Возвращение - Марцин Подлевский

class="p">— Пакс! — к изумлению Эверетта, спикер Этерион использовал машинный язык. — Прошу вас! Пусть в этом зале будет мир в память о тех днях, когда испепеленное человечество поднялось с колен!

— Хорошо бы, — едва слышно пробормотал Картуа, — чтобы некоторые остались в таком положении.

— Все было предвосхищено.

Это прервало ропот и даже волнение спикера. Члены Совета посмотрели друг на друга и наконец перевели взгляд на Представительницу Жатвы, еле видную за голокартиной Выжженной Галактики. На секунду показалось, что ее глаза заслонили звезды, отображаемые кристаллом.

— Замечательно, — заметила Госпожа Алаис. — Единственное, чего здесь не хватает, — это Жатвы.

— Все было предвосхищено, — повторила Представительница. — Вот почему конфликты не имеют смысла. Не тогда, когда рождается новое будущее. Все, что нам остается, — это открыться этому рождению.

— Значит, мы должны поддаться застою, — нахмурилась Мистери, — во имя какого-то туманного пророчества?

— Жатву не интересуют дела Триумвирата, — сказала Представительница, ничуть не обескураженная ее словами. — Нас не интересуют устремления Контроля, Научного клана или желания секты, которая, подобно Элохимам, сбилась с пути в поисках смысла существования человечества. Жатва также не интересуется технологиями и Машинами, которые их представляют, — отметила она. — Это не наша цель. Однако мы поддержим действия и решения Согласия по ее приобретению и предоставим в ваше распоряжение таланты наших Прогнозистов. Это то, чего хотела бы Сила.

— А вы ничего не хотите? — поинтересовался Зен Картуа. Представительница смерила его спокойным взглядом черных глаз.

— Это правда, что Жатва чего-то желает. В конце концов, это не противоречит интересам Совета. Жатву интересуют силы Гатларка, упомянутые в отчете, а именно эсминец «Пламя» и его экипаж.

— «Пламя» было уничтожено, — отметил Стоун. — Корабль погиб под ударами крейсера «Джеханнам» во время боя у червоточины.

— Это правда. «Пламя» потерпело поражение, но не было полностью уничтожено. Его обломки вместе с частью выжившего экипажа достались Научному клану.

— Представительница Жатвы шутит, — проворчал Ирт Соде, секретарь клана. — Зачем клану старая развалина?

— Судьба Гатларка давно интересует Жатву, — сказала Представительница. — Как и его отдельные космические единицы. Поэтому нам хорошо известно, что «Пламя» перешло под контроль Клана. После инцидента в Прихожей Куртизанки на корабль отправилась стандартная спасательная команда. Однако она была отозвана и заменена силами Научного клана.

— Это просто смешно, — начал Соде, но Представительница поставила на стол небольшой голоэмиттерный куб и нажала кнопку. Карта Выжженной Галактики померкла, и над столом появились обломки «Пламени», вращающиеся в пространстве, и окружающие их корабли Клана. Сообщение не было сфабриковано: оно показывало потоковое изображение, проходящее внизу, — программный маркер, пропущенный через фильтр кастрированного ИИ.

— Жатва годами следила за каждым кораблем гатларцев. В том числе и за тем, что попал в сферу интересов Клана, — пояснила Представительница Жатвы. — Вот откуда мы знаем о вашей операции.

— Это служебная информация, — холодным голосом произнес Ирт Соде, холодно глядя на представительницу из-за своих прямоугольных очков. — Она зашифрована в соответствии с соглашением Клана с Согласием. Наша работа иногда требует осторожности, чтобы сохранить баланс сил Триумвирата.

— Если только дело не связано с машинным риском, — вмешался Гегемон Акихито Шова, к изумлению собравшихся. Его голос был слаб и, казалось, вот-вот сломается, но он говорил достаточно твердо, чтобы заставить секретаря Клана слегка вздрогнуть. — Сорэ ва кикендешита ка? Это был такой риск?

— Нет, — быстро ответил Ирт Соде. — Мы ничего об этом не знаем. Однако мы внимательно просмотрели записи сражений в Выгорании, и этот корабль не мог выжить. Он был на грани уничтожения, и вдруг… — Секретарь замешкался на долю секунды, — он откуда-то черпал энергию, несмотря на крайнее истощение ядра, — вздохнул. — Мы должны были проверить. Его тщательно обследовали и даже восстановили по старым, отремонтированным частям.

— Но ничего не нашли, — сказала представительница Жатвы. — Поэтому он не представляет для вас никакой ценности. Однако нам нужен этот корабль и его команда.

— С какой целью?

— Мы будем искать там, где вы потерпели неудачу, — объяснила представительница. Секретарь поджал губы.

— Это не вариант.

— Тогда Жатва не будет предоставлять Прогнозистов. Согласию придется действовать вслепую, не имея процентного прогноза событий, охватывающих интересующий нас галактический период времени. Прогнозисты также не помогут в навигационных усилиях по достижению «Ленты», а сама Жатва не сможет гарантировать благоразумие на заседании Совета. Было бы очень жаль, — добавила она после минутного затянувшегося молчания, — если бы все, что обсуждалось сегодня, стало известно.

В зале поднялся шум.

Это уже не было похоже на словесную перепалку. Госпожа Алаис Тине из Лиги поднялась со своего кресла и почти кричала, угрожая Представительнице кулаком. Гегемон Штатов, который снова забыл галактический язык и сыпал обвинениями в адрес всего Совета, тоже поднялся. По его мнению, она была муно — некомпетентной и пропитанной духом гомана — высокомерия. Ирт Соде застыл, испустив полный негодования вопль в адрес Представительницы Жатвы, которая слегка улыбнулась, глядя прямо в глаза разъяренному секретарю.

Советники Федерации, как и спикер Этерион, взывали к спокойствию, но было ясно, что маска видимого самообладания уже начала трескаться — через мгновение они тоже взорвутся, и тогда все будет захвачено Напастью вместе с Ушедшими.

Сейчас, решил Стоун. Сейчас или никогда.

Он встал. Не собирался ждать. Знал, что одна из действующих здесь сил, если они будут действовать по отдельности, захватит Грюнвальда и его экипаж — и скорее раньше, чем позже. И если это произойдет, Контроль потеряет возможность контролировать ситуацию… и, соответственно, потеряет и его. Правда об Обители выйдет наружу, и тогда проблемы Контроля или Клана будут волновать его меньше всего.

Впрочем, если они пока действуют сообща, их борьба, скорее всего, начнется только когда «Лента» и ее экипаж окажутся в их руках. В конце концов, именно этим они и занимаются. Они сражаются. Они постоянно борются. Поэтому они будут драться друг с другом за это несчастное машинное отродье. А потом…

А потом может случиться все, что угодно.

— Флот… — начал он. — Флот… — попытался, но опять безрезультатно. Тогда он позволил себе крикнуть: — Флот, к проклятой Напасти! ФЛОТ!

Благодаря тому, что до этого он сохранял относительное спокойствие, ему удалось заставить их замолчать. Они смотрели на него удивленно, но молчали. Он хмыкнул.

— Флот, — повторил он.