Убить Хрущева! Книга 2 - Георгий Савицкий

Особенно порадовали Артема переименования улиц и площадей: так например, Крещатик начинался от площади Сталина — будущей Европейской площади! А площадь Незалежности носила имя «всесоюзного старосты», Председателя Президиума Верховного Совета СССР Михаила Калинина. Будущая улица Сагайдачного — носила имя Жданова, а Богдана Хмельницкого — улица Ленина. Но при этом был в Киеве и бульвар Тараса Шевченко, а Софийская площадь называлась, по мнению самого Артема, более правильно — площадь Богдана Хмельницкого, со знаменитым конным памятником украинскому гетману, автору Переяславской Рады и воссоединения Украины и России.

* * *

Как нетрудно догадаться, Артема привел в Киев готовящийся визит в столицу УССР Никиты Сергеевича Хрущева. В свое время — с 1944 года именно под его руководством этот величественный город и вся республика — одна из 16 союзных республик[1] активно восстанавливалась и росла. Хрущев любил приезжать в Киев. Помнится, он разъезжал по столице УССР на трофейном «Кадиллаке»-кабриолете, раздавал указания начальникам и встречался с жителями города. Даже после прямого приказа Сталина чиновникам в крупных городах отказаться от иномарок — Хрущев упрямо сохранял за собой такую привилегию.

Весть о скором визите Хрущева в столицу УССР пришла от Молотова. Ни у кого не оставалось сомнений, что «Освальд наоборот» решит воспользоваться такой возможностью убить Хрущева! Артем сразу же военным «спецбортом» вылетел в Киев. Двухмоторный «Дуглас» Ли-2 приземлился в аэропорту Борисполь, где посланника из Москвы уже ждал черный ЗИМ. Вместе с Артемом прилетели еще двое сотрудников Комиссии по партконтролю ЦК. Они выступали в роли связных и страховали его перед местными властями КГБ и милицией.

Гостиница «Москва» — будущая гостиница «Украина», в 1955 году только начала строиться по проекту восстановления Крещатика. Сейчас стройплощадка, которая находилась на месте взорванного гитлеровцами в 1941 году двенадцатиэтажного «Небоскреба Гинзбурга»,[2] была отмечена ажурной башней подъемного крана и другой техникой. Так что Артем поселился в небольшом отеле на Андреевском спуске — недалеко от Андреевской церкви. Интересно, что в 1955 году старинный храм XVIII века еще действовал, и в нем проводились богослужения.

Дни в Киеве Артем проводил, гуляя по центру столицы. Причем его интересовали не только парадные центральные улицы, но и проходные дворы, извилистые переулки и тупики. Как и в любом другом большом городе существовала его изнанка. Причем многие моменты знали только старожилы.

Артем прошел по Крещатику полностью — и причем несколько раз от поворота с улицы Ленина — будущей Богдана Хмельницкого, минуя площадь Калинина — будущую площадь Незалежности и до площади Сталина, она же — Европейская. Он отмечал окна домов, выходящие на улицу, переулки и «проходняки», приглядывался к стройплощадкам… Прикидывал, какую бы позицию для стрельбы занял сам.

* * *

С Дмитрием Шепиловым он встретился в одном из самых знаменитых ресторанов Киева 1950-х годов — в «Ривьере», неподалеку от паркового комплекса на Аскольдовой могиле. Открывшийся еще до войны — в 1935 году ресторан стал любимым местом отдыха киевлян. Особенно молодежи.

На просторной площадке на Парковой аллее — под открытым небом, по вечерам играл оркестр. Вид на Днепр дополнял замечательное настроение летнего вечера. «Вот бы приехать сюда с Ольгой, она бы оценила!..» — с легкой грустью подумал Артем.

Шепилов приехал один, без охраны. Его лицо не примелькалось на фото в газетах и уж тем более на экранах первых — черно-белых советских телевизоров. Он решил лично координировать перехват и поимку загадочного и фанатичного убийцы Хрущева.

— Здравствуйте, Артем Викторович! Заказали уже что-нибудь?

Особенностью ресторанов сталинской и послесталинской эпохи было широкое распространение мяса лесной дичи. «Ривьера» не стала исключением. Так что и Артем не стал делать исключений, тем более, что он действительно проголодался.

— Решил заказать кабанятину в ягодном соусе, цыплят табака в соусе ткемали и салат «Столичный». А ко всем этим блюдам — бутылочку «Горілки з перцем» — мы же с вами все-таки на Украине!.. Ну, как, Дмитрий Трофимович, одобряете?..

— Отличный выбор!

Некоторое время собеседники молчали, отдавая дань кухне. Горилка тоже оказалась выше всяких похвал: крепкой, как надо, и душистой. Она прекрасно оттеняла вкус жареного мяса дикого кабана в кислом ягодном соусе.

— А теперь о главном: как вы думаете, Артем Викторович, где состоится, э… покушение?

— Скорее всего, на площади Сталина: наш стрелок — психопатическая, истероидная личность. А такие люди придают особое значение символам. Застрелить Хрущева на площади Сталина — это, знаете ли!..

— Там вокруг — многоэтажки, он может засесть в одной из них. Будет трудно его вычислить, — анализировал Шепилов.

Он, как и сам Артем, по складу ума являлся скорее ученым. А потому для него важно было все проанализировать и тщательно взвесить.

— У меня всего двое сотрудников, Дмитрий Трофимович.

— Понимаю… У меня четверо, так что задействуем их всех. К тому же в наше распоряжение передали группу армейских снайперов. Командует ими не кто-либо, а сама Людмила Павличенко — Герой Советского Союза! Она лично уничтожила во время войны 309 фашистов.

— И 36 из них сами были снайперами, — кивнул Артем. — А еще она местная, родилась под Киевом — в Белой Церкви. Ну, ни хрена ж себе — каких вы людей к операции прикрытия Хрущева привлекли! Как вам это удалось, Дмитрий Трофимович?..

— Знаете такое выражение Артем Викторович: «Партия сказала — надо!»

Когда началась война, Людмиле Павличенко исполнилось всего 25 лет. Она пришла добровольцем — с удостоверением о прохождении стрелковых курсов. Но войну начала, как простой пехотинец, у нее поначалу даже винтовки своей не было. Оружие ей отдал раненый товарищ.

С августа по октябрь 1941 года Людмила Павличенко уничтожила 100 фашистов. За это ей вручили новую снайперскую самозарядную винтовку СВТ-40 с оптическим прицелом и гравировкой. Винтовку Мосина снайпер использовала, когда нужна была точность огня. СВТ-40 — в боях, где ключевой характеристикой являлась скорость и огневая мощь. Когда оборона Одессы завершилась, Людмилу Павличенко отправили защищать Севастополь.

Она была молода и хороша собой, но за привлекательной внешностью и мягкой улыбкой скрывался стальной характер и холодный фронтовой расчет. Старший сержант Павличенко не проиграла ни одной снайперской дуэли. Расстояние, освещение и поправка на ветер. Павличенко рассчитывала все с такой точностью, что у противника не оставалось шансов.

— Визит Никиты Сергеевича послезавтра?

— Да, послезавтра.

— Что ж, не будем терять времени.

Выстрелы на площади Сталина

Артем встретился с Людмилой Михайловной Павличенко.