Восточное направление - Роман Борисович Грибанов

фатальным. Первое звено, имея точку доставки на четыре мили ближе, уже приземлилось. Командиры остальных машин, услышав в эфире положенные кодовые слова, успокоились и расслабились. И принялись, спеша, нарушать протокол. По чуть-чуть, ведь никому из живых людей не хотелось провести лишний десяток минут в томительно-скучном ожидании, да еще в компании с мощной боеголовкой в несколько мегатонн.

Вот и сейчас, выпрыгивая из зависшего вертолета, капитан поморщился, видя навигационные огни остальных двух вертолетов. Не на дистанции три мили, а гораздо ближе, в паре сотен ярдов. И не висящими в зоне ожидания, а вполне себе шустро приближающимися к точке высадки. Найджел отвлекся, всего на десяток секунд, но это в итоге стоило ему жизни. Думая о своих подчиненных, нарушивших протокол, он не сразу заметил ряд мелких странностей, которые обнаружились на ракетной позиции. И только когда он подошел к основному бункеру, дверь которого приветливо открылась при его приближении, в голове у него сработал тревожный звоночек. Почему все прожекторы направлены на его вертолет, да еще и так, чтобы слепить его бойцов? Почему в бункере не горит свет в дверном проеме, и из-за этого двое встречающих ему совершенно не видны, только смутные силуэты? Почему ракета, которая лежит на ложементах перед шахтой, закрыта? Да еще так странно, маскировочная сеть стоит вертикально, полностью закрывая ракету от вертолетной площадки? И откуда на позиции эскадрона взялись танки, целых три штуки, стоят по периметру ограждения? Капитан судорожно пытался вспомнить, видел ли он ракету в воздухе, при подлете и посадке. Нет, освещена была только вертолетная площадка. Очень странно, ведь на ракете должны выполняться регламентные работы, она же новая, даже на вооружение официально не принята. Неужели техники успели все закончить?

Эти размышления в голове капитана длились еще несколько секунд, за это время он, замедлив шаг, почти остановился. Но уже подошел близко к встречающим. Слишком близко. Тот, что слева, сделал пару быстрых шагов ему навстречу, приветливо протягивая руку для пожатия. Найджел машинально протянул руку в ответ. И только тогда заметил, что американская форма, с шевроном джокера на рукаве, что означало принадлежность к 570-му ракетному эскадрону, на этом человеке висит. Она ему явно большая, а значит, он снял форму с кого-то другого! Найджел дернул руку к кобуре, отчетливо понимая, что не успевает. А тот, в форме с чужого плеча, как-то в одно мгновение неуловимо-текучим движением оказался совсем близко, приобняв капитана уже протянутой рукой. Одновременно сделав быстрое движение второй, отчего капитан Найджел Бронко ощутил резкую колющую боль в печени. Он открыл рот, чтобы закричать, предупредить своих, но в глазах уже двоилось и темнело, и Найджел успел только тихо прохрипеть что-то несвязное, и мир исчез в его глазах.

Но сержант Вентура, шагавший строго по протоколу в пяти метрах позади капитана, не оплошал. Старый служака, он даже внутри периметра своей ракетной позиции держал оружие наготове. И среагировал моментально, увидев, как заваливается капитан. Висевший на плече М3 тут же оказался в руках сержанта, и автомат был снят с предохранителя, а первый патрон уже пошел в ствол. Еще доли секунды, и «Grease gun»[11] затрясся в руках сержанта, одной очередью перечеркнув и своего капитана, и этих двоих.

Длинная очередь из мощных патронов сорок пятого калибра разбросала всех троих, как будто это были тряпичные куклы. Через секунду голова сержанта лопнула от попадания пули снайпера, но было уже поздно – бойцы подразделения охраны группы 4905 прыгали из уже севшего вертолета, стреляя по прожекторам. Тотчас же ближайший к вертолетной площадке танк, до этого стоявший молчаливой темной глыбой, развернул башню, выплюнув снаряд прямо в пилотскую кабину вертолета. С башенных крупнокалиберных пулеметов двух других «Шерманов» засверкало, как электросваркой. И пилоты двух других вертолетов в последние секунды осознали, что «протокол», который они столько раз нарушали, писали все-таки не тупые чинуши из высоких штабов, а действительно умные люди. Но сигнал тревоги по радио кто-то успел подать, и это частично спасло вертолеты и людей из третьей тройки. Там вертолет с охраной только-только завис над площадкой. У кубинцев тоже было радио, и как только вертолет снова пошел вверх, на нем скрестились трассы сразу трех пулеметов. А остальные находились в зоне ожидания, соблюдая протокол, что позволило им уйти. Тем временем «Черные осы» добивали отчаянно огрызающихся бойцов охраны второй группы. Те дрались в очень невыгодных условиях, но все равно сумели взять плату за свою гибель. К двум кубинцам, убитым в самом начале, добавились еще четверо, плюс еще столько же было ранено, причем один тяжело.

28 октября. Местное время 05:24. Пять миль к югу от авиабазы «Моррис Эйр», Тусон, штат Аризона. Борт вертолета технической поддержки команды 3 группы 4905.

– Повторяю, мы даже до Феникса не дотянем, не то что до Юмы или до Киртланда, – устало прокричал первый пилот «Шани», заглушаемый грохотом винтов.

Чуть больше двадцати минут назад, находясь в зоне ожидания, они все наблюдали, как первый вертолет из их команды, с бойцами подразделения охраны, завис над стартовой позицией 570-й ракетной эскадрильи. Казалось бы, рутинная процедура, кто может угрожать американским военным в самой Америке? А вот поди же ты, сначала в эфире прозвучал сигнал тревоги, потом уже, когда почти севший вертолет начал снова подниматься в воздух, его расстреляли. Из крупнокалиберных пулеметов, на самой площадке ракетной базы! Кто это сделал, разбираться было некогда, оставшиеся два вертолета разных конструкторов, Пясецкого и Сикорского, сразу отвернули, взяв обратный курс. Но тут с земли обстреляли и их. Не очень прицельно, наверное, ориентируясь в темноте по аэронавигационным огням, которые были включены на обоих вертолетах из-за риска столкновения. Слава богу, не из крупного калибра, из обычных автоматических винтовок. «Мохав» с боеголовкой, идущий первым, сразу выключил огни и ушел неповрежденным, а вот второй, «Пясецкий» с техниками, все-таки зацепили.

Сбить такую большую машину, как СН–21, простой очередью из М14 было нереально, и пилоты поначалу даже крикнули в унисон какой-то индейский клич, что-то вроде «йяхуу!». Как оказалось, рановато. Одна из пуль на редкость удачно, или нет, это смотря с какой стороны рассуждать, пробила топливный бак в хвосте грузового отсека вертолета. Да еще в не самом удобном месте. В итоге транспортный отсек моментально заполнили пары бензина, не спасали даже обе открытых сдвижных боковых двери. Сами техники в грузовом отсеке сидели смирно, как мыши, боясь лишний раз чихнуть. Ведь малейшая случайная искра, и всё – вертолет мгновенно превратится в огненный шар. Кабина пилотов была закрыта перегородкой, но в нее