы, булку хлеба и специально приготовил бутерброды, чтобы накормить воспитанников, зная что они на завтрак не успеют.

— Спасибо большое, мне так неловко, — смущённо сказала Арина и взяла бутерброд.

Потом Левковцев достал термос и по очереди налил всем по кружке тёплого чая, чтобы запили сухую еду.

— Больше ничего нет, увы, — заявил Владислав Сергеевич, тщательно следя, чтобы не пролить чай на куртку.

— Спасибо большое, — смущённо поблагодарили фигуристки, мигом сжевавшие бутерброды и сейчас запившие их тёплым сладким чаем.

— Владислав Сергеевич, ты что, решил у меня мою фигуристку переманить? — рассмеялся Ксенофонтов, сидевший у окна рядом с Левковцевым. — Ловко ты задумал, через прикорм это дело провернуть.

— Так ты не будешь кормить, от тебя все сами убегут, — отшутился Владислав Сергеевич.

Арина вдруг подумала, как же повезло ей с тренером. Разве кто-то из присутствующих здесь наставников задумался, что ученики сейчас, ранним утром, хотят есть? На голодный желудок какая отдача от тренировки?

Если бы здесь и сейчас присутствовала Анна Александровна в своем взрослом обличье, а не в таком сопливом, как сейчас, она наверняка доколупалась бы до любого тренера, почему дети на тренировку едут голодные, и могла поставить их в неловкое положение, однако только не Левковцева…

… Ледовый дворец Профсоюзов встретил тишиной и темнотой. Работало лишь внешнее освещение и внутреннее служебное освещение: тусклые светильники горели только в служебном коридоре. В общем вестибюле царил полумрак от двух светильников, а в раздевалке так и вовсе пришлось включать свет самим.

На ледовой арене тоже было темно, пусто и тихо, однако уже после того, как фигуристки переоделись и вышли из служебного коридора, здесь горел яркий соревновательный свет, за магнитофоном сидел звукорежиссёр, за микрофоном — информатор, рядом двое судей, которые пришли смотреть раннюю тренировку женщин-мастеров спорта. Парни-мастера спорта, у которых тренировка должна была состояться после женской, расположились на трибунах, по традиции поставив ноги на нижние спинки сидений.

Тренеры отдали кассеты звукорежиссёру, согласовали время и список вызова на прокат. Потом подозвали к себе всех 12 участниц соревнований. Ксенофонтов начал говорить.

— Девчонки, сейчас тренировка будет проходить по такому принципу: сначала полчаса общая ледовая подготовка. То есть, вы занимаетесь по утвержденному вашими тренерами плану. По прошествии двадцати пяти минут, после того как хорошо разомнётесь, вы уходите со льда и прямо как стоите в стартовых списках, так и начинаете катать свои короткие программы. Информатор будет называть ваше имя, вы выходите на лёд и катаете короткую программу полностью, под музыку, потом