Псы и чародеи. Книга 1 - Наталья Владимировна Резанова

Даже жречество не осуждает гадателей и их клиентов. Если кому-то охота тратить деньги на шарлатанов, пусть тратятся. Это слишком очевидная глупость, чтоб серьезные люди обращали на нее внимание.

Человеку, сидевшему на холме, среди развалин, заросших орешником и сорной травой, это также было известно.

Руины находись вдали от проезжих трактов, миновали десятилетия с тех пор, как их навещал кто-то, кроме диких зверей. Стены рухнули, обломки их покрылись мхом, скрывая высеченные на плитах письмена. В зарослях можно было разглядеть разбитые статуи. Быть может, их посбивали с постаментов во времена легендарных походов за веру императора Дагды Великолепного. Может, постаралось неумолимое время. Но, если приглядеться, даже изначально статуи не напоминали никого из богов, чтимых ныне.

Никто не помнил, какими богам поклонялись люди, приходившие сюда в давние времена. Да и люди ли это были.

Просвещенные люди знают (а все прочие – верят): в древности мир окутывала порожденная изначальным хаосом пелена магии, населившая мир разнообразными чудовищами. И если монструозная природа одних из них была очевидна, другие по внешнему виду были весьма сходны с людьми. И находились те, кто умел этим пользоваться.

Благодарение Семи, с этим давно покончено. Чародеи, служившие земным правителям, сначала уничтожили чудовищ, а потом – друг друга. Дело довершили сами правители, обратившиеся к истинной вере и благословившие благочестивое истребление магов. С тех пор жизнь в обитаемом мире вошла в обычную колею и катится по ней под мудрым надзором Семерых. А уж совсем просвещенные люди сказали бы, что Семеро – никакие не боги, а персонификации космической энергии, управляющей вселенной. Что, конечно же, заслуживает уважения и преклонения. И то, что старшие карты в колоде изображают Семерых, – оскорбительно и кощунственно.

Еще более кощунственными показались бы им действия путника. Он извлек из дорожной сумки колоду гадальных карт и выложил ее на плоский камень, когда-то, возможно, служивший алтарем. Игрушки базарных шарлатанов – в храме, пусть разрушенном, но все же храме?

Серьезные, просвещенные люди никогда бы так не сделали. И это одно из отличий людей просвещенных от людей мудрых.

Персонификации космической энергии? Можно сказать и так.

Большая, огромнейшая часть всего, что говорится, – ложь и глупость. Но мудрый сумеет извлечь из этого мутного потока крупицы истины. В том числе – на каких местах строились древние храмы.

В колоде – тридцать четыре карты. Но сегодня ему были нужны только старшие. Поначалу он разложил их в традиционном порядке, как говорится, «от Творца до Привратника». Затем смешал, начал тянуть одну за другой.

То, что он увидел, не слишком ему понравилось.

Карта Разрушителя снова оказалась рядом с картой Матери. Ну, это понятно, этого требует символика… но почему они оказались первыми? Дальше пошла невнятица. Карты Железной Девы и Возлюбленной оказались перевернуты, а это полностью меняло смысл. Привратник оказался впереди Мастера. И неважно, кто из них есть кто в реальной жизни, важно, почему они не следуют порядку, диктуемому волей избравшего их.

Ничего. Он терпелив. Он добьется, чтоб карты легли как ему надо.

Как это в книге Аввагду Проповедника?

«…И только Творец не дал нам от себя ничего».

Ну-ну. Посмотрим.

И он бросил поверх лежащих на камне карт ту, которую вытянул последней.

Первую. Самую сильную.

Глава 3

Тысячекратная Убийца

Княжество Дробеза, сколь бы ни была в нем сильна власть его светлости, номинально являлось вассалом по отношению к королям Лейры. Правда, в те времена, когда королевство Михаль, став империей, глотало соседние государства, не поперхнувшись, Лейра также вошла в состав империи. Вполне добровольно, что характерно. Но со временем в Михале начались междоусобицы, там стало не до того, чтоб удерживать государство в прежних границах. То, что казалось незыблемым, разваливалось на глазах, и Лейра обрела самостоятельность, о которой забыла и думать.

Была вероятность, что Лейра падет под ударами хищных соседей, быстро оперившихся при отсутствии угрозы со стороны Михаля. Однако Лейра выстояла, и не в малой мере это было заслугой новой династии. Короли сумели сплотить народ, возродить его гордость, напомнив о славном прошлом, когда корабли Лейры владычествовали на всех известных океанах, отвага и мужество моряков (ну, пусть пиратов) внушали ужас врагам – и тем, кто носил человеческое обличье, и чудовищам.

Одного энтузиазма, конечно, было бы недостаточно. Но за то время, что Лейра стонала под проклятым имперским гнетом – так теперь было принято выражаться, – там были выстроены многочисленные верфи, мануфактуры, заводы, шахты. И благодаря тому, что Лейра отпала от Михаля мирно, она ничего из этого не потеряла. Экономика королевства после распада империи находилась если не в блестящем, то во вполне благополучном состоянии. И это также дало Лейре возможность выстоять в смутное время.

Кстати, теперь о «мирном отпадении» говорить не полагалось – неприлично и слишком опасно. Не успело смениться поколение, как жители Лейры уже твердо верили, что героические борцы за свободу королевства отвоевали ее в долгой и кровавой борьбе с михальскими оккупантами. Ну, может, не все верили, но такова была общепринятая точка зрения. Излишне же недоверчивым лучше помалкивать – дольше будут жить.

Возрождение древних славных традиций повлекло за собой еще одно обстоятельство. В баснословные времена, когда магия еще не утекла из мира, правители держали при себе чародеев и ведьм. Те, как правило, стремились продать свои услуги как можно дороже и обставляли их как можно эффектнее. Учреждали некие таинственные храмы, где требовали поклонения неведомым богам. Возводили в городах собственные башни, носившие напыщенно зловещие названия, чаще всего Черная или Темная.

Такая башня имелась и в Лейре. Называли ее Тысячекратная Убийца или Сестра Погибели. Говорили, будто построил ее могущественный некромант, приносивший духам бездны человеческие жертвы. И никто сейчас не мог с точностью утверждать, правда это или сказки для непослушных детей. Потом прежняя легендарная Лейра превратилась в окраинную провинцию Михаля, магия и ее наваждения, волею Семерых, бесследно сгинули, а башня осталась. Неизвестно, почему ее никто не разрушил и почему она не разрушилась сама. Может быть, на Тысячекратную Убийцу было наложено сильное заклятие. Может быть, о ней просто забыли.

Когда в правление Садалана, первого короля этого имени, стало известно, что Тысячекратная Убийца снова обитаема, разное болтали в Лейре и ее окрестностях.

Будто бы монарх сделал еще один шаг в направлении возрождения славных традиций. Будто бы это ловкий политический ход – дабы ввести в заблуждение правителей соседних стран и припугнуть непокорных подданных. Будто бы Садалан перемудрил и совершил ошибку, а может, и нечто худшее, вступив в сговор с силами тьмы.

Ибо в башне, именуемой Тысячекратная Убийца, поселилась женщина, которую иначе как ведьмой не называли. Говорили, что она возобновила все