Иной путь хищника - Анатолий

— Ну и где же я вас всех хоронить — то буду? — попытался он их смутить.

Но желаемого эффекта не достиг. Понимая, что с такой толпой справиться, никого не калеча и не убивая, будет сложно, он решил применить сто первый приём каратэ — то есть попросту свалить. Кай резко развернулся и рванул по тропе в сторону леса, перепрыгивая через коряги и обходя поваленные стволы. За спиной раздался топот и крики:

— Держи его! Не дай уйти!

Лесорубы неслись следом, не разбирая дороги, ломая ветки и выкрикивая угрозы. Кай петлял между деревьями, чувствуя, как в груди закипает адреналин, а тело просит выпустить зверя наружу. Но нельзя: иначе этот лес покроет свежий слой фарша. Так что — контроль, и только контроль.

Тропа вывела его к просеке, и тут Кай замер на долю секунды: впереди, за редким кустарником, виднелась ровная площадка, огороженная сетчатым забором. На ней стоял вертолёт — с канадскими опознавательными знаками. Рядом — будка охраны и два солдата в форме, которые насторожённо оглядывались на шум. Это была военная или лесоохранная вертолётная площадка. И это был его шанс.

Кай метнулся к забору, нашёл удобное деревце, от которого получилось легко и бесшумно оттолкнуться. Он проскользнул внутрь, из полёта ушёл в мягкий перекат, тут же, пригибаясь низко к траве, словно кошка, прокрался к вертолёту и прижался к борту, сливаясь с тенью. Сердце, несмотря на ситуацию, билось ровно, как и дыхание, — тело знало, как экономить силы. Этот забег для него вообще не был нагрузкой.

Снаружи толпа лесорубов выбежала на просеку и остановилась, тяжело дыша.

— Куда он делся?! — рявкнул рыжебородый. — Он не мог просто испариться!

— Может, в лес ушёл? — предположил один из мужиков, тыча пальцем в чащу.

— Нет, он где-то тут! — не сдавался чернявый. — Ищите!

Солдаты у будки заметили суету: один поднял рацию, другой положил руку на кобуру.

— Эй! — окликнул старший из солдат. — Что тут происходит? Кто шумит?

Лесорубы переглянулись. Напряжение повисло в воздухе — столкновение с военными им явно не улыбалось.

— Да так, пустяки… — пробормотал плюгавый, отступая на шаг. — Чужак какой-то шнырял. Думали, это он вчера драку затеял.

— Чужаков тут не любят, — сухо ответил солдат. — Если кто-то нарушает порядок — пусть идёт в участок. А не устраивает самосуд.

Толпа замерла, потом начала медленно отходить назад, бросая косые взгляды на забор и вертолёт. Никто не хотел связываться с армией.

— Ладно, ладно, мы пошли, — буркнул чернявый, пятясь. — Счастливо, парни.

Солдаты проводили их взглядами, потом один из них кивнул напарнику, и они вернулись в будку.

Кай ждал, прижавшись к металлу, пока шаги и голоса окончательно не стихли. Только тогда он позволил себе тихо выдохнуть.

«Как же чертовски вовремя тут оказалась эта вертолётная площадка… Хмм… Вертолёт? Жаль, но пилотировать я не умею. А что, если?..» — присмотревшись к вертолёту, он удивлённо присвистнул — про себя, разумеется. — «Да это же тот самый „Хьюи“… И вояки на горизонте… Ну вот вопрос: могут ли здесь быть какие-то другие вояки, или это всё-таки те, что относятся к нужной мне базе? Ну, спрашивать у них явно не вариант… Что мне остаётся? Остаётся только и дальше играть в ниндзя и постараться вместе с этим вертолётиком улететь. Тут как раз в районе крепёжного крюка есть место, где можно бы уцепиться. Если прокатит, то видно меня будет только снизу… Вот только кто меня будет видеть? Эх… Почему-то я уже верю, что вокруг меня сформировалась сюжетная броня, поэтому на этой птичке у меня сто процентов получится долететь куда мне надо».

Глава 23

Кай пролежал под вертолётом всю ночь — даже успел вздремнуть. Примерно в четыре утра он услышал шум двигателей. Он подобрался, затаился и прислушался: непонятно, кто и зачем приехал. Когда донёсся скрип открываемых ворот, стало ясно: скорее всего, кого‑то хрен понёс на ту самую базу, которая ему была нужна.

Светить личиком ему не улыбалось. Хорошо, что ещё стояла темнота. Оглядевшись, он выбрал ближайшую, самую тёмную тень и затаился в ней — и как раз вовремя: прибывшая делегация направилась прямиком к вертолёту. Пара человек тащила какие‑то ящики и грузила их в машину. Вместе с ними приехал и пилот — тот, похоже, не горел желанием ночевать возле вертолёта и, видимо, откисал где‑то в гостинице.

Когда ящики загрузили, пилот забрался в кабину, запустил и стал прогревать двигатели. Грузчики‑солдатики развернулись и укатили в неизвестные дали.

«А вот это хорошо, — подумал Кай. — Меньше глаз — меньше палева».

Выбрав подходящий момент, он подобрался к вертолёту и вцепился в погрузочный крюк. Попыхтев и попримириваясь, раскорячился, воткнул когти в кузов, напряг тело и замер. И, как оказалось, ещё не понимал, насколько путешествие будет «удобным».

Пока вертолёт стоял на земле, всё было ещё относительно удобненько. Но в воздухе машину бросало и вертело — вроде бы не сильно, но для того, кто в этот момент висел на кузове, ощущения были более чем ощутимыми.

— Ух ты, так вот что испытывала корова в «Особенностях национальной охоты»

Тут, пожалуй, стоило от всей души поблагодарить свою мутантскую природу. Мышцы не забивались и не уставали — точнее, усталость, наверное, всё‑таки появлялась, но регенерация тут же перекрывала все негативные эффекты. И стоит заметить: удобно не было ни капли. «Ну его нафиг так путешествовать», — мысленно выругался Кай.

При этом сам вертолёт давал неплохую тень, в которой легко было спрятаться. Вряд ли солдатики в тот момент пристально высматривали, не прицепился ли какой‑нибудь придурок к кузову. Сто пудов, он был тут один такой.

Долго ли, коротко ли они летели — Кай не считал. Уже начало рассветать, а рассмотреть пейзажи