"Фантастика 2026-85". Компиляция. Книги 1-14 - Stonegriffin

Рыжий – Келли. Стройная – Лира. Сутулый – Сергей. Я-звездолет смотрел на себя-человека со стороны. Сверху. Глазами коридорных камер. С холодным интересом наводя оптику на того, кто управляет мною. Мелкий. Суетливый. Говорливый. Самовлюбленный. Три особи, сбившись в кучку, робко, по-воровски совещались о головорезах Босса, которые, дескать, наступали им на пятки, и о том, как убежать от них… Разговор звучал как часть ритуала, бессмысленная процедура, которую они обязаны были исполнять снова и снова…

Странный сон схлынул, когда я открыл глаза. Потолок. Низкий. Давящий. Чужой. Тусклый тлеющий свет, болезненно-зеленый. Неровные шершавые стены… Коричневые.

И запах! Плотный, тяжелый, как влажная шерстяная попона, наброшенная на лицо. Запах древности, разлагающейся органики и чего-то чужеродного. Безжизненного.

Что это за место?..

В первые секунды я не мог вспомнить, где я.

А потом вспомнил. И пожалел о том, что проснулся. Закрыв глаза, попробовал уснуть снова. Хотя бы ненадолго нырнуть в ту теплую воду, где правдой было все и одновременно с этим – ничего. Только бы не быть здесь. Не здесь… Не здесь… Я не могу никуда убежать, кроме как в сон. Сон о тех временах, когда все было хорошо. Мне тогда казалось, что все плохо – нападение Босса, нападение Спецконтроля, – но сейчас я бы с удовольствием вернулся в любой из этих моментов, лишь бы не быть здесь. Тогда, как бы тяжело ни было, я мог что-то изменить. Теперь же не могу ровным счетом ничего. Я стал предметом. Принадлежащим чужому, злому существу. Врагу.

А еще тогда со мной был Гемелл…

Боль утраты ужалила душу с новой силой.

Гемелл погиб. Эти два слова сливались в одно чудовищное, неперевариваемое…

Гемеллпогиб.

И теперь его небытие стало частью моего бытия. Сердце сжала такая острая, такая жгучая боль, что я простонал вслух. Ну почему? Почему Бог позволил этому случиться? И будто в ответ из глубин сознания всплыли слова Гемелла, сказанные вчера: «Ты выбрал пожертвовать нами. Я принимаю твой выбор…» Так что это мой выбор перерубил нить его будущего, обратив его в прошлое, в достояние одной лишь моей памяти. Вместе с сыном. Такова оказалась цена, тяжелая и безмерная, за спасение Нади… и, быть может, Никифора, если повезет.

Что с ними?

Как там сейчас на «Отчаянном»? Смогли ли они спасти Варму, Оаэа и Никифора? Хотя бы кого-то из них? Смогли ли покинуть это проклятое место? Или шерсы активировали защитную систему станции и превратили звездолет в холодное облако частиц вместе со всеми, кто был внутри?

Образы вчерашнего боя с болезненной яркостью воскресали в памяти. Я мучительно перебирал каждую смерть из нашей команды, задаваясь вопросом: мог ли я это предотвратить? В большинстве случаев – нет. Кроме Уаиу. Новичок, который так рвался показать себя… Если бы кровь не забрызгала мой шлем, я бы успел перебросить его на «Отчаянный».

А смогли бы его там спасти?..

Зачем я вообще перебрасывал всех на наш звездолет? Дурак! Оаэа надо было переместить в город таэдов! Там бы ему оказали наиболее квалифицированную помощь. А Варму и Никифора – в медблок на базе! Я просто не сообразил. Чудовищный когнитивный провал, фатальная неспособность мыслить поливариантно в условиях стресса. А я еще при этой ограниченности имел наглость взять командование на себя! И может быть, тем самым лишил раненых шанса на спасение. Дурак… Самонадеянный дурак!

Открыв глаза, я сел и осмотрелся, чтобы отвлечься от тяжелых мыслей. Я узнал комнату. Уже видел такие раньше: на Белом Объекте, на аванпосте. Типичная конура для прислуги у Хозяев. В такой же ютился Гемелл, когда был не в стазисе.

Гемеллпогиб.

Бедный мой друг… Сколько раз я обижал тебя… Не ценил… Пренебрегал… Как же я без тебя теперь?

Несмотря на присутствие иного разума в своем сознании, я чувствовал себя одиноким. Впервые за много лет. Этот, которого в меня подселили вместо Гемелла, молчал. Презирает меня, что ли? Или выжидает? Ну и ладно. Я тоже не хочу с ним говорить.

Все здесь вызывало отвращение. Впрочем, дело было не в окружающей обстановке, а в самой ситуации плена.

В каморке находился каменный выступ на уровне моего пояса, с небольшим углублением. Здесь всегда была вода. В правом углу на полу располагалось второе углубление – для переработанной воды и прочих отходов организма.

Хотелось пить, и я зачерпнул воды ладонями. Мы уже проверяли ее на Белом Объекте. Дистиллированная Н2О без каких-либо примесей и микроорганизмов. Думаю, здесь она такая же. Безвредная, безвкусная, мертвая.

Я выпил.

Да, такая же. Просто позволяющая мне продолжать быть в этом аду еще какое-то время.

Но еды тут не было. Видимо, мы должны прибыть на орбиту планеты Муаорро в течение времени, которое человеческий организм способен обходиться без пищи.

Я посмотрел на ворох тряпок, служивших мне постелью. Прямоугольники грубой ткани цвета угасшей бирюзы, размером с большое полотенце. Ветхие, визуально чистые, но со странным неприятным запахом. Больше в каморке ничего не было, если не считать моего скафандра, запачканного кровью. Никаких иллюминаторов – проем только один, для входа, и он всегда открыт, двери нет. Чтобы даже мысли об уединении не возникло. Или это особая форма унижения? Мол, ты не настолько важен, чтобы тебя запирать…

Усевшись на груду тряпок, я достал из кармана планшет – последний артефакт моей прошлой, свободной жизни. Сразу же перевел его в энергосберегающий режим – запоздалая попытка экономии. Жаль, что не сделал этого раньше. Посмотрел время – прошло шестнадцать часов с начала «операции по спасению отца», которая в итоге привела к гибели двух человек, одного или двух таэдов и двух муаорро. И приведет еще ко множеству смертей, когда раса Хозяев возродится.

Так хотелось услышать голос Гемелла, пусть бы он и сказал, какой я глупый и самонадеянный и что зря не послушался его предупреждений…

Гемеллпогиб.

Открыв на планшете поисковик, я решил проверить имя, которое выбрала эта тварь. Элпидофторос. Пусть я пока не могу ничего изменить, но еще способен собирать информацию. Надо узнать как можно больше о нем. Что-то пригодится, рано или поздно.

Анализатор подсказал язык – греческий. Это на греческом. Нашлось сходное имя: Элпидофорос. «Приносящий надежду». Но буква «т» вклинилась и исказила, извратила, переиначила прекрасное имя. Одна буква, меняющая все.

«Элпидофторос» означало «убивающий надежду».

До меня вдруг дошло: эта тварь знала, что я захочу узнать значение имени. Знала, что попытаюсь собрать информацию о нем. И послала насмешку через древний человеческий язык. Дала знак, что все контролирует и мне не на