Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

«…эти столичные бараны ничего не понимают, — вещал самодовольный голос. — Император ест с моих рук, словно ручная собачонка. Ещё несколько лет и их магические каналы окончательно забьются. Для нас подождать пару поколений не так уж и сложно. Вся эта знать — просто безмозглые марионетки. Я сотру память любому, кто посмеет пикнуть. Вся Империя принадлежит нам!»

Аристократы в ужасе распахнули глаза, слушая, как человек, которого они считали одним из значимых лидеров, называет их стадом. Когда запись закончилась, Император, чьё лицо превратилось в каменную маску, сделал тяжёлый шаг вперёд.

— Значит, ручная собачонка⁈ — его голос гремел под сводами зала, заставляя дрожать стёкла. — Ты решил, что можешь играть с короной, Диворский? Думал, что, скрывшись под другим именем, и давя на нас своим чёртовым гипнозом, сможешь выйти сухим из воды⁈ Ты годами травил моих подданных, превращал людей в кукол и воровал их магию! Ты посмел залезть в мой разум!

— Вы не имеете права! — закричал князь. — Моё имя Мироновский! У вас нет доказательств! Это подделка!

— Вы заигрались в бога, князь, — ровным голосом сказал я. — Слишком поверили в свою магию и в то, что простые люди — мусор под ногами. Но вы забыли одну деталь, — я кивнул на старый магнитофон. — Обычная магнитная плёнка. Ей плевать на вашу ментальную магию. Она не выгорает от заклинаний и просто пишет звук. Вы сами подписали себе приговор, когда болтали лишнее, а моя еда просто дала всем этим людям возможность снова думать своей головой. Физика победила.

Я спокойно обернулся к потрясённому залу. Сотни людей напряжённо ждали моих слов.

— А сейчас я расскажу вам, как всё было на самом деле!

* * *

За несколько дней до Бала.

Я приехал в лабораторию Елены сразу после странного визита Ярового в мой ресторан, чётко понимая, что нам нужно обсудить планы, ведь время играло против нас.

Толкнув железную дверь, я шагнул внутрь и тут же замер на пороге. На стуле возле захламлённого рабочего стола сидел граф, тот самый человек, который пытался уничтожить мой бизнес и угрожал моей семье. Мои пальцы сами собой сжались в кулаки, а тело напряглось.

— Какого чёрта он здесь делает? — я шагнул вперёд, готовясь вышвырнуть его за дверь.

Елена быстро вышла из-за нагромождения стеклянных колб, выглядя при этом совершенно измотанной. Она стянула защитные очки, положила их на стол и преградила мне путь, закрывая графа собой.

— Успокойся, Игорь, — мягко сказала женщина. — Я сама пригласила его сюда, он теперь на нашей стороне, так что просто выслушай его.

Я недоверчиво посмотрел на графа, ожидая очередного грязного подвоха. Но, как и при нашей встрече, Яровой не походил на того прошлого надменного аристократа, с которым у нас была холодная война относительно недавно. Он сидел ссутулившись, его дорогая одежда сильно помялась, а взгляд некогда грозного менталиста казался потухшим и пустым. Он выглядел как человек, который не спал неделю.

— Ты впустила в наше убежище цепного пса Диворского, — процедил я, не сводя с него тяжёлого взгляда.

— Я больше не служу ему, Белославов, — хрипло ответил граф, с трудом поднимая голову. — Твоя еда мне в этом, я же говорил. Твоя мать права, нам нужно многое обсудить, поэтому сядь и послушай.

Я неохотно опустился на табурет напротив него, а мать встала рядом, скрестив руки на груди. В лаборатории повисла напряжённая тишина, прерываемая лишь гулом аппаратуры. Я ждал, пока он соберётся с мыслями, понимая, что этот разговор изменит всё.

— Я пришёл рассказать правду о том, что случилось в Зареченске много лет назад, — начал Яровой, и его голос звучал глухо. — Правду о твоём отце и обо мне.

Я внутренне напрягся, ведь любые воспоминания об отце всегда отзывались во мне болью, даже не взирая, что речь шла о родителе прежнего Игоря.

— Я был влюблён в твою мать, — честно признался граф, и его лицо исказила гримаса давней боли. — Елена выбрала Ивана, простого повара из забегаловки. Я злился, завидовал ему чёрной завистью, но никогда не желал смерти. Когда Диворский начал свою охоту за Еленой, ситуация вышла из-под контроля.

Яровой тяжело вздохнул, потёр лицо дрожащими руками и продолжил свой рассказ, глядя куда-то в пол.

— В «Альянсе» был коррумпированный чиновник Сарен Татаян. Жадная и жестокая тварь. Он вычислил Ивана и приехал к нему, чтобы выбить информацию о местонахождении Елены, желая выслужиться перед руководством.

— Мой отец ничего не знал, — возразил я, чувствуя, как внутри закипает глухая злость. — Мать стёрла ему память ради его же безопасности.

— Татаян не поверил в это, — Яровой покачал головой. — Он обладал сильной магией, залез в голову Ивана и безжалостно ломал его сознание. Я узнал об этом слишком поздно и попытался вмешаться, попытался спасти бывшего соперника. Но Татаян задавил Ивана так сильно, что его сердце просто не выдержало. Инфаркт случился чуть позже, но прямой причиной стало именно его вмешательство. Твоего отца убила чужая магия.

Я молчал, переваривая услышанное, пока гнев боролся внутри меня с пониманием. Мой заклятый враг сидел прямо передо мной и говорил, что не убивал Ивана, он пытался его спасти. Отец был простым человеком, он готовил еду и любил свою семью, а эти маги просто растоптали его жизнь ради своих амбиций.

— Что было дальше? — спросила Елена надломленным голосом, прерывая мои мысли.

— Я понял, что Диворский не остановится, — ответил граф, снова посмотрев на неё. — Чтобы спасти вас, мне пришлось пойти на крайние меры. Я подставил Татаяна перед руководством «Альянса», сфабриковал доказательства его предательства, и чиновника быстро убрали свои же люди. Но Диворский оказался гораздо умнее и раскусил мою игру.

Яровой горько усмехнулся, вкладывая в эту кривую усмешку всё своё отчаяние.

— Князь не стал меня убивать, он сделал гораздо хуже. Он усилил давление на мой разум, сломал волю и превратил меня в послушную живую куклу. Я стал его лучшим псом, полностью забыв о своих мотивах, пока я не поужинал у тебя в кафе.

Его исповедь закончилась, и в лаборатории снова повисла плотная тишина. Я смотрел на графа и видел сломленного человека, который просто хотел искупить вину. Жгучая